Северный квартал
Шрифт:
Я сорвалась с места, откинув букет в сторону, и побежала по проходу к нему. Петя продолжал говорить с Заремским, а тот уже вызвал братков в храм. В уши ударились звуки гула, но всё что я слышала — это дыхание Шина в моих волосах, когда он прижал меня к себе, и откинув фату, зарылся всей пятерней в волосы.
— Живой… — выдохнула у его губ, но Шин сдержался и поцеловал с силой в волосы, продолжая сжимать в руках, будто в тисках.
— Пётр! Это бесполезный спор!
Я округлила глаза, а Шин нахмурился и завел меня за спину, хватая за руку и переплетая наши пальцы.
— Что происходит? — обратилась к нему, но ответил мне Петя на русском.
— Как это что? Как в том анекдоте сестричка: "Я умер и воскрес, но имя в паспорте сменили…" — брат подмигнул мне и Шину, а потом добавил:
— Я же обещал, что найду тебя. Но немного припозднился и нашел зятя… — он посмотрел на Шина с ног и до головы, а потом скривился, — … в немного… невменяемом состоянии. Так что то что он не покрошил здесь на "оливье" половину твоих гостей, только моя заслуга, Мариш.
— Шин? — я прижалась к мужчине сильнее, а он лишь опустил на меня взгляд, и тихо сказал:
— Помолчи пока.
Тем временем в боковые двери вошел Одинцов старший, а я чуть дух не испустила, заметив за его спиной Рэя и Бонни с Сином.
— Пора прекращать этот спектакль, — строго сказал мужчина, а парни тут же встали за нашими спинами.
— Одинцов!!! — отец заорал так, что его крик отбился от колокольни храма и ухнул прямо вниз.
— Ой, заткнись, а? Ты достал, Радомир! Сколько раз я должен тебе повторить, что мне твои бабки на… Прости Господи! — мужчина перекрестился, посмотрев на лик святых справа на стене, и продолжил, — Короче, не нужны мне твои деньги, а вот твоему партнеру удалось тебя так облапошить, что еще месяц, и ты бы по миру пошел, не начни я расследование с антикоррупционным отделом! Дурак ты, Радомир! Идиот, да простит мне Господь!
— Что ты несешь, Одинцов? Что вообще тут происходит? Мария!!! Немедленно вернись сюда! — Заремский скривился и плюнув на все приличия, начал материться прямо в храме.
— Какая Мария, дядюшка Руслан? Моя сестра официально числится, как пропавшая без вести, а эта девушка вообще латышка Мари Йесон, и является законной женой господина Чжи Хван Шина, который, кстати, теперь владеет вашей дочеркой в Китае. Вы ж так хотели узреть своего конкурента? Так вот же он. Прямо перед вами. Вот только, где вы мою сестру разглядели, ума не приложу!
— Петя, что ты несешь?! Какая жена? — в перепалку уже вступила мать, пока я пыталась понять, как стала женой Шина, и откуда это у него деньги, чтобы купить целую компанию в Китае?
— Мам, успокойся и познакомься — это наш зять, совладелец самого крупного корейского додзё и вообще почти миллионер, — и тут Петя расплылся в улыбке, — Но больше всего мне нравиться, что у него черный пояс по "дзюдо". Так что перестань вмешиваться, и начинай гордиться зятем. А пока Пётр Вишневский всё объяснит и порешает… — я прыснула со смеху, и тут же ощутила, как горячая ладонь с силой и плавно погладила мою, сдавила снова, а у меня словно земля из-под ног исчезла, возвращая к нашим с Шином ощущениям и чувствам.
Шин низко поклонился и отцу, и матери, на что папа побледнел и слился со стенами вокруг.
— Может вы сами все расскажете дядя Руслан? Покайтесь, вы ведь в храме… — Петька обернулся к Заремскому на что тот побагровел за несколько секунд от злости.
— Закрой рот, сопляк! — заорала эта тварь, а Шин рядом со мной натурально зарычал, от чего я вся сжалась:
— Мичинном кэ! *(…. пёс!)
— Зятек! Relax!*(Расслабься!) Я справлюсь! — Шин с Петькой переглянулись, и лицо мужчины разгладилось, а потом и вовсе успокоилось.
Гости сидели, словно не дыша, а некоторые начали это и на камеру снимать. Но мой брат не унимался.
— Когда моя сестра была вынуждена бежать из дому из-за высочайшей глупости моих предков, я задал себе вопрос: " А что могло подвигнуть моего родителя отдать нашу Маришку за старпёра?" Пап, прости! Это не о тебе, а о твоем "преданном" соратнике. И меня осенило, я начал искать нужные документы, сопоставлять расчетные счета и договора сделок. Дошло до того, что я закинул свою любимую астрофизику, и проверял даже документы по отгрузке магазинов и бутиков. И что я увидел? Три офшорные компании, отец! Три фирмы, которые не отмывали твои теневые деньги, а "вымывали" их вообще из бизнеса. И у меня не осталось выбора, — Петя развел руками, — Я пошел к отцу своего лучшего друга, и как ни странно, папа, твой "злейший враг" тебя и спас! Именно господин Одинцов, за что я ему очень благодарен от семьи Вишневских, обнаружил, что ты отдавал долги за ссуды, которые брал у себя же!
— Ч-что? — папа пошатнулся, а я подалась вперед.
Меня испугал его бледный вид настолько, что я не смогла просто так стоять.
— Это… правда, Рад? Это…
Шин сам потянул меня в сторону родителей, и когда я подбежала к отцу, заслонил собой, встав с Реэм и парнями прямо передо мной.
Но Заремский молчал, а я видела, что папе становилось всё хуже. Он начал часто дышать, и мать тут же достала какие-то лекарства из своей сумочки.
— Что это? — я подняла на неё взгляд, а она лишь прошептала.
— Он их пьет постоянно после того, как ты пропала, — ответила мать, а я схватила воду и таблетки, уже и сама чуть не падая на пол.
— Я конечно всё понимаю. Но хотел бы попросить вас покинуть костел. Ваш… — ксёндз обвел всех строгим взглядом, и продолжил, — …спор затянулся.
— Конечно, Ваше Святейшество! Мы ждем только опер-группу.
Одинцов потер руки и встал рядом с Петей, который неотрывно смотрел на нас с отцом. Брат тоже переживал и это было видно по тому, как он нахмурился.
Тем временем люди Заремского уличили момент, и попытались расчистить путь своему хозяину, но эта тварь, даже не подозревала, что его ждет. Рэй и парни скрутили его братков за несколько секунд, а в храме тут же поднялся визг. Гости орали, и начали выбегать из костела, пока Заремский в этой суматохе решил сбежать.
Отец попытался вырваться из моих рук и задержать его, но Шин в два шага, схватил Заремского за ворот фрака и обернул в воздухе, перебросив через себя на живот, и придавив коленом спину мужчины к полу.
— Отпусти меня… Ты…
Я с ужасом вскричала, и занесенный кулак Шина, так и застыл у лица Заремского, пока тот замер ожидая удара.
— Все вон! Я не потерплю такого поведения в храме! — завопил ксёндз, но умолк тут же, как через центральный вход вошла опер-группа.
Шин поднялся и отпустил Заремского, сразу встав передо мной.
— Зятёк! Красавчик! — Петька поднял большой палец вверх, а я в шоке залипла на том, как Шин сдержанно улыбнулся брату и подмигнул.
— Петя?! — схватила братишку за рукав, а тот только пихнул меня в сторону Шина со словами: