Чтение онлайн

— Ты прав, я параноик, — согласилась, привставая. — Мне нужно к Фламелю.

— Нет, кошка. Никакого Фламеля. На сегодня хватит. Пойдем выберем тебе костюм для верховой езды в пустыне.

— Хочешь вырядить меня в куклу?

— Не угадала. Хочу облачить тебя во все черное, со своими типичными нарядами ты даже часа на солнцепёке не продержишься. Признаюсь, госпожа Суон с тобой хорошо поработала, смогла превратить гадкого утенка в подобие лебедя.

Это он про мой обновившийся гардероб. Госпожа Суон отмела катарскую моду сходу и решила облачить меня на имперский манер. Теперь мои волосы ежедневно укладывали слуги, а одеваться помогала горничная, затягивая корсет и делая и так небольшую талию неестественно тонкой. Харитон, увидев меня обновленной (не думаю, что то белое платье он успел разглядеть), не прокомментировал, хлопнул дверью и удалился.

— Так мы действительно будем охотиться на котов? — вернула я его к нашей изначальной теме.

— Дочь лорд Варна хочет барханного кота на шестнадцатилетние. Забавно: кошка будет охотиться на кошку, — проговорил он, будто меня здесь не было. То, что герцог называл меня кошкой я старательно игнорировала, у Льва были свои причуды.

— Я не буду охотиться.

— Твое присутствие не обсуждается, Тия. Верхом ты умеешь, увидел. Есть то, чего ты не умеешь, Мелетия?

— Если я что-то не умею, стоит появиться одному желанию, чтобы я научилась, — ответила, пожав плечами.

Харитон думал, что сидеть верхом я неспособна, но профессия шлюхи обязывала и выезды с аристократией на конях, так что многие бордельные девицы могли похвастаться способностями наездницы. И я не о позе для сношения.

— Как всегда ты немногословна.

— Я могу отлучиться в «Сладкий плен»?

— Что-то серьезное?

Сарика «разозлила» одного из гостей, так что в результате обзавелась гематомой на половину лица и легким сотрясением. Зинар по заверению целителя пришлось отстранить ее от работы на пару дней, но то что потворница опять осмелилась подложить ее под кого-то, кроме указанных мной двух гостей, не заслуживало игнорирования с моей стороны. Однако, женщина, предвосхищая наш разговор, исчезла и не появлялась в доме терпимости.

— Сарика сильно заболела, — кивнула, с мрачным видом комкая салфетку.

Люди жалкие и ничтожные существа, но каждый раз, перед тем, как навестить ее, я тем не менее продолжаю покупать все, что она любит.

— Я могу пойти с тобой?

— В обитель разврата? Днем? Герцог, да вы бунтарь, — хмыкнула, не меняя выражения на лице. По правде говоря, я не хотела видеть герцога рядом, ведь посетить я собиралась и «кукол».

— Николас тоже спрашивал про нее, «перестала заходить» говорит, она же в углу постоянно книги читает. Любознательный ребенок. У вас все такие? Если да, недолго, и я поменяю мнение о распутницах, — и смотрит выжидательно. В глазах смешинки, а уголки губ немного приподняты.

— Не меняйте. Лучше обратите взор на аристократок, — заметила с намеком.

То, что герцог избегал аристократок только слепому не дано было заметить, а то, что на него охотился весь свет Катара, сулило огромные неприятности непосредственно мне.

— Отвечу просто: здешние девушки не в моем вкусе. Люблю более утонченных. Да и аристократку я возьму только в качестве жены.

— И с кем же ты спишь? Шлюх нельзя, аристократок нельзя, неужели простолюдинки? Или ты все же девственник? — спросила с иронией.

— Именно, — ответили с ухмылкой.

Перед тем, как уйти, Харитон, подмигнув мне, вручил ашугу в руки целый золотой и, быстро скосив взглядом, что-то сказал на ухо музыканту.

