Чтение онлайн

— Сарика не Сарика, но так уж и быть, девчонкам в «Сладком плене» нужны витамины, — согласилась, пожав плечами. Лучше уж отмахнусь так, чем то, что Харитон увидит нас вместе. Тогда и договоренности могут слететь. И так эти стражи неподалеку уже доложили бы ему о предательстве.

Днем как всегда в борделе было тихо. Не горели магические светильники на улице, подметали на улице слуги, внутри суетились, а девушки собирались как раз обедать. Наше появление незаметным не осталось, взбудоражило мысли даже младших потворниц. Зинар все еще не приехала.

Распутницы пока еще не осознавали, как вести себя в присутствии Палача. Даниэля боялись. До дрожи в коленях боялись, все знали, кто выполняет всю грязную работу за Грегори. Даже многих девочек наказывал непосредственно его сын.

— Сиви, — улыбаясь широко, Сарика бросилась мне в руки. Дура. Даниэль повернул голову в мою сторону. Взгляд не сулил ничего хорошего. Не сулил Сарике.

— Только попробуй ее тронуть, — произнесла одними губами, обнимая девочку.

Вытащила из небольшой сумки сказки, все равно скрыть от Палача ничего не получится, он уже точно знал о том, что герцог навещал девочку и о моем сотрудничестве с Фламелем. Почему он не рассказал об этом отцу, стало загадкой. А я уверена, он еще не поставил Грегори в известность, иначе бы я уже давно оказалась в доме маркиза и на коленях. Сарика подарку обрадовалась и сотню раз поблагодарила Николаса.

Несмотря на пожелтевшее от избиения лицо, глаза девочки сияли, а мысли беспорядочно метались в голове. Она раздумывала, рассказать или нет мне о произошедшем. Выбрала первое и утянула меня в свою комнату.

— Сиви, я замуж выхожу! — счастливо пропела она, хлопая в ладони.

«Пиздец»

— Объясни, — голос прозвучал отстраненно.

— Эрик вчера написал в письме. Он купил нам особняк в столице, сейчас со своим юристом готовят договор выкупа и снятия рабства, Сиви. Я буду свободна!

— Хозяин знает?

— Нет, но Эрик обещал с ним поговорить в ближайшее время. Его не волнует сумма, он готов заплатить любые деньги. Мне еще так никто не говорил, — она шмыгнула носом.

— Не смей ему рассказывать. Пока что. — Приказала ей сухо.

— Но почему?

— Не понимаешь, что Грегори просто так тебя не отпустит?

— Но…Эрик же договорится.

— Он мальчишка. Глупый юнец, — склонилась на уровень ее лица и прошептала: — Эрик даст Грегори только возможность манипулировать им, и все.

— Зачем хозяину манипулировать? — нахмурилась Сарика.

— Идиотка! — толкнула, разворачиваясь к окну. — Идиотка!

— Сиви, не называй меня, пожалуйста, так, — слезы появились в глазах. — Я правда не думаю, что лорд Дисад будет манипулировать Эриком. Я же никчемная распутница, зачем я ему. У меня нет ни магии, как у Аделаиды, ни ума, как у тебя. Честно, не понимаю.

— Внешность, — протянула тихо. — Ты похожа на его жену, Сарика. И он…он не отпустит подобную девушку гулять по свету на свободе. Его желание приобретать уникальные вещи, коллекционировать то, чего нет ни у кого, тебя не отпустит. Если Эрик выкажет желание приобрести тебя, ты обречена, — держать себя в руках оказалось сложно.

— А что мне делать? — растерянно спросила она.

— Молчать. Сарика, просто молчи. Дай мне время, пожалуйста. Не высовывайся. Грегори не позволит нам допустить ошибку. У нас есть только один шанс, и Эрик не тот человек, который сможет играть на этой арене. Просто послушай меня, хорошо?

