Серия "Афган. Чечня. Локальные войны-3". Компиляция. Книги 1-28
Шрифт:
И даже с таким весьма примитивным, по сравнению с противником, техническим оснащением разведчики каждый день уходили на задания, и работали на совесть, реально рискуя налететь на фугас, получить пулю снайпера или автоматную очередь в упор…
…4 ноября 1-я разведрота вела разведку в районе Капустин с целью — установить в этом районе работающее радиоустройство. Разведчики попали под обстрел боевиков. Капитан Гагарин быстро сориентировался в обстановке и принял правильное решение. Из РПГ он уничтожил пулемётный расчёт и вывел группу из-под огня противника. Затем группа обошла противника с правого фланга и уничтожила его из стрелкового оружия и гранатами. Всего в этом бою было уничтожено 5 бандитов. У нашей группы потерь не было. Представлен к ордену Мужества.
…11 ноября разведгруппа, в которую входила старшина Марина Линёва, старший радиотелеграфист-разведчик, вела разведку в направлении движения через мост Самашки — Закан-Юрт. В 2:30 из леса на Закан-Юрт вышла группа боевиков. Разведгруппа открыла огонь на поражение. Начался бой. Бандиты стали отходить. В ходе боя старшина Линёва под огнём противника вынесла раненого А. Иванова, оказала ему первую медицинскую помощь.
…13 ноября БМП подорвалась в засаде на мине. Машина загорелась. Рядовой Виталий Поздняков под обстрелом потушил огонь, сбил пламя в десантном отделении. Представлен к медали «За отвагу».
…16 ноября разведка в районе Гехи обнаружила интенсивное движение автотранспорта. В 23:30 была организована засада у брода через реку Гехи. Заметив КамАЗ-фургон, разведчики открыли огонь на поражение. Старший сержант Пётр Ерохин, зам. командира взвода РДР, выстрелом из РПГ остановил автомашину КамАЗ, была повреждена кабина, из кузова стали вылезать вооружённые люди. Завязался бой. Из н. п. Гехи на шум выстрелов к месту засады подошло подкрепление противника, до 30 боевиков. Разведчики вынуждены были отойти. Прикрывая отход группы, старший сержант Ерохин уничтожил троих боевиков, чем обеспечил отход группы без потерь. Сержант Алексей Костенко уничтожил двоих бандитов. Оба представлены к медали «За отвагу».
…16 ноября старший лейтенант Владимир Шлыков, зам. командира 2-й разведроты по воспитательной работе, был старшим дозора от роты в разведке в направлении отметки 398,3. При подходе к этой отметке разведдозор обнаружил вдоль дороги, по которой двигались подразделения 752-го мсп, сильно укрепленные в инженерном отношении позиции боевиков. Старший лейтенант Шлыков занял боевую позицию и метким прицельным огнём стал подавлять огневые точки противника, тем самым давая возможность своим подчиненным рассредоточиться и занять оборону для ведения боя. Боевики понесли потери и отошли. Старший лейтенант Шлыков лично уничтожил пулемётный расчёт. После боестолкновения старший лейтенант Шлыков сообщил о засаде в штаб 752-й мсп, и его пехота развернулась в боевой порядок. Затем старший лейтенант Шлыков указал огневые точки противника передовому отряду 752-го мсп, которые были подавлены огнём из БМП. Своими действиями старший лейтенант Шлыков обеспечил взятие стратегически важной высоты. Представлен к ордену Мужества.
…19 ноября рядовой Валерий Андросов, механик-водитель разведроты, действовал в бронегруппе. В момент, когда разведгруппа лейтенанта К. Кузнецова попала в засаду и требовалось ей срочно помочь, не растерялся, в условиях сложной видимости на головной машине умело и точно вывел машину в район засады на разведгруппу, ориентируясь по вспышкам выстрелов, выбрал выгодную позицию, что позволило оператору-наводчику прикрыть огнём отход разведгруппы. Представлен к медали Жукова.
…19 ноября сержант Фёдор Лящук, зам. командира взвода разведроты, действовал в составе бронегруппы, прикрывая разведгруппу лейтенанта Кирилла Кузнецова. Когда группа попала в засаду, сержант Лящук правильно оценил обстановку и в условиях ограниченной видимости вывел бронегруппу в район боя разведгруппы. Тактически правильно рассредоточил машины на местности, что позволило наиболее эффективно использовать их боевые возможности, затем огнём из пушки БМП уничтожил гранатомётный расчёт боевиков. Представлен к медали Жукова.
…20 ноября 2-я разведрота действовала в районе Гехи. Разведдозор обнаружил засаду, но попал под шквальный огонь противника. Рядовой Эдуард Бурлуцкий, радиотелеграфист взвода связи, занял выгодную позицию и огнём стал подавлять огневые точки, чем дал возможность товарищам рассредоточиться и занять оборону. Боевики отошли с потерями. Лично уничтожил пулемётный расчёт. Представлен к медали «За отвагу».
