Чтение онлайн

– Менеджер думает, что я отдыхаю в родовом замке Греев, - отозвался Феликс-Визард.
– Если что, Октавий меня прикроет.

– Звони мне каждый день и говори, что жив, а то я буду беспокоиться, - в голосе Кирилла-Кезона послышалась издевка.
– И не сильно приставай к леди. А то у меня такое чувство, что скоро у твоего уважаемого отца, - вспомнил музыкант важного Чарльза Грея, заседающего в Палате лордов, - будет внук.

– Мой первый ребенок появится, когда мне будет тридцать пять, - беспечно отозвался Феликс.

– Откуда же ты знаешь?
– изобразил недоумении его друг.

– Интуиция.
– Коротко ответил молодой темноволосый человек в капюшоне, а связь опять коварно отключилась, заставив подумать музыканта, что, кажется, в России плохие не только дороги - опять-таки по уверению скептика Кезона.

Кезон и Марта продолжали стоять около друг друга, и смущенная происходящим девушка ловила на нем чужие женские взгляды - очень заинтересованные и липкие, как малиновее варенье. На нее взгляды тоже кидали - но уже не такие заинтеерсованные, а несколько завистливые. Похоже, что проходящие мимо девушки и женщины думали, что они с Феликсом - пара.

"Пара, ха-ха-ха", - засмеялась про себя Марта. Еще вчера, слушая бессонной из-за Саши ночью плеер, в котом было несколько десятков песен "Красных Лордов", она и предположить не могла, что встретиться с одним из них на следующий день. Волшебство, ей-Богу, волшебство!

Из размышлений скрипачку выудили возгласы приближающейся большой толпы ее ровесников - парней и девчонок с кучей рюкзаков и чемоданов. Они, смеясь и громко разговаривая об Амстердаме и Дублине, приближались к тому месту, где стояла Карлова и Лорд Визард. Кто-то из них что-то сказал и Феликс вдруг напрягся - в кончиках его пальцев появилось покалывание. То, что могло обернуться для него неприятностями, грозило произойти прямо сейчас. Если, конечно, не принять меры.

– Простите, Марта, иначе они меня узнают, - сказал музыкант и привлек длинноволосую девушку к себе, обняв одной рукой за талию, обхваченную тонким черным пояском, а другой - за вновь вздрогнувшие плечи. Его губы коснулись щеки испуганной девушки, в опасной близости от ее рта. Со стороны казалось, что они целовались, и лица Феликса совсем не было видно.

Смысл его слов Карлова поняла - идущие мимо ребята не на шутку серьезно засматривались на их парочку, и кто-то вслух произнес имя Лорда Визарда. Это девушку даже как-то отрезвило. Ей не хотелось, чтобы музыканта узнали.

– Пожалуйста, обнимите меня, чтобы это смотрелось естественно?
– шепнул он Марте, но та его сначала не поняла.
– Руки, - просто сказал он.
– Ваши руки. Положите ваши руки на меня.

Одна ладонь девушки тоже оказалась на его плече. А его пальцы оказались у нее на шее, чтобы еще секунд десять спустя нежно погладить девушку по густым волнистым волосам. Они Визарду искренне понравились. Такие локоны просто требовали, чтобы мужские руки запустили в них свои пальцы, чуть сжимая, да и сама русская девушка с трепещущими ресницами и тонкими изящными запястьями ему пришлась по вкусу. Впрочем, и коротко стриженая девушка с тату и пирсами ему тоже понравилась - было в ней что-то такое острое, как перец, но возбуждающее аппетит, дерзкое и одновременно жертвенное. И в обоих чувствовалось что-то похожее. Что-то объединяло этих двух леди - и явно не отношения, а что-то куда более сильное и глубокое. Кровь. Общая кровь. Не смотря на то, что внешне они сильно различались, в их жилах текла одна и та же кровь. Феликс умел чувствовать такие вещи, умел с детства.

"Или я сплю, или я под наркотиками, или я сошла с ума. Это неправда! Я не могу обниматься с одним из лордов в дурацком "Купцово!", - кричала скрипачка про себя, закрыв глаза и чувствуя его губы и мягкое дыхание на своей кожи. Сама она дышала урывками, крохотными глотками воздуха и вскоре ей стало казаться, что она задыхается.

