Чтение онлайн

– Почему же я оказался неопрошенным?

– Были тому причины. И весьма веские. Можешь мне поверить. На нашей встрече настоял я. Иначе ты мог просидеть здесь неопределенно долгое время.

– Даже так? Может перестанешь говорить загадками.

Клод замялся. Потом, что-то решив про себя, заговорил.

– Хорошо. Идет все к черту! В общем, мы выслушали Горма. И, с его согласия, пропустили через медблок. Он действительно не человек. Внешне похож, но если копнуть глубже, отличия весьма заметные. И на физиологическом, и на биохимическом, и, тем более, на генетическом уровне. Даже на анатомическом существуют различия: имеются органы, о назначении которых наши медики пока только строят предположения. Потому, пока его держат, на всякий случай, в карантинном блоке под охраной - кто знает, на что он способен.

– Меня, похоже, держат где-то по соседству, - язвительно поинтересовался Андрей.

– Ты поразительно догадлив, - кивнул Жерар.
– Но я продолжу, с твоего разрешения?

– Весь - внимание.

– Так вот, осмотр Бобкова не выявил никаких отклонений в его организме. В том числе и в деятельности мозга. Его подробно допросили и он поведал много интересного. Его рассказ тщательно сопоставили с тем, что рассказал пришелец. В первом приближении противоречий не обнаружили, но аналитики продолжают работу.

– Но почему вы не допросили меня? Я знаю гораздо больше Виктора. Я лично общался с Гормом. Много чего от него узнал. Я наблюдал за сражением наших космолетов с ромбоидами. Перемещался внутри сеятеля. А вы, почему-то, избегаете непосредственного общения со мной. Должна быть причина.

– Ты не даешь мне договорить.

Клод вздохнул, снова провел пятерней по волосам. Потом продолжил.

– Причина есть.

И снова замолчал, видимо не зная, как продолжить.

– Кажется, я догадываюсь....
– по спине Андрея пробежал озноб от этой догадки.
– При медицинском обследовании в моем организме обнаружены какие-то изменения. Или я, вообще, не я, а подменыш пришельцев?

Горелов замолчал, с всевозрастающим ужасом, ожидая ответа друга.

– Ну-ну, ты еще тут в обморок упади, - видимо, поняв состояние Андрея, попытался привести его в норму Клод.
– Все не так страшно. Всего-навсего какое-то образование между полушариями мозга. Небольшое - всего двенадцать миллиметров, но явно лишнее.

Рука Горелова невольно потянулась к голове, словно желая нащупать под черепом чужеродный предмет. Стиснув зубы, он провел ладонью по волосам, сделав вид, что хотел только поправить растрепавшуюся прическу и попытался успокоиться. Жерар понимающе усмехнулся. Андрей разозлился и почти успокоился. Спросил:

– Нельзя поподробнее. Что там у меня?

– Трудно сказать. Материал - не металл и не какая либо разновидность пластика. Похоже - органика. Вроде бы даже просматривается клеточная структура. Из этой штуковины выходит, что-то вроде нервных волокон, проникающих в твой мозг. И наши спецы предположили, что с ее помощью пришельцы могут наблюдать и слышать все, что видишь и слышишь ты. А, возможно, могут, при желании, контролировать твое поведение.

Клод вздохнул. Помолчал, давая возможность переварить Андрею, свалившуюся на него информацию. Потом сказал:

– Теперь понимаешь, почему тебя держат здесь и не посвящают в происходящие события и наши планы?

– Да уж....

Андрей прислонился спиной к стене, прикрыл глаза и попытался протестировать свой организм. Особенно, мысли, чувства и желания. Ничего несвойственного для себя, привнесенного извне, не обнаружил. Ладно. Будем продолжать жить, но помнить, что, возможно, теперь он представляет собой бомбу замедленного действия, готовую взорваться в любой момент. Горелов открыл глаза и ровным голосом спросил у Клода:

– Так ты навестил меня только для того, чтобы сообщить об этой штуке у меня в голове?

– Нет, не только, - видно было, что Жерар колеблется, решая, говорить, или нет дальше.

– Ну, говори уже, - подбодрил его Андрей.

И Клод решился.

– Наши хотят уничтожить объект.

– Маньяки, - в сердцах выпалил Горелов.

Потом, подумав, добавил:

– Но, это не так просто, насколько я понимаю.

– И тем не менее. Бобков рассказал, что лучевые генераторы пробили его защиту. Сейчас сюда стягиваются, все имеющиеся у нас, установки. Это больше пятисот единиц. Ударить они могут с большого расстояния, недоступного для ромбоидов сеятеля. Боюсь, что одновременного залпа такого количества генераторов он не выдержит.

– Возможно...

Андрей задумался. Угроза сеятелю была вполне реальна. Насколько он понимал. Вот только....

– А зачем ты мне все это рассказал? Ведь, если пришельцы, действительно, могут слышать и видеть все, что слышу и вижу я, они и сеятель могут каким-то образом подготовиться к вашей атаке.

– Это было бы замечательно.

– Не понял.

– Видишь ли, не все сотрудники Службы согласны с решением руководства. А до широкой общественности его вообще запрещено доводить. Потом просто поставят перед свершившимся фактом.

– Точно - маньяки. Опять же, если уничтожить не удастся, ты представляешь, что может натворить взбесившийся сеятель в нашей системе, тем более, раненый? А мои люди, которые остались внутри него? И, кроме того, ведь это, так давно ожидаемый первый контакт! Вам же этого никогда не простят!

– О чем и речь, - кивнул Клод.
– Я же сказал - далеко не все согласны с этим. И я представляю эту группу несогласных. Так что прямая трансляция из твоего мозга на сеятель, о грозящей ему опасности, нас вполне устроит.

– Понятно...
– протянул Андрей.
– А что, здесь разве нет прослушки? Ты так открыто говоришь обо всем об этом?

– Есть, конечно. И видеонаблюдение тоже. Но сейчас на экраны и динамики операторов идет запись картинки и звука твоего сна. Не забывай - я здесь начальство.

– Понятно. А если никакой трансляции на сеятель нет, что тогда? У вашей группы несогласных есть другие варианты предотвратить расстрел пришельца?

Клод смущенно потеребил мочку уха. И неуверенно произнес:

– Вообще-то нет. Мы уверены, что сведения через тебя обязательно поступят адресату. Сеятель поймет, что ему здесь не рады и уйдет из системы.

– Не разделяю этой вашей уверенности. Опять же - контакт в этом случае не состоится.