«Будьте сегодня неподалеку. Мой помощник сегодня придет к вам для делового предложения», — прочитала из мыслей мужчины.

— И что же ты ему сказал? — спросила, выражая «интерес».

— Что он весьма талантлив, и я приглашаю его в свой замок.

«Ложь», — подумала про себя. Харитон будто игрался, и все больше казалось, что его действия не имели ничего общего с революцией, но это была ловушка.

Через час мы уже находились в борделе. Джамалл и Камал, увидев меня, искренне обрадовались, стражники испытывали ко мне симпатию. Как и ожидалось, при виде герцога они насторожились, но скрыли ревность подчеркнутым уважением и поклоном. Младшие потворницы не сказали ни слова, а девочкам и слугам на глаза мы старались не показываться.

Сарика читала книгу, когда в комнату постучались, а дальше вошли мы с Харитоном. Обрадовавшись моему визиту, девочка не могла справиться с растерянностью при виде герцога и острым чудом стыда за свой внешний вид.

— П-п-простите, ваше высочество, — глотая слезы и теребя платье, пробормотал ребенок. — Так получилось, что я поскользнулась и упала, вот и ушла на больничный.

Врунишка. Хотя оно и понятно, говорить о том, что ее избили было унизительно. Села рядом с ней и дождалась, пока она обнимет, положив голову на мое плечо.

— Больно? — спросила, зная ответ. Вид пожелтевшего синяка был красноречив и говорил о том, что боль уже прошла, но распухшее лицо смущало Сарику гораздо больше. И Реневальд, сидевший рядом и несколько удивленный тем, как эта мышь прильнула ко мне, доводил ее до апогея смущения.

— Нет. А Капуста сегодня не с тобой?

Не переставая поглаживать ее по голове, ответила отрицательно. Сегодня кошку я с собой не взяла, хотя та очень успокаивала девушку. Сарика могла ее целовать, тискать или просто лежать рядом с ней, поглаживая против шерсти. Хоть Капусточке подобные ощущения не нравились, ребенка она терпела, моментами жалобным взглядом испепеляя меня.

— Может, чай? — предложила сухо, считывая параллельно мысли Сарики.

— Мой уже остыл, но я попрошу новый, — произнесла, не желая вставать с уютного места.

— Этот? — указал неестественно мрачный Харитон на медный чайник.

— Да. Там есть чай, я не пила. Для Сиви готовила, но он уже остыл.

Он молча вскидывает руку, выпуская огненную магию, вода в посудине забурлила, закипела. Сарика восторженно ахнула. Харитон обладал всеми четырьмя стихиями — эфирный маг, и по моим источникам уровень магии у него был высокий. То есть перед нами сильный стихийник, который, вероятно, прекрасно управляется со всеми типами. Идеальный император, способный в любой момент противостоять и более могущественному правителю, темному, с которым считались три континента, а остальные либо трепетали перед ним в заветном ужасе, либо считали того мифом — Адрианном Стаури.

Уже иначе звучали в голове слова того ашуга:

«Сумеречно войско на границе,

Разбиты ведь оковы старой власти.

Пепел поднимается над миром,

Кровью залиты все улицы столицы».

Сможет ли Харитон выстоять против сумеречных? Сможет ли навязать им свои правила? И на чьей стороне темные?

— Спасибо, ваша светлость, — худое лицо озарила широченная улыбка.

Он улыбнулся в ответ (обычные люди не оставались равнодушными, видя улыбающуюся Сарику) и встал, подхватывая бумажный пакет со сладостями, купленными нами по дороге в «Кондитерской лавке Уйера». Там были и любимые Сарикой миндальные пирожные, и шоколадные эклеры, и конфеты, посыпанные орехами, и многое другое. Реневальд не поскупился. Аккуратно разложив их на подносе (другой посуды здесь не оказалось), он разлил мне и Сарике чай (стаканов тоже было всего два). Напуганная подобным поведением девушка пыталась всучить ему свой, но он с усмешкой отказался, объяснив тем, что не любит чай.