Чтение онлайн

К вечеру на КП береговой обороны прибыл вице-адмирал Г. И. Левченко в сопровождении контр-адмирала Г. В. Жукова. Генерал-майор П. А. Моргунов доложил о состоянии обороны и ее силах. Выслушав доклад, командующий войсками Крыма дал указание продержаться несколько дней. В то же время командующий Приморской армией И. Е. Петров прибыл к командующему Черноморским флотом Ф. С. Октябрьскому и доложил о ходе прорыва армии к Севастополю. Еще утром 95-я стрелковая дивизия подходила к с. Бия-Салы, за ней следовали 26-я и 172-я стрелковые дивизии. В Севастополь прибыла тяжелая артиллерия — 265-й корпусной (командир полковник Н. В. Богданов), 51-й (командир капитан А. В. Жидков, которого вскоре сменил майор А. П. Бабушкин) и 52-й (командир полковник И. И. Хаханов) артиллерийские полки Приморской армии. Начальник артиллерии армии полковник Н. К. Рыжи отвел 265-му полку огневые позиции в северном секторе, в районе ст. Мекензиевы Горы, а 51-му и 52-му артполкам — в южном секторе, Балаклавском.

В Севастополь прибыли также 514-й стрелковый полк (командир подполковник И. Ф. Устинов) 172-й стрелковой дивизии, 2-й Перекопский отряд моряков (командир майор И. И. Кулагин), 80-й отдельный разведывательный батальон (командир капитан М. С. Антипов) и некоторые мелкие подразделения. [126]

Ф. С. Октябрьский поставил И. Е. Петрову задачу всеми силами форсировать приход в Севастополь Приморской армии. Тут же генерал-майору П. А. Моргунову было дано указание ознакомить И. Е. Петрова с организацией сухопутной обороны, что и было сделано. На утро намечалась поездка по секторам. Генерал Петров остановился на командном пункте береговой обороны. [127]

Утром генералы И. Е. Петров и П. А. Моргунов объехали секторы обороны, где ознакомились с частями и соединениями, с организацией взаимодействия с береговой артиллерией, авиацией и кораблями артиллерийской поддержки, а также с местностью и инженерным оборудованием рубежей.

Противник с утра предпринял несколько атак на участках Аранчи — Мамашай, Дуванкой — Заланкой и в районе высоты 157,8. [128] В районе Дуванкоя на участке 3-го полка морской пехоты наступали подошедшие части 50-й пехотной дивизии немцев, а на позиции батальонов морской пехоты ВВС и № 19 — передовые подразделения 132-й немецкой пехотной дивизии. Одновременно противник атаковал в районе деревень Мамашай и Аранчи позиции 8-й бригады морской пехоты и местного стрелкового полка. При поддержке огня береговых (№ 10, 30, 724) и зенитных батарей все дневные атаки были отбиты. Только к исходу дня под давлением превосходящих сил отошел и занял оборону между населенными пунктами Орта — Кесек — Отаркой третий батальон 3-го полка морской пехоты. Отошли также к урочищу Кизил-Баир батальон ВВС флота и к высоте 103,4 — 19-й батальон морской пехоты. [129]

17-му батальону морской пехоты было приказано выдвинуться в район Дуванкоя в распоряжение командира 3-го полка морской пехоты и быть готовым для контратаки. По приказанию И. Е. Петрова туда же был направлен разведывательный батальон капитана М. С. Антипина для контратаки совместно с 17-м батальоном. Руководство контратакой возлагалось на командира 3-го полка морской пехоты майора В. Н. Затылкина.

Авиация Севастопольской авиагруппы в первую половину дня не вела боевых действий из-за плохой погоды. Во второй половине дня шесть Ил-2 во главе с капитаном А. А. Губрием под прикрытием десяти истребителей нанесли штурмовой удар по аэродрому в Симферополе и уничтожили на земле 9 вражеских самолетов и несколько — повредили. [130] В воздушных боях в районе аэродрома был сбит один вражеский самолет. Одновременно 6 И-153 и 2 И-16 нанесли удар по аэродрому в Сарабузе. В результате было уничтожено и повреждено 15 самолетов противника.

Вражеская авиация пыталась прорваться к базе и ее объектам. В воздушных боях летчики-черноморцы сбили три и повредили четыре самолета противника, а прорвавшиеся к базе два немецких самолета были сбиты огнем зенитной артиллерии. [131]

Наши потери за день составили 7 истребителей. [132]

В этот день, будучи в Севастополе, командующий войсками Крыма вице-адмирал Г. И. Левченко отдал приказ за № 1640 о создании Керченского и Севастопольского оборонительных районов (см. Приложение № 7 ). Во главе Керченского района был поставлен генерал-лейтенант П. И. Батов. Командование Севастопольским оборонительным районом возлагалось на командующего Приморской армией генерал-майора И. Е. Петрова с непосредственным подчинением его командующему войсками Крыма. [133]

Этим приказом заместителю командующего флотом по сухопутной обороне главной базы контр-адмиралу Г. В. Жукову надлежало вступить в командование Севастопольской главной базой, состав сил и средств которой должен был решить командующий флотом по указанию Г. И. Левченко.

