Сестра Феанора
Шрифт:
– Нельзя. Лежи.
Алексия испытывающе посмотрела в глаза братцу.
– Ты меня обманываешь. Говори, что там.
Парень опустил глаза.
– У тебя сквозная рана на шее и в боку... Я очень боялся... Максимус связался с Ниффариусом, и тот проинструктировал нас, что делать. Мы приготовили болеутоляющий раствор и эликсир из трав.
– А кто такой Максимус?
– Один из предводителей. Помнишь, я говорил?
– Ах, да, точно. А что он тут делает?
– Он спас нас.
Задребезжали струны гитары, и Алексия услышала тихий, грустный напев, наполнявший сердце жалостью и тоской.
– Это он?
– спросила девушка.
– Да. Он у нас поэт и немного бард. Сочиняет стихи прям на ходу. Но высота его дара проявляется, когда он начинает петь.
– Так грустно...
– тихо сказала Алексия.
– Почему его песни такие печальные?
– Жизнь у всех нелегкая. Когда выздоровеешь, можешь спросить у него.
– "Выздоровеешь"? Надеюсь, это не значит, что нам придется задержаться на пути?
– Не переживай. Тебе нужно полежать хотя бы сутки. Сегодня переночуем, утром я выведу Стасика на центральную дорогу, и пусть катится! А с тобой побудет Максимус. Ты не против?
– Нет, конечно. Спасибо, Феанор. Ты опять меня спас.
– Ещё не раз спасу, - улыбнулся парень.
– С твоей-то любовью к приключениям!
Алексия тихо засмеялась и на несколько секунд прикрыла веки. Грустная мелодия Максимуса клонила в сон.
– Я лягу возле тебя, ты не против?
– "Ты не против"...
– улыбнувшись, перекривила его Алексия.
– Сама любезность... Падай!
Феанор прилег на землю возле девушки, и та накинула на него плащ, которым тоже была укрыта.
– Не стоит, - попытался возразить парень, но Алексия настояла на своём.
– Я не хочу, чтобы к утру ты превратился в ледышку.
– Спасибо за заботу, - усмехнулся Феанор и затем задумчиво добавил:
– Странная ты девушка... Ты всё уже знаешь обо мне, а я о тебе - практически ничего.
– Скучаешь за семьёй?
– поинтересовалась Алексия.
– Да. Очень. Но мне во сне является Майрос, он всё мне рассказывает.
– Нехорошо это, Стас...
– тихо сказала девушка.
– Не помню, говорила ли я тебе, что я религиозный человек...
– Да я это понял уже давно. Только напрасно ты беспокоишься. Когда-нибудь я тоже стану магом.
– Ты обречешь себя. Ты не знаешь, что это такое.
– Прошу тебя, сестрёнка, давай не будем!
– Я боюсь за тебя...
– Благодарю. Но я не маленький и способен сам о себе позаботиться.
Алексия умолкла. Ну ничего, ничего он не понимает! Одно дело быть существом с врождёнными способностями. Это было природно. Но совсем другое - взращивать в себе способности, которые для тебя противоестественны. Вот Ниффариус - волшебник водного круга. Власть над водой заложена у него в ДНК, и рано или поздно она даёт о себе знать. Но ты - ты человек! И твоё призвание совсем другое! В Недрионе даже существует два термина: "волшебник" - тот, кто рождается с силой, и "маг" - тот, кто неприродным путем отдаётся в рабство этой силе. Здесь, вообще, мало кто верит в Бога. Здесь каждый сам себе бог. И зачастую люди отказываются признать, что взращивая в себе способности, с которыми они не были рождены, они заимствуют силу у тёмной стороны... Феанор называет его Мелькором... Ему нравится жить книжной историей, выдуманной внешним автором, который всего-навсего переписал по-своему события из Библии. Мелькор... А на самом деле - просто Сатана.
