Чтение онлайн

Голос захлебнулся и лихорадочно зачастил:

– У нас прямое попадание в реактор, слышите, прямое попадание. Пробит экран. Разрушена система контроля. Реактор излучает, понимаете, излучает и очень здорово! Большая вероятность возникновения неуправляемой реакции. Слышите!

Голос сорвался на крик.

Вот оно - то, чего боялись больше всего. Виктор подавил рефлекторную реакцию вскочить и броситься к спасательным капсулам. Судорожно стиснув зубы, он слушал переговоры с реакторным и даже пытался продолжить наблюдение за объектом.

– Спокойнее, - прервал становящиеся бессвязными выкрики из реакторного координатор.
– Кто докладывает?

Голос умолк и чуть спокойнее сообщил:

– Второй механик Степанов.

– Докладывайте коротко, без истерик - что за повреждения, ваши действия, степень опасности. Быстро!

Что дальше говорил механик Виктор не услышал: Горелов переключил связь с реакторным отсеком на закрытый канал. Минут через пять он вызвал ремонтную группу и приказал ей входную дверь в отсек вскрыть, но внутрь не заходить - очень высокий уровень радиации. А как же личный состав реакторного, Подумал Бобков. Хотя, у них мощные противорадиационные скафандры. Но при разрушенном экране никакие скафандры не спасут. Видимо, Горелов дал команду бороться за реактор любой ценой. С одной стороны, это оправдано, взрыв реактора - гибель станции и, скорее всего, экипажа. Соответственно, беспрепятственное продвижение пришельцев к Земле. Но, с другой стороны, вот так обречь людей на верную смерть... Виктор поёжился. Да, он бы так не смог. А ведь там Сашка, запоздало вспомнил он. Сашка Звонарёв с параллельного потока, с которым здесь на станции они крепко сдружились.

Конец этим переживаниям положил приказ координатора по общей трансляции:

– Всем свободным от вахты занять места по аварийному расписанию в спасательных капсулах! Аварийным командам работать только по спасению людей и по жизненно важным объектам.

Горелов отключился от общей трансляции, огляделся и по внутренней связи отсека управления приказал:

– На постах остаются только начальники и их замы. Остальные - в капсулы. Это не касается поста оружия. Вам глаз не спускать с пришельца.

– Станцию покидать только по моему приказу или приказу моих замов, - добавил он.

Люди в отсеке всколыхнулись и большая часть двинулась к выходу, подчёркнуто не спеша. Помещение обезлюдело. Осталось по два человека на посту. Только пост оружия продолжал нести вахту в полном составе. Объект продолжал медленно приближаться, не преподнося пока никаких неожиданностей.

Виктор следил за экранами, и, одновременно, за переговорами с реакторным отсеком - Зарецкий, в нарушение всех правил, вскрыл канал связи, по которому Горелов общался с реакторщиками. Тем, судя по всему, удалось частично восстановить управление реактором и угроза взрыва, если и не была ликвидирована, то отодвинулась на какое-то время. Теперь они пытались восстановить защитный противорадиационный экран, свирепо матерясь на русском и английском.

Виктор невольно глянул на Ирину, бывшую заместителем командира наблюдательного поста, и потому оставшуюся в отсеке. Внешне та выглядела спокойно. Только в движениях её, когда она щёлкала переключателями на пульте, чувствовалась напряжённость. Бобков позволил себе откинуться в кресле, переводя дух. Снова его заставило напрячься молчание, вдруг воцарившееся в реакторном отсеке. Молчание нарушалось каким-то, все нарастающим свистом.

– Что там у вас?
– забеспокоился Горелов.
– Почему замолчали?

– Повреждён участок охладительной рубашки реактора, - отозвался Степанов.
– Слышите свист - утечка гелия. Пока газообразного, но струя растёт на глазах.

Свист в микрофонах прервался на мгновение, а затем раздался грохот взрыва, отозвавшегося колебанием пола даже в отсеке управления. Сразу за ним, или вернее одновременно, из микрофонов донеслись крики боли и ужаса, заглушаемые мощным гулом.

Виктор переглянулся с сидящим рядом Яном. От обычного лёгкого румянца Малевского не осталось и следа. Он кивнул головой, соглашаясь с невысказанной догадкой Бобкова - произошел взрыв крупной магистрали, подающей на реактор гелий. Худшие опасения подтвердил голос Степанова, сорвавшийся на крик:

– Разрыв центральной магистрали с гелием! Жидкий гелий из резервуара поступает в отсек! Реактор не охлаждается! Выход заблокирован! Пятеро погибли, двое не могут передвигаться! Попытаемся покинуть отсек через вентиляционную шахту. Быстрее к вентиляционному!
– это уже персоналу реакторного.

С минуту были слышны только невнятные возгласы и запаленное дыхание нескольких человек. Потом снова голос Степанова:

– Командир, объявляй общую эвакуацию. Реактор продержится минут двадцать. Ещё раньше возможен тепловой взрыв. Если сможете, пошлите людей встретить тех, кто выберется, в вентиляционном коллекторе. Только...

Голос прервался - видимо гелий добрался до кабелей связи.

Виктор глянул на Горелова. Тот, опершись кулаками на панель пульта, с ненавистью смотрел на изображение пришельца, мерцающее на экране. Потом тряхнул головой, сбрасывая оцепенение и переключился на связь с капсулами:

– Горелов - пилотам капсул. Доложить о готовности к эвакуации.

Последовали быстрые доклады. Тринадцать капсул, разместивших основной экипаж станции, были готовы к старту. По аварийному расписанию все люди были на местах, за исключением погибших. Оставались свободными четыре капсулы, для продолжавших работу, аварийных команд и одна для людей, оставшихся в отсеке управления. Две капсулы были повреждены, но мест должно было хватить - сказывалась убыль экипажа.

– Капсулы 17,18,19, 20 и 22 - ждать, - выслушав доклад, приказал Горелов.
– Остальным - старт с набором максимальной скорости. Уходить как можно дальше от станции. Держаться вместе - это облегчит поиск спасателям с Земли. Всё, пошли.

Станцию сотрясла серия лёгких толчков - результат старта капсул. На уцелевших экранах нижней полусферы Виктор увидел россыпь блестящих, быстро набирающих скорость, трапециевидных корабликов.

– Спасательным командам с первой по четвёртую и шестой занять места в 17, 18 и 19 капсулах. Стартовать, как только разместитесь, - продолжал отдавать распоряжения Горелов.
– Пятой... Джон, вы около коллектора?

– Точно так, командир, - отозвался начальник пятой аварийной группы Джон Харрингтон.

– Хорошо, следите за выходом из вентиляционной шахты реакторного. Возможно кому-то удастся выбраться. Я иду к вам.

Услышав подтверждение, координатор обратился к оставшимся в отсеке управления:

– Всем в двадцать вторую капсулу. По аварийному расписанию. Бобков, Малевский - останьтесь. Старший - Элиас Ленк, - он положил руку на плечо сидевшего рядом заместителя.
– Ждать нас не дольше двадцати минут. Если обстоятельства потребуют - стартовать незамедлительно. В четырех капсулах вам места хватит, одну без пилота оставьте нам. Пошли.

Он подтолкнул поднявшегося с кресла Ленка к выходу. Тот сжал руку Горелова и попросил:

– Сильно не задерживайся.

Координатор промолчал и Элиас быстрым шагом двинулся к двери, увлекая за собой остававшихся в отсеке людей.

Виктор и Ян пожали руки, покидающим пост товарищам, и ожидающе воззрились на Горелова. Отвечая на невысказанный вопрос, координатор пояснил:

– Тебе, Виктор, надо посидеть здесь - прикрыть уход капсул со спасателями. Этот, - он кивнул на экран с изображением пришельца, - совсем близко. В случае враждебных действий сам знаешь что делать. Связи, судя по всему, у нас не будет, так что, как только три капсулы с аварийными командами уйдут на безопасное расстояние - уходи отсюда. Когда отчалит последняя капсула ты слышал. Так что рассчитывай время. А мы с Яном - к коллектору. Может быть, можно чем-то помочь реакторщикам.