Начальник штаба Приморской армии генерал-майор Г. Д. Шишенин назначался начальником штаба войск Крыма вместо освобожденного от должности генерал-майора М. М. Иванова. Начальником штаба СОР назначался заместитель начальника штаба Приморской армии полковник Н. И. Крылов. [134]

В состав войск СОР включались: все части и подразделения Приморской армии, береговой обороны главной базы флота, все морские сухопутные части и части ВВС Черноморского флота по особому указанию Г. И. Левченко.

Многие исследователи в своих работах датируют создание СОР не 4 ноября 1941 г., а 7-го и во главе с вице-адмиралом Ф. С. Октябрьским. [135] Делалось это по незнанию или по ошибке — дело их совести. Однако образование СОР 4 ноября во главе с И. Е. Петровым отрицает и бывший командующий Черноморским флотом адмирал Ф. С. Октябрьский. В своем докладе на военно-исторической конференции, посвященной 20-летию начала героической обороны Севастополя, он утверждал: «Это было только на бумаге, и никогда И. Е. Петров не командовал Севастопольским оборонительным районом». [136] Это же он утверждал на всех последующих исторических конференциях, встречах ветеранов, докладах и выступлениях, даже в опубликованных статьях. [137] Пытается поставить под сомнение существование СОР во главе с И. Е. Петровым и бывший комендант береговой обороны Черноморского флота генерал П. А. Моргунов, хотя сам был его заместителем и отдал тогда немало боевых распоряжений, способствовавших укреплению обороны. Он пишет: «В начальный период обороны, с 5 по 9 ноября 1941 г., штабом Приморской армии или, как пишет Н. И. Крылов, „сухопутного СОР“, было издано много разных документов, но часть их так и не была проведена в жизнь вследствие введения другой организации командования согласно директиве Ставки от 7 ноября». [138]

На самом деле, и читатель убедится в этом, все приказы и распоряжения по обороне Севастополя с 5 по 13 ноября отдавались не от имени командования Приморской армии, а от имени командования СОР. И невозможно подумать, что П. А. Моргунов не знал об этом. Командующим войсками Крыма была создана новая оперативная форма организации и обеспечения защиты военно-морской базы — оборонительный район, в котором объединялись разнородные силы и боевые средства различных наркоматов под единым командованием. И эта новая оперативная форма действовала и позволила в значительной степени улучшить руководство войсками, укрепить оборону.

Другое дело, что приказ Г. И. Левченко не во все внес ясность. В нем имели место недостатки, особенно в вопросе использования сил флота. Что же касается командующего Черноморским флотом и Военного совета флота, то, по мнению Г. И. Левченко, их пребывание в Севастополе было излишним, так как основные силы флота уже были на Кавказе. Такого же мнения, как мы уже отмечали, был и Военный совет флота.

Документы говорят о том, что Военный совет войск Крыма подготовкой приказа о создании двух оборонительных районов занимался еще в Алуште. Ведь не случайно в Алушту были вызваны командующий и штаб Приморской армии. Кроме того, утром 3 ноября вице-адмирал Г. И. Левченко из Алушты направил боевое донесение начальнику Генерального штаба маршалу Б. М. Шапошникову, в котором, в частности, просил: «Прошу санкционировать создание центров управления под моим руководством на базе штаба ЧФ и Приморской армии в Севастополе и на базе штаба 51-й армии под руководством генерал-лейтенанта П. И. Батова в Керчи…». [139]

Получил ли Г. И. Левченко согласие Генерального штаба или Ставки — судить трудно, пока не удалось, обнаружить документов на этот счет. Но даже если и не получил, но претворил свой замысел в жизнь, не побоявшись ответственности, — это говорит в его пользу. Невольно возникает еще один вопрос в связи с этим документом: почему создание центра управления в Севастополе намечалось под руководством Г. И. Левченко? Ответ здесь может быть только один. Оба центра — СОР и КОР — подчинялись командующему войсками Крыма. Г. И. Левченко просил разрешения оставаться ему и штабу в Севастополе. Впоследствии Ставка примет решение о дислокации командования войск Крыма и Керчи, но ему по-прежнему будут подчинены оба оборонительных района. Нельзя не отметить того, что все проводимые Г. И. Левченко организационные изменения предварительно были согласованы с заместителем народного комиссара ВМФ армейским комиссаром 2 ранга И. В. Роговым. Он находился в то время в Севастополе и в 18 ч 15 мин 4 ноября на эсминце «Бойкий» вышел из Севастополя в Геленджик. [140]

Противник продолжал наносить удары на стыке 8-й бригады и 3-го полка морской пехоты, стремясь прорваться в Бельбекскую долину. Весь день шли упорные кровопролитные бои. 8-я бригада прочно удерживала свои рубежи, а первый и третий батальоны 3-го полка, понеся большие потери, вынуждены были отойти южнее Дуванкоя. Гитлеровцы овладели селениями Биюк-Отаркой и Гаджикой. [141] С помощью введенного в бой 17-го батальона морской пехоты (командир старший лейтенант Л. С. Унчур) и 80-го отдельного разведывательного батальона Приморской армии (командир капитан М. С. Антипин) части 3-го полка морской пехоты приостановили наступление немцев и закрепились на подступах к Дуванкою. [142]