…21 ноября две разведгруппы, одной из которых командовал лейтенант Юрий Дашкин, действовал в направлении на Гехи с целью разведка местности, обнаружения подразделений НВФ и захвата военной формы иностранного производства. В районе Гехи разведгруппа лейтенанта Дашкина обнаружила разведку противника из пяти человек, которые шли в Гехи. Около 12 часов 22 ноября умело действуя под прикрытием тумана, разведчики выяснили, в какой дом прошли боевики и уничтожили их у ворот дома. Затем вынесли тела убитых боевиков из Гехи и добыли форму США, документы и боеприпасы к СВД. Представлен к ордену Мужества.
Михаил Курочкин, гранатомётчик, рядовой:
— 15-го ноября наше отделение из пяти человек во главе с сержантом Хильченко послали на «бэхе» сопровождать машину группы спецназа из Закан-Юрта. Спецназовцы ходили по ночам в Урус-Мартан, чтобы «духи» там не спали, он ещё был нашими не занят. Вышли на центральную дорогу, смотрим — навстречу идёт машина. Махнули, чтобы остановилась — ноль внимания. Открыли огонь, машина встала. Подошли — в салоне двое убитых мужчин в штатском. Обыскали раненого в руку мужика — ого! — сразу три паспорта — российский и два каких-то иностранных. И удостоверение полковника Вооруженных Сил Республики Ичкерии. Наверное, он ехал из Грозного, город был ещё занят боевиками.
Приехали с этим полковником на базу спецназа, там ему рану перевязали и в яму посадили, чтобы подумал.
Возвращаться в батальон решили не напрямик, полем, а дорогой. До главной дороги оставалось метров двести, как — взрыв! В ушах звенит, в глазах темно. Первая мысль, по запаху: попали по нам из гранатомёта. Скатились с брони, и давай стрелять по сторонам. Осмотрелись — поняли, что наехали на фугас, и хорошо ещё, что правой стороной БМП, иначе механик-водитель бы точно погиб. Мы все сидели на левой стороне машины. Смотрим, оторвало гусянку, (гусеницу — авт.) каток улетел — так его и не нашли. И двигателю хана. Никто не ранен, только все контужены. Это нас броня спасла… За нами шёл спецназовский «КамАЗ». Если бы он шёл впереди нас — никого бы там не осталось в живых. Командир спецназа заорал: «Все, успокойтесь! Хватит стрелять, «духи» ушли!»…
Смотрим — никого нет по сторонам, только вдали белая машина. Стали вызывать помощь по рации. Мы, когда ехали, видели нашу роту, но позывной Хамитова не отвечает, другого взводного — не отвечает, третьего — тоже. Вызвали комбата, доложили, что подрыв «коробочки». — «Двухсотые, трехсотые есть?» — «Нет. Все живые». Комбат сказал, что поднимает роту Хамитова нам на помощь. А спецназ в это время все машины тормозит на дороге. Подошла БМП от Хамитова. «Бэху» нашу подбитую зацепили тросом. И видим — автобус идёт. Останавливаем. Там женщины ехали, и давай кричать на нас! Водитель мне говорит тихонько: «Там двое в конце салона — не наши». Заходим в автобус на задних сиденьях — двое на вид лет по 25, в камуфляже, без оружия. — «Документы!». Парни показали военные билеты, сказали, что служат в Моздоке во внутренних войсках, а ездили в Грозный к родственникам. — «Ничего себе — в Грозном-то боевики! Как проехали?».
Привезли этих задержанных на ЦБУ, а нам: «Вы взяли, вы и допрашиваете! Рапорт составите — нам привезёте». Связались с воинской частью в Моздоке, узнать — были у них такие контрактники или не было. — «Были такие, уехали к родственникам и пропали месяца два назад». Пропали, значит — боевики. Оформили их, как полагается, отвезли на ЦБУ и сдали вместе с документами.
Вечером батальонный врач Елена Ивановна Чиж пришла к нам в роту, проверить, как мы себя чувствуем после подрыва фугаса. Пощёлкала перед глазами пальцами. Слышал я тогда плохо, но реакция была нормальная.
Александр Куклев, начальник разведки дивизии, подполковник:
— При подрыве этой БМП не погиб ни один военнослужащий. Дело в том, что «ребристый лист» (так называют механики крышку силового отделения) не был закреплён болтами, просто лежал. В противном случае механик-водитель мог погибнуть.
Этих двоих пленных в камуфляжах мы никуда не отправляли, их приказано было расстрелять. Но я нашёл своего однокашника по академии полковника Чумаченко Александра, который в это время был начальником штаба группировки ВВ в ГРВ «Запад». Сообщил ему данные о задержанных, просил выяснить, есть ли такие. Через два дня после приказа расстрелять приехал Чумаченко на БТР с представителями части, где служили эти контрактники. Слава Богу, не взяли грех на душу.