Она ведь хотела только автограф, а получила в распоряжение целое тело!

Та минута, которую они стояли, обнявшись, показалась Марте вечностью. Вечностью с прекрасной маленькой пыткой.

Тогда, когда девушка поймала себя на мысли, что не будет сопротивляться, даже если Визард начнет целовать ее в губы, он осторожно выпустил ее из объятий.

– Простите, - вновь извинился он, глядя в ту сторону, в которой скрылась чуть не узнавшая его компания молодежи.

– Ничего страшного, - посмотрела ему в глаза Марта, все еще не пришедшая в себя. Феликс взглянул на нее в ответ и удивленно наклонил голову в бок: радужки у девушки были разноцветными. Одна - зеленой, а вторая - голубой. Это показалось Лорду таким милым явлением, что он позволил себя рассмеяться.

В это время к ним быстрым, чеканным шагом подошла Юля.

– Такси ждет, но долго около входа стоять не может. Пойдемте, - сказала она на двух языках и первой двинулась вперед: уверенно, как человек, который точно знает, что делает. Марта и предвкушающий что-то забавное Феликс двинулись следом за ней.

– Где Викентий?
– спросила сестру Юля.

– Побежал в туалет, - отвечала та, никак не придя в себя после объятий. Она чувствовала себя так, как будто бы только что дотронулась мечты своего детства - облаков, которые представляли собой, по мнению маленькой Марты, вкусное небесное мороженое, летающее по небу.

– Уже бежит обратно, - увидела преподавателя Крестова. Он бодрой рысцой присоединился к компании и вместе с ученицами и музыкантом вышел из международного терминала на улицу.

– Викентий Порфирьевич, вам ведь сейчас в Консерваторию?
– спросила его Юля.

– Ну да, милая, да, - подтвердил он.

– А нам в противоположную сторону, - улыбнулась ему Юля, - поэтому вы сядете в одно такси, а мы - в другое. Нас два ждут.

Пожилому преподавателю явно не хотелось покидать своих студенток, но он, вспомнив, что его действительно ждут в консерватории, нехотя кивнул, поблагодарил Юлю и сел в одно из такси, которое мигом умчалось.

Марта, Феликс и Юля сели в другой автомобиль, внешне более презентабельный, и тоже покатились в сторону города. Визард, сидящий на заднем сидении рядом с Мартой, с огромным живым интересом оглядывался по сторонам - все ему было в новинку. Марта млела, изредка начиная улыбаться, и иногда смотрела на молодого человека, боясь, как бы он не заметил ее взглядов. Скрипачке Визард был также интересен, как ему - Россия. Она после такой встречи забыла обо всех своих проблемах, даже к стыду своему, о друге Феликсе забыла. А Юля сидела и, стуча пальцами по худому острому колену, обтянутому джинсовой тканью, и анализировала случившееся. Она не понимала, почему ей так хочется все время смотреть на Феликса - потому что он известный музыкант, хотя по "Лордам" Крестова не убивалась, просто уважала и слушала под настроение кое какие песни, или по какой-то другой причине? Нет, автографа ей не хотелось, объятий со знаменитостью из серии "Он пожал мне руку, я не буду мыть ее три недели" - тоже. Преклоняться перед ним, выполнять все, что музыкант попросит в планы гордой, не понаслышке знающей, что такое чувство собственного достоинства Юли не входило. Что-то начинало происходить с девушкой, но она не понимала, что и не могла логично самой себе все объяснить.

– Мы так и не познакомились, - напомнил молодой человек, наклоняясь вперед, к сидению, на котором сидела Юля.
– Я знаю, что вашу сестру зовут Мар-та.
– Он нежно улыбнулся девушке. Она склонила голову, застеснявшись внимания такого человека, но ей было очень приятно.

– Мою сестру?
– весьма удивилась Юля. Марта никогда в жизни не говорила кому-то, что они - сестры.

– А разве вы не сестры?

– Ну-у-у, сестры. Марта сама вам сказала?
– осторожно поглядывая на родственницу, у которой, как обычно, в голове заиграл ветерок. Юле нравилось в Марте ее легкость и воздушность. У отца тоже такое было в поседении. Марта вообще сильно на него походила - и внешностью, и характером. Только признавать не желала.