Сестры-соперницы
Шрифт:
— Что ты здесь делаешь? Ты с ума сошла! Пойдем скорее отсюда.
Оглядевшись, Микки увидела еще человек десять-двенадцать в таких же, как у Алиши, одеждах. Они молча разглядывали ее.
— Кто это? — спросила Микки, продолжая держать сестру за плечи.
— Друзья, — коротко ответила та.
— Что еще за друзья?
Алиша кивнула в сторону мужчины с большими блестящими глазами и пояснила:
— Это наш магистр, мы делаем все, что он прикажет.
Микки изумленно посмотрела на сестру.
— Какой магистр? Что здесь вообще происходит?
— Пожалуйста, тише, — взмолилась Алиша, прикладывая палец к ее губам. — Мы собрались здесь, чтобы отслужить мессу. Восславить Господа.
— Восславить Господа, — эхом отозвались остальные.
Микки почувствовала едва уловимый запах благовоний, а магистр пустил по кругу блюдо.
— Я сейчас не могу тебе все подробно объяснить, — прошептала Алиша, подталкивая Микки к двери. — Уезжай отсюда. Быстро. Тебе здесь не место.
— Тебе тем более, — ответила Микки. — Какого черта ты оказалась здесь, в этой странной одежде, в обществе каких-то бродяг?
— Не смей так отзываться о моих друзьях, — прервала ее Алиша. — И уезжай. Здесь собрались верующие.
Магистр подошел к Алише и протянул ей руку. Она взяла ее и, покачиваясь, будто в трансе, пошла по направлению к группе людей в противоположном конце комнаты. Микки стояла в углу и наблюдала, не веря своим глазам, как Алиша присоединилась к остальным, они все взялись за руки и образовали круг, в центре которого стоял человек с гипнотическим взглядом.
— Помолимся, — произнес он протяжно и начал раскачиваться из стороны в сторону, затянув какой-то напев.
Смысла слов Микки не понимала, но не сводила глаз с Алиши, которая закрыла глаза и пела вместе с остальными. Ритуал оказался недолгим. Вскоре зажегся красный свет, и все встали на колени перед магистром, который обмакнул палец в какой-то темный порошок и нарисовал всем кресты на лбу. Потом он взял пучок розог и стал бить по спине каждого, кто преклонял перед ним колени. Бил он, видимо, достаточно сильно, потому что до Микки донесся стон Алиши, когда настал ее черед склонить голову и подвергнуться порке. Потом все встали, взялись за руки и стали двигаться в ритмичном танце против часовой стрелки, а магистр в это время повторял что-то вроде молитвы. Послышалась какая-то психоделическая музыка. Танцующие двигались все быстрее и быстрее. Потом круг распался и каждый стал кружиться сам по себе, вытянув руки в стороны и закрыв глаза. Кто-то взвизгивал, кто-то стенал, кто-то плакал. Магистр заговорил громче, и Микки уловила несколько слов:
— Да уничтожат силы зла наших врагов! — воскликнул он.
Музыка звучала все громче и громче, а танец становился все более странным. В какой-то момент танцующие дошли до алтаря. Они взяли по две свечи в каждую руку. Магистр поднял алтарь высоко над головой. Алиша прекратила танцевать и теперь только сильно раскачивалась из стороны в сторону. Свечи отбрасывали жутковатые тени на ее лицо.
— О Всемогущий, яви нам свою мудрость в словах, — нараспев говорил магистр.
— Яви! Яви! — раздался женский голос. Ему вторил мужской.
Кое-кто из присутствующих упал в обморок. Алиша тоже упала и осталась лежать на полу, будто сломанная кукла. Свечи потухли. Алиша пригнула голову к полу и застонала. Магистр обошел свою паству, переступая через их безвольно раскинутые конечности. Он поднимал им головы и вкладывал каждому в жадно раскрытый рот какие-то маленькие шарики.
— Духи теперь с нами! — провозгласил он, и комната мгновенно наполнилась голосами. — Поговорим же с нашими любимыми.
Два человека подползли к нему на четвереньках и заговорили детскими голосами. Микки в ужасе услышала, как Алиша бормочет:
— Папа, папа, папочка… я знаю, что ты меня слышишь… Мамочка…
Это было уже слишком. Микки потихоньку выбралась из комнаты, решив дождаться Алишу у подножья винтовой лестницы. Она и не подозревала, что сестра чувствует себя настолько одинокой. Но теперь ей грозит опасность, это совершенно ясно. В ноздри Микки ударил запах застарелой мочи, из-под ног у нее выскочила жирная крыса и скрылась в ближайшем водостоке.
— Не надо тебе было сюда приходить, — сказала Алиша, спустившись по железной винтовой лестнице.
Микки обняла сестру. Не проронив ни слова, они шли по грязному переулку обратно к бульвару.
— Зачем тебе все это? — наконец не выдержала Микки. — Ты, конечно, не обязана мне ничего объяснять, но…
Алиша продолжала идти, словно не слышала обращенного к ней вопроса. Микки заглянула ей в глаза. Зрачки расширенные, взгляд тусклый. Они подошли к ожидавшему Микки такси. Она попыталась остановить сестру и усадить в машину, но Алиша продолжала идти, не обращая внимания на проносившиеся по оживленной улице машины.
— Алиша! Что с тобой?! — громко воскликнула Микки, стараясь перекричать шум автомобилей. Она схватила сестру за руку и стала растирать ее длинные нервные пальцы… Они были холодные, как лед, и какие-то липкие.
Наконец Микки удалось запихнуть Алишу в салон такси.
— В больницу к доктору Куриену, — скомандовала она водителю.
— Она одержима, — спокойно сказал доктор Куриен Микки, изучая лицо Алиши.
— Чушь какая! — фыркнула Микки. — Что вы несете? Неужели вы считаете, что я вам поверю?
— Посмотри на нее, — сказал он. — Видишь… глаза… никакого выражения… зрачки расширены. Все симптомы. Бедная девочка. Ее телом завладел дьявол. Мы ничего не можем для нее сделать… только молиться Господу.
— С меня хватит! — воскликнула Микки, вскакивая. — Это вы, и только вы виноваты в том, что моя сестра сошла с ума. Это под вашим влиянием она связалась с этой сектой, хотя я предупреждала вас, чтобы вы держались от нее подальше. Это вы разрушили ее жизнь!
Доктор украдкой оглянулся.
— Пожалуйста, успокойся. Я тебе все объясню. Но говори чуть тише, пожалуйста.
Во время этого разговора Алиша так и сидела, не проронив ни слова, взгляд расфокусирован, на губах — отсутствующая улыбка.
— Мы расстались, — продолжил доктор Куриен. — Я сказал ей, что между нами все кончено, что мы совершали смертный грех и нам еще придется расплачиваться за это. Для меня расплата уже наступила. Я решил порвать с Алишей в ту ночь, когда у меня чуть не умер ребенок. Господь послал мне предупреждение. В ту ночь жизнь сына была в моих руках. Это был последний знак. Я грешил с твоей сестрой… моя плоть слишком слаба, чтобы устоять перед таким искушением. Но в тот день у моего сынишки внезапно началась лихорадка… какая-то загадочная лихорадка. Жена пыталась до меня дозвониться, но никто не знал, где я. Ребенок начинал бредить. Воспаление распространялось по позвоночнику и чуть было не перекинулось на мозг, пока мы с твоей сестрой предавались плотским утехам… это была супружеская измена… грех. Домой я попал в четыре утра. Жена безутешно рыдала. Она вызвала священника. Никто уже ни на что не надеялся. Я увидел, как мой сын лежит беспомощный на кровати… и поклялся, что если мне удастся спасти ему жизнь, то я никогда больше не увижусь с твоей сестрой. Господь меня наказывал. Это было слишком дорогой расплатой за похоть… за страсть. Я подхватил сына на руки и помчался в реанимацию… это был менингит. Если бы диагноз не поставили вовремя, то ему грозил летальный исход. Двенадцать долгих дней я не отходил от постели малыша, он был между жизнью и смертью. Алиша несколько раз пыталась меня увидеть. Пожалуйста, пойми меня правильно. Я любил твою сестру… и до сих пор люблю. Но наша любовь была ошибкой. Мы оба грешники. Именно тогда она стала вести себя странно. Поначалу я думал, что она просто пытается привлечь мое внимание. Но вскоре понял, что дьявол овладел ее телом… она уже себе не принадлежала. Я попросил ее сходить к священнику. Не знаю, что произошло потом. Я хотел сдержать свою клятву. Мой сын потихоньку выздоравливал, но он никогда уже не будет прежним. Никогда. Видишь, мне пришлось заплатить ужасную цену… ужасную.