Чтение онлайн

По пути часто смотрел под ноги и на обочины. Когда проходил мимо березовой рощи, зашел и собрал хворост, чтобы не тратить время и искать в темноте. Успокоился, когда набрал сухих веток на пару часов небольшого огня. Перевязал все длинным шнурком и закинул на плечо.

По пути обратно к дороге заметил подходящий булыжник. По мере убывания припасов места в котомке становилось все больше и камень легко поместился внутри. Хотя в итоге общая ноша сильнее перекосила паломника в левую сторону.

Вечером дорога потянулась по редколесью. Листья на деревьях уже пожелтели, но не опали. Поэтом стало заметно темнее — лучи закатного солнца плохо пробивались сквозь ветки. Ферк решил, что пора остановиться на ночевку. Свернул с дороги, нашел укромную полянку шагов семи в поперечине. Ногой расчистил место, сложил хворост, дольше обычного провозился с кресалом и кремнем, пытаясь зажечь трут.

Наконец, разгорелось пламя. Пилигрим поставил к огню готовиться кашу в горшке. После чего бросил на землю одеяло, сел сверху и занялся шлемом святого.

Прежде ему не доводилось всерьез работать с металлом. На отшибе Ночеды жил кузнец, который подковывал лошадей и чинил инструменты. Деревенские его традиционно не любили, как и всех прочих кузнецов, — от горна и наковальни разлетались искры, которые грозили пожаром поселению. Поэтому Ферк стал действовать по наитию.

Положил шлем на колени и начал изнутри выстукивать вмятину булыжником. Получилось не очень. Опустил камень на землю, попробовал бить шлемом, но так выходило еще хуже. Вернулся к первому способу.

Перехватил камень, стал стучать узким концом. Морщился от громкого непривычного звука. Время от времени подносил наголовье святого к огню, внимательно рассматривал. Вмятина расправлялась. Хоть и сталь покрылась мелкими отметинами от камня.

Он слишком увлекся работой и потерял осторожность. Костер сложно было заметить с дороги, однако удары по металлу явно выдавали его положение. И к тому же оглушенный звоном не смог услышать чужаков. Заметил только когда в круг света вошло двое мужчин.

Без разрешения протянули руки к огню. Ферк запоздало их узнал. Мимо них он прошел утром. Было заметно, что это воины. Один с мечом в ножнах на бедре, у второго на поясе в кольце висел боевой топор на длинной рукояти. Оба костюмах в гербовой расцветке, но разной. Паломник знал только цвета своего барона и не смог понять, кому те служат или прежде служили.

Первый мужчина наклонился к горшку с кашей, оценил, насколько готово. Второй присел рядом с котомкой паломника и по-хозяйски уверенно развязал, заглянул внутрь. Ферка их появление напугало, но получилось пересилить себя и подать голос:

— Это мое, не трогай.

— А ты-то кто? — хрипло спросил первый. Он заметил лежавшую на земле шляпу с венком. — Пилигрим?

— Да.

— Разве тебя не учили, что в дороге принято делиться?

Крестьянин пристыженно опустил глаза. Незнакомец был прав. Ему самому за недолгий путь неоднократно помогали чужие люди. Тем временем второй воин вытащил из котомки репу и перебросил первому. Тут Ферку пришлось сделать над собой усилие и прийти к мысли, что происходившее не было актом взаимопомощи. Его попросту грабили.

— Кашей-то угощайтесь, но это мои припасы. Все не забирайте.

Мужчины заговорщицки переглянулись, но на требование не обратили внимания и продолжили спокойно потрошить котомку. Ферк вскочил на ноги, стараясь скрыть дрожь в руках. Он не знал, как будет давать отпор, но просто сидеть и смотреть не мог.

Воин с мечом быстро поднялся на ноги и оказался рядом. Прежде, чем паломник успел среагировать, коротко ударил кулаком под дых. Больше чтобы осадить и унизить, а не причинить боль.

— Сиди, целее будешь. Мы за него воюем, понимаешь ли, кровь проливаем. А этот захребетник для нас еды пожалел.

Задыхаясь, Ферк почти упал на землю.

— Не, надо его за дерзость все-таки наказать.

Воин с топором поднял шляпу паломника и бросил в костер. Отсыревшая солома продержалась дольше, чем стоило ожидать, но все-таки занялась огнем. Ферк видел, как сворачивались оставшиеся лепестки ириса и ложной сирени.

— Чего у тебя в руках? — уже дружелюбнее поинтересовался первый.

Ферк показал наголовье святого Веспасиана.

— Где взял шлем?

— Нашел.

— Значит, ты еще и мародер? — вкрадчиво спросил второй, уже закончивший с котомкой.

Ферк молча помотал головой. Конечно, он действительно снял шлем с могильного креста. Исключительно потому, что следовал воле архангела Ларуила, а не из своей алчности. Но не стоило пытаться объяснить это чужакам.

Первый подошел и взялся за стальную полу шлема. Потянул на себя, но паломник не отпускал. Тогда мужчина замахнулся кулаком и пришлось сдаться и разжать пальцы.

— Дай сюда. Тебе оно без толку, а нам на войне пригодиться.

Он скептически осмотрел вмятину, провел ладонью по стали и небрежно бросил поверх своих вещей. Это послужило последней каплей для Ферка. Он был готов потерпеть обиду сам, но нельзя отдавать явным злодеям вещь святого.

Паломник затравленно переводил взгляд с одного дезертира на другого. Еще раз внимательно осмотрел каждого. Явно городские, а не их крестьянского сословия. Вспомнил короткое путешествие со студентами. И понял, как можно попробовать спастись.

— Кашу нужно помешать, — в пустоту сказал Ферк.

Он поднял брошенную на землю ложку, вытер о рукав и размешал поспевавшую кашу. Наклонился над котомкой, вслепую пошарил ладонью, нащупал искомое и зажал в кулаке. Мародеры внимательно за ним следили, но не вмешивались.

— И приправу добавить.

Пилигрим мелко разорвал листья и бросил сверху на кашу. У мужчин это не вызвало никаких возражений. Крестьянин вернулся на место, пока одеяло, на котором он сидел, не заинтересовало мародеров.