Она завороженно кивнула. Мне нравилось, что не приходилось на нее влиять. Сарика доверяла. И доверяла полностью.

— Так, значит, мне молчать? — тихо уточнили у меня.

— Именно. Эрику передай то же самое. Нужно делать все скрытно, иначе Грегори уничтожит тебя, малышка.

Мы еще долго сидели и болтали, Сарика восторгалась книгами, подаренными Николасом, и напросилась на выходные в особняк Харитона. Я сама собиралась ее пригласить, мнение мужчины по этому поводу меня мало интересовало. Но думаю, он не был бы против. Миг, в голову врывается чужеродное, отличающееся от привычного сознания.

Мгновенно выпрямляюсь, глядя расфокусировано вперед. Почувствовала это не просто на уровне ментальном, а на энергетическом. Кто-то умирал. Первые мысли Ирты были полны отчаяния и какой-то мрачной решимости. Чужое сознание вторглось навязчивой какофонией и быстро погасло, ударив в голову последним криком.

— Где Ирта?! — воскликнула, встав.

— Она себя плохо чувствовала в последние дни. Сегодня должен состояться осмотр, а до этого ей дали ей отгул, как мне.

— Пески хаоса…

Я сорвалась и выбежала из комнаты, добираясь по длинному коридору к крайней комнате, расположенной ближе к лестнице. На стуки никто не отзывался, где-то в глубине души я хотела верить, что она жива, но…

Взрыв. Дерево разламывается в щепки. Я не жмурюсь, понимая, что защищена Харитоном, но все равно перед лицом появляется чужой, не герцогский щит.

— Там смерть, — прозвучал равнодушный голос.

Ирта висела. Тело безжизненно повисло на толстой веревке. Покачивалась словно маятник. Туда-сюда. Туда-сюда.

— Самоубийство, — вынес вердикт Даниэль.

— Но как? Ошейник… — просипела…напугано?

Магия ошейника не дала бы убить себя, но как Ирта смогла?!

— Она убила себя, потому что болела, — озвучил мои мысли Даниэль. — Сифилис, полагаю? — все было сказано каким-то будничным тоном.

— Нам было приказано ее отгородить от всех, пока лекарь не провел бы осмотр, кто ж знал-то! — воскликнула потворница, появившаяся на звуки.

— Она обошла магию ошейника, — проговорила, пристально разглядывая тело. — Но как?

— Что же творится-то! — воскликнула женщина. — Надо сообщить маркизу!

— Сиви, что там? — к нам бежала Сарика.

«Пошла обратно», — не стала возиться с ней. Марионетка повернулась и вприпрыжку вернулась в комнату.

Весь публичный дом встрепенулся. Убийство надо было скрыть, обезвредить место смерти и избавиться от трупа. Вывезти его посреди дня казалось глупостью, обычно погребальные обряды совершались вечером, а Ирта была почитательницей Мудрого, а не Единого, которому поклонялось большинство граждан империи. Даэнисты, как их называли на языке песков, считали, что после смерти тело человека становится нечистым, соответственно, хоронить его в земле или воде, как делали в Рассветной, или сжигать, как поступали чаще всего в Сумеречной, было запрещено. Они относили тела умерших служителям в «Башни молчания» и оставляли на съедение птицам. Однако рядом были запрещены башни даэнистов. Скорее всего, ее тело вывезут в пустыню, а там уже ее съедят гули или падальщики.

***

Под алым взором было неуютно, но я знала, о чем мы оба думали. Если Ирта смогла обойти магию подчинения, значит, сила ошейника ослабла.

— А ведь ты не солгала, — протянул он, изучая меня пристально. — Магия камня начала действовать…

— И почему же на меня она не действует, — огрызнулась, положив руку на горло.

— Предполагаю, что она не работает с ошейниками, связывающими хозяина и раба. Тебя могло убить от такого вмешательства, — отметил без эмоций.

Встал, откидывая высокий хвост назад.