Чтение онлайн

– Если они слышали нас тогда, то слышат и сейчас, - сказал княжич.

– Я позаботилась об этом, - ответила я, - ещё когда в наш дом приезжали дружинники, разыскивающие княжну, я почувствовала холодные, длинные щупальца приспешников Нави, что пронизывают всё вокруг, исследуют каждый уголок, чуют и передают услышанное. Поэтому над нашим домом теперь постоянно висит защитный морок. Я поддерживаю его неустанно, а все близкие носят защитные амулеты. Не только княжеские, но и обычные коноки, заговорённые для защиты.

Все, у кого были амулеты, непроизвольно дотронулись до них.

– Но ведь талисман был на мне и тогда, но враги услышали нас, - возразил он.

– Ваши планы были доступны всем воинам, а прочитать их мысли не составит труда, - сказала я.
–  Поэтому новый князь позаботился о контроле своих дружинников: у каждого из них на груди висит заряженный амулет, который помогает им видеть магию. Через этот же амулет князь может управлять сознанием воинов и контролировать заговоры против себя. Но об этих свойствах талисмана воины не знают.

– Ты уверена в последнем?
–  уточнил Демид.

– Да, я внимательно смотрела на воинов, когда они приезжали собирать дань, - ответила я, - изучала именно их талисманы, и знаешь, они связаны между собой невидимыми нитями. Наверное, для того что было легче следить и управлять. Я заметила, что когда один из воинов злился, это чувство быстро передавалось остальным. Значит, есть влияние талисманов друг на друга и на самочувствие владельца. А наполнить талисманы общим указанием - несложно.

– Это интересно, - согласился муж, - и может пригодиться нам, когда надо будет перевести дружину под своё влияние.

– Но колдун, который помогает князю, будет до последнего держать власть над талисманами, - сказал княжич.

– Будет, и мы должны быть готовы к магической битве, а не только к человеческой, - сказал Белозар.

Цветана всё это время молчала, и когда мужчины закончили говорить, произнесла:

– Доброслав, ты говоришь, что не чувствуешь себя вправе отправлять людей на погибель ради возвращения власти. А ты подумай об этом не как о восстановлении твоих прав, а как о свержении дурного порядка, что сейчас губит людей, и возвращения людям свободы и права на свою жизнь: возможности самим распоряжаться своим урожаем, жить по Прави, а не по указам нового князя.

– Ты права, - сказал княжич, - не я здесь главная фигура, а люди, что живут под гнётом завоевателей. Если они не захотят видеть меня правителем, то я уступлю власть нашему сыну. Ты воспитала его достойным человеком?

– Скоро сам увидишь, - сказала княжна, - они с Радамилой скоро будут здесь.

– У него уже есть невеста?
–  спросил Доброслав.

Все улыбнулись.

– Можно сказать и так, - проговорила я, - это наша с Демидом дочь. Они с юным княжичем росли вместе, и только присутствие рядом Рады могло успокоить капризного наследника. И вот уже столько солнц они неразлучны.

– Это про нас?
–  раздался звонкий голос в сенях дома.

И на пороге показалась статная фигура Светозара, а буквально на полшага позади него стояла Радамила с красивым букетом из цветов в руках. Увидев незнакомца в доме, отроки остановились.

Княжич встал и подошёл к сыну. Рядом эти двое были так похожи, что я невольно залюбовалась их статью и светлой красотой. Они отличались от других мужчин, которых я знала. В княжеском роду осанка и гордость взгляда были врождёнными. Тогда как Демид и Белозар были более решительными и сильными.

Доброслав похлопал сына по плечу и приветствовал его на тайном языке княжеской семьи. Видимо, хотел проверить, обучила ли мать его этим знаниям. Светозар улыбнулся и ответил отцу на их наречии. Все, кроме Белозара, поняли его слова. Брат Демида не был посвящён в эту тайну, так как был средним сыном. Но он понял, что отец и сын приветствовали друг друга.

Светозар вопросительно посмотрел на мать, потом перевёл взгляд на мужчину, что стоял рядом с ним. Хотел спросить, кто перед ним, но Цветана опередила его вопрос.

– Сын, познакомься, это твой отец, - сказала она, подходя к своим родным.
–  Мы не зря верили, что он вернётся к нам.

Отрок во все глаза смотрел на отца. Много раз он представлял себе их встречу, а она случилась совсем не так, как можно было придумать.

А вот Радамила улыбалась. Я смотрела на дочь и понимала, что она ждала такого развития событий. Ждала и молчала. Пока я была занята нашей безопасностью, следила за тем, чтобы щупальца тёмного колдуна не проникли в наш дом, Рада смотрела грядущее. Покачав головой, я решила позже поговорить с дочерью и объяснить ей, что такие вещи надо обязательно сообщать взрослым.

Светозар молчал. Он не знал, что сказать так неожиданно появившемуся отцу. Доброслав посмотрел на Радамилу, потом вернулся за стол.

– Нам ещё много надо обсудить, - сказал он мужчинам и, повернувшись к Цветане, добавил: - И с тобой мне надо объясниться. Спасибо, что вырастила нашего сына.

– Все разговоры о наших планах - завтра, - вставая, сказал Демид, - сегодня пора отдыхать. У нас две новые семьи: одна, только созданная, вторая - объединившаяся. Это сейчас важнее.

Все кивнули и, попрощавшись, разошлись. Княжич взял Цветану за руку, и она повела его к своему дому.

Я заметила, что Белозар проводил их взглядом, и порадовалась, что его тоже ждёт жена. Иначе - не знаю, как бы повёл себя брат мужа. А сейчас ответственность перед Велиславой точно сдержит его от необдуманных поступков.

Мы с Демидом поднялись к себе, Радамила быстро скользнула в свою горницу, избегая разговора со мной. Белозар поднялся к своей жене.

Глава 4

Не всё можно простить

С тех пор как женились младшие братья Демида, я уговорила мужа изменить порядок в нашем доме. Разделение на мужскую и женскую половину стало неудобно.

«Когда вы жили одной семьёй, - сказала я мужу, - твоя матушка была с младшими детьми на своей половине, а подросшие сыновья переходили жить к отцу, на мужскую половину, где он растил из них воинов. Но сейчас, когда у каждого из твоих братьев свои семьи, такое устройство дома уже не подходит нам. Давай разрешим им сделать пристройки с одной из сторон большого дома, и тогда для семейных встреч у нас останется общая нижняя комната. Мы с тобой и детьми возьмём себе мою половину, а Белозар останется на мужской. Ведь когда-нибудь он тоже женится, и ему будет, куда привести жену».