Алексия глубоко вздохнула. Она хотела перевернуться на бок, но резкая боль не позволила ей этого сделать.
– Лучше не шевелись, - сказал Феанор.
– До утра боль должна утихнуть. Спи, спокойной ночи.
– Спокойной...
– тихо ответила девушка.
А по лесу разлетался тихий напев:
– Светел месяц ночью, Как моя тоска. От неё по-волчьи Вою я слегка. От неё я вою, Месяц изругав. Топчут кони поле: Полотно из трав. Сладко им, ретивым, Ночью на полях. В лунном переливе Щиплют второпях Луговые травы, Росные слегка. А меня же травит Светлая тоска. Не боятся кони Волчьего вытья. Не боюсь я, кроме Самого себя, Никого на свете. Потому пока Ночью месяц светел, Как моя тоска. (с)Мелодия усыпляла... И вскоре тихий сон опустился на весь лес...
Алексия проснулась уже утром. Возле неё сидел Максимус. Феанора и Стасика не было.
Предводитель Хранителей сидел, облокотившись на ствол дерева, и нашептывал про себя очередной стих.
– От окна до звезды стелется высь,
От окна до земли вьётся огнище.
Помнишь ли ты, как мы родились
И где? В каком гнездовище?..
(с) Макс Пинигин
Увидев, что девушка проснулась, Максимус замолчал и потупил взор, разглядывая редкую траву у своих ног. Алексия приподнялась и облокотилась на то же дерево, что и парень.
– Твои стихи - просто сказка! Ты записываешь их куда-нибудь?
– Нет, - покачал головой Максимус.
– То есть?
– удивилась девушка.
– Как же ты их хранишь?
– Здесь, - парень постучал указательным пальцем по голове.
– Шутишь? Ведь всё запомнить невозможно!
– Невозможно, - согласился Максимус.
– То есть, ты хочешь сказать, что все эти прекрасные строки улетучиваются в никуда?..
– Да, - как и прежде, коротко ответил парень.
Алексия сразу отметила угрюмость и неразговорчивость Максимуса. За ней скрывалась душевная трагедия, стремление к какому-то идеалу и глубокое разочарование при столкновении с неудачами. Девушка посмотрела на обугленные ветки в потухшем костре - вот такая же истлевшая человеческая душа...
Недалеко, у деревьев, мирно пасся белый конь Максимуса.
– Почему так?
– вслух спросила Алексия.
– Я по-другому не могу. Стихи - это единственное, что меня спасает.
– Я не о том, - покачала головой девушка.
– Почему ты их не сохраняешь?
– Такой я...
– неопределенно пожал плечами Максимус.
– А как ты стал предводителем? Что ты для этого делал?
– полюбопытствовала Алексия.
– Ничего, - так же коротко ответил парень.
– То есть как, ничего?
– Ничего, - должно быть впервые за весь разговор Максимус слегка улыбнулся.
– Просто однажды заметил, что мой кристалл стал переливаться разным множеством цветов. Принц сделал меня предводителем.
– А ты часто видишься с Принцем?
– Честно? В живую я его ещё ни разу не видел. И никто не видел. Кроме Алима...
Алексия задумалась. Алим... Почему именно этот медвеже-собачий монстр? Какая связь между ним и основателем Хранителей мира?.. И почему Принц такой скрытный? Вопросы требовали ответа. Но не сейчас...
– Знаешь что, Максимус... Теперь я буду записывать все твои стихи, которые услышу. Попал ты!
– Да. Действительно попал...
– с наигранной обреченностью вздохнул парень. Кристалл в его кармане засветился и спроектировал изображение невысокого молодого мужчины с высоким лбом и тёмными, зачёсанными назад волосами. У него были довольно широкие плечи, а одет он был в белую футболку и такого же цвета брюки. Это был первый раз, когда Алексия увидела Принца.
Мужчина даже не посмотрел в её сторону. Он сразу обратился к Максимусу.