Иван Кузнецов:
— А я допрашивал этих пленных и прямо их спрашивал: «Вы чеченцам друзья? — «Нет, кровные враги». — «Тогда посмотрим логически: если враги, как же вы прошли три кольца обороны, там покрутились и назад?». Предметно с ними поработал: «Ты для меня враг, темнить с тобой не буду: ты мне не нужен. Дети есть? Есть. Жить хочешь?», и убедился: под наших «косили». Как они прошли три кольца обороны «чехов» без оружия? Почему их боевики нигде не тронули?
В итоге эти ингуши написали мне показания по 2–3 листа с двух сторон. Потом меня вызывали с их бумагами в штаб группировки. Они показали по карте, где они были в Грозном, многое совпало, значит — правду сказали.
В середине ноября батальон встал лагерем неподалёку от республиканской психиатрической больницы в районе села Самашки.
Елена Чиж, начальник медслужбы батальона, капитан:
— Поехала туда с прапорщиком Алексеем Трофимовым. Главного врача нет, везде запустенье. Ходили по зданию, смотрели колодец, есть ли вода. В кабинете главного врача — хаос: открытый сейф, на столе паспорта навалом, истории болезней. Помню, как читала записи на перекидном календаре главного врача: «Сегодня снова бомбили». «Нет света». «Нет дров». «Надо больных сдать в колхоз, там дадут за них еды». «Продуктов осталось на сутки». «Молоко взять в колхозе». «Сегодня снова бомбежка». «Осталось (не помню сколько — Елена Чиж) больных».
Нашли сарай с медикаментами, взяла там хлорки для наших, и столько там оказалось аминазина! Выкопали яму, облили аминазин бензином и сожгли его — иначе дураки-пехотинцы бы забрали.
Открыли дверь какой-то палаты, за решёткой — больные, несколько человек, кого не разобрали местные жители. Помню, что была среди них одна молодая чеченка, русская женщина, старушки. Голодные глаза… Мы поняли, что они заперлись изнутри. — «Вы нас не бойтесь! — говорю, — мы привезём вам еды». Я приехала в батальон, доложила об увиденном командиру. Взяли бачки с кашей и поехали в психбольницу. — «Давайте ваши тарелки!» — кричу. Поняли, бегут с тарелками. Потрясающая была картина, как больные ели эту кашу… Ложек ни у кого нет. Какой-то безумный кот орёт, в миску к мужчине лезет, он его отгоняет, потом вместе едят. Так мы несколько дней кормили брошенных обитателей этой больницы. Мы больным раздали халаты, найденные на складе, а то они ходили в тряпье. Одна бабушка у них за это время умерла, старенькая, звали её Ивановна…
А потом из местной администрации приехали к ним дядьки большие на «Волгах», и спрашивали, как их обижали русские.
«С 14 по 20 ноября личный состав батальона вёл разведку лесного массива на окраине Самашки, а также в направлении Закан-Юрт, Гехи. В ходе ведения разведки мест базирования бандформирований не обнаружено. 21 ноября при проведении засады в районе перекрёсток дорог была обнаружена группа боевиков в количестве 5 человек. В ходе боя группа боевиков была уничтожена, у них были изъяты документы, образцы формы одежды, боеприпасы.
22 ноября две разведгруппы под командованием капитана Тритяк О. В. при проведении засады в районе брода обнаружили группу противника, переходившую брод. После открытия огня группа противника частично была уничтожена и отошла, перегруппировавшись, открыла ответный огонь.
Вызвав бронегруппу и открыв ответный огонь, разведгруппы отошли в расположение 15-го мсп. В результате ведения разведки и боя были взяты документы с убитого полковника ВС ЧР, образцы формы одежды и боеприпасы. Потерь личного состава и техники нет».
…22 ноября разведдозор под командованием капитана Олега Тритяка, командира 1-й разведроты, в районе Гехи обнаружил брод. Командир роты решил поставить здесь засаду. Ночью к броду вышли до 12 боевиков и пытались преодолеть его. Выждав, когда основные силы боевиков увязнут на переправе, капитан Тритяк дал команду на огневое уничтожение противника. Был уничтожен зам. командира оперативно-тактического соединения НВФ. (по оперативной информации, он воевал в Ботлихском районе Дагестана и был одним из руководителей взрывов на рынке во Владикавказе). Капитан Тритяк спустился к воде и захватил его документы. Выйдя из-под перекрёстного огня, без потерь в группе организовал скрытный отход в безопасное место. В результате операции уничтожено 7 боевиков, захвачены документы и вооружение. Боевикам был нанесён большой психологический урон, который безусловно создаст деморализующий эффект в НВФ. Представлен к званию Героя России.