Чтение онлайн

— Обычному человеку – опасно. Но ты Хранитель. Робин не отбирает новых членов организации просто так, случайным образом. Ты обладаешь главным: чувством ответственности за свои поступки. Ну, и голова у тебя на плечах имеется. Мы верим в тебя так же, как и в каждого из нас.

— Слишком большая ответственность, Фарлет, — молодой человек яростно трет глаза. — А если я ее не оправдаю?

— Поскольку задаешь такие вопросы, оправдаешь. И привыкай к самостоятельности. Но ты, кажется, боишься предстоящего занятия – или что ты так оттягиваешь его начало?

— Я? — оскорбленно распрямляется Тилос. — Да чего тут бояться?

— Ну, тебе виднее, — куратор пожимает плечами. — А если не боишься, приступай. Начни с простого. Попытайся управлять цветами на экране просто усилием воли и посмотри, что получится. Не надейся, сразу у тебя ничего не выйдет. Я сильно удивлюсь, если ты чего-то достигнешь раньше, чем через час, а скорее – через день. Дерзай. И не забывай о перерывах.

Наставник замолкает. Потом, как будто вспомнив, спрашивает:

— Еще вопросы?

Стажер раскрывает было рот, но неожиданно осекается, всматриваясь в лицо наставника. Затем усмехается уголком губ.

— Я постараюсь привыкнуть к самостоятельности, Фарлет. Тем не менее, ты мой куратор, и твоя работа – вытирать мне нос хотя бы на первых порах. Если я управляю вычислителем, — он мотает головой в сторону экрана, — мыслью, то зачем здесь клавиатура?

— Работает только тренажер – экран и рецепторы биотоков. Все остальное – муляж. Чтобы не испугать тебя с самого начала, — неожиданно он подмигивает. — Ладно, я пошел.

Наставник отходит к двери.

— Как добраться до своей комнаты, ты знаешь, а если заблудишься – поможет Робин. Здесь, на базе, можешь просто позвать его вслух, и он откликнется. Успехов.

И дверь закрывается за ним.

Тилос неподвижно сидит в небольшой светлой комнате, прислушиваясь к окружающей его странной тишине, и смотрит на переливающиеся разноцветные пятна на экране, медленно дрейфующие во всех направлениях и складывающиеся в удивительные геометрические узоры. Тихо, и только далеко в бездонной тишине звонко смеется девушка или журчит ручей, запруженный полусгнившим березовым стволом. И снова тишина, только медленно журчит серый туман, где-то очень далеко неспешно переливающийся из ложбины в ложбину.

— Значит, Кислицын, опыта работы у тебя никакого?

Господин директор департамента грузовых перевозок нахмурился. Его массивная физиономия приняла насупленно-обиженное выражение, словно новый подчиненный чем-то его обидел.

— Да, Джош Исаевич, — кротко согласился Олег. Он сидел на неудобном стуле сбоку Т-образного стола, закинув ногу на ногу, и из-под полуприкрытых век изучал нового начальника. — В области сбора и обработки статистики – никакого. Но я быстро учусь, и под вашим чутким руководством скоро его наберусь.

Какое-то время Цибко сверлил его тяжелым взглядом, склонившись вперед и тяжело облокотившись о столешницу. Ну что уставился, родной? В курсе я и взаимоотношений господ Перепелкина и Шварцмана, и что министр транспорта на стороне Перепелкина играет, тоже осведомлен. Только отделы общей статистики в министерствах не тебе подчиняются и даже не Чукре, а Канцелярии, так что хоть до вечера гляди, все равно не сбегу.

— Наберешься, куда денешься, — наконец пробурчал Цибко. — Уж мало не покажется. Куда тот бездельник запропастился?

Словно в ответ на его слова в дверь торопливо постучали, и в приоткрывшуюся створку проскользнул маленький неприметный человечек неопределенного возраста. Его мешковатый костюм и тщательно прилизанные поверх растущей плеши волосы сразу вызвали у Олега чувство смутной неприязни.

— Вызывали, Джош Исаевич? — осведомился он, преданно глядя на директора департамента и полностью игнорируя Олега.

— Вызывал, — неторопливо проронил директор. — Знакомься – Кислицын Олег Захарович, новый начальник твоего отдела.

— Очень приятно! — взгляд человечка вонзился в Олега и мгновенно изменился: в нем появились такие преданность и обожание, что Олег даже поежился. — Очень, очень приятно, я бы сказал. Господин Кислицын, я Зуев Таоли Евсеевич, временно исполняющий обязанности начальника отдела.

Олег приподнялся на стуле и вежливо кивнул. Так-так. Судя по мордашке, крыса еще та. Вероятно, спал и видел, как от него приставка «и.о.» отпадает. Спиной к нему поворачиваться явно не стоит.

— Мне тоже очень приятно, — сдержанно откликнулся он.

— В общем, Зуев, введешь нового начальника в курс дела. С коллективом познакомишь, кабинет покажешь, то да се, — Цибко припечатал ладонью по столу. — Кислицын, три дня тебе, чтобы войти в тему. Сегодня у нас… — он опустил взгляд к настольному календарю. — Двенадцатое. Значит, пятнадцатого ко мне с докладом. Свободны. Оба.

— Спасибо, Джош Исаевич, — Олег поднялся, взяв дипломат под мышку. — Надеюсь, мы сработаемся.

— Иди, иди, — недовольно пробурчал Цибко. — Сработается он…

Вслед за Зуевым, почтительно, задом наперед, пятившимся из кабинета, Олег вышел сначала в приемную директора департамента, где озорно подмигнул заинтересованно глядящей секретарше, а затем и в сумрачный коридор.

— Ну, Таоли… э-э…

— Евсеевич, — быстро подсказал бывший и.о.

— Да, Евсеевич. Пойдем-ка в мой новый кабинет. Ведите. Кстати, секретарша у меня есть?

— Да, конечно, — Зуев повернулся и посеменил по коридору. — Все, как положено по штатному расписанию. И кабинет, и секретарь, и машина по вызову. Насчет стола заказов не беспокойтесь, я лично проверю, что вас в списки внесли.

— Стол заказов – штука просто замечательная, но пока терпит. Сколько всего человек в отделе общей статистики?

— Пятнадцать. Четыре подотдела по три человека в каждом. По Восточноокеанскому, Среднему, Южному, Центральному и Западному регионам соответственно. Я по совместительству Центральный регион возглавляю, прочие руководители отделов…

— Погодите, Таоли Евсеевич. На ходу я все равно не запомню. Значит, пятнадцать человек, так? Сбором какой статистики отдел занимается?..

Большой бесшумный лифт спустил их с двадцать первого этажа башни Минтранса на третий, и Зуев провел Олега в небольшой закуток в дальнем конце этажа. Здесь обстановка оказалась куда как проще и скуднее, чем на этаже высокого начальства. Обшарпанный линолеум, выкрашенные потрескавшейся серой краской стены, облупленные лампы дневного света и хлипкие на вид фанерные двери с мутными стеклянными вставками намекали, что особой значимости отделу не придают. Олег тихо хмыкнул. И стоило менять пост завотделом снабжения пусть даже захудалого Комстроя на такую вот нищету? Перспективы перспективами, но вот является ли стол заказов для низового звена адекватной компенсацией его прежних возможностей – большой вопрос. Раньше в распределитель его не пускали, не по чину, зато он мог много чего достать самостоятельно. А теперь скрипи зубами, гадая, какую икру тебе в наборе подсунут – лососевую или кетовую?