Чтение онлайн

Но так же ты относишься и к другим. Люди, конечно, не ангелы, у каждого свои недостатки, но надо уметь видеть в них прежде всего хорошее. А ты, вместо того чтобы создавать в коллективе деловую обстановку, нервируешь сотрудников своими постоянными придирками. Например, я никогда не слышал от тебя хотя бы одно доброе слово о Крейзловой или о Грубере. Я не хочу сказать, что это гении журналистики, но работают они честно, добросовестно, ты же своим отношением убиваешь в них веру в себя, а в нашей работе без этой веры просто не обойтись.

Да, и вот еще что. Когда-то ты отличался инициативой, куда же она сейчас делась? В качестве нештатных корреспондентов ты рекомендуешь в редакцию каких-то пенсионеров, вместо того чтобы искать себе помощников в воинских частях. В последнее время ты вообще перестал ездить в командировки. Недавно я просмотрел тетрадь учета выступлений наших журналистов перед читателями: ты был на такой встрече в декабре прошлого года, да и то не в части, а в партийной организации ЖЭКа. Мне кажется, этого слишком мало. Вот все, что я хотел сказать тебе с глазу на глаз. Хотя я долго думал: может, стоит обо всем этом рассказать в партийном комитете? Ты хочешь мне что-нибудь сказать?

— Все, что ты мне сообщил, я обдумаю. Или ты считаешь, что мои дела плохи и лучше подать рапорт об увольнении?

— Оставь, пожалуйста, эти фокусы для кого-нибудь другого. Если ты меня внимательно слушал, я ни слова об этом не сказал. Просто хочу, чтобы ты серьезно задумался.

— Постараюсь.

— Да уж постарайся, и побыстрее. А теперь я тебя больше не задерживаю. Зайди, пожалуйста, к Брандлу и забери у него писанину доктора Пресла — я ее забраковал. Можешь вернуть этот, с позволения сказать, материал своему соседу. И постарайся искать себе нештатных корреспондентов в воинских частях, а не на дачных участках.

Майор Валек в расстроенных чувствах закрыл за собой двери.

— Оставь их открытыми! — крикнул ему вслед Краус, а про себя подумал: «Теперь их уже можно не закрывать».

Погода на Шумане значительно ухудшилась. Не лучше было и настроение у подполковника Гумла, когда он вошел в кабинет майора Ворличека и, представившись, увидел Петра Черника и Антонина Вондрачека.

Майор Ворличек сразу стал ему охотно объяснять:

— Товарищ подполковник, это хорошо, что вы уже приехали. Ночлег вам обеспечен. Вас ждет комната в соседнем здании, шофера мы тоже не обидим. Конечно, это не фешенебельный отель — у нас тут условия, приближенные к боевым. Но место, где можно поспать и умыться есть. Если вы захотите остановиться в гражданской гостинице, то это я организую в Рудонице или в Краловице…

— Товарищ майор, меня сейчас меньше всего интересует номер в гостинице. Я хотел бы побыстрее попасть на место, где был обнаружен тайник. Кто сможет меня туда проводить?

— Это могу сделать и я, но хорошо бы вам предварительно побеседовать с поручиком Рихтермоцем.

— А кто это? Специалист из МВД? От них кто-то должен подъехать.

— Поручик Рихтермоц — командир саперного взвода. Его солдаты осуществляли разминирование подходов к тайнику после того, как там произошло чрезвычайное происшествие.

— Мне никто не говорил, что тут произошло ЧП.

Майор Ворличек коротко рассказал подполковнику о случившемся.

— Какие мины там обнаружены?

— Немецкие противопехотные. Но лучше и подробнее вам о них расскажет поручик Рихтермоц. Товарищ ротмистр, найдите поручика Рихтермоца и передайте ему, чтобы он немедленно прибыл сюда.

Ротмистр не спеша поднялся с койки, на которой сидел вместе с Черникой и Вондрачеком, и направился к двери, но в последний момент все же заметил:

— Поручик Рихтермоц должен прибыть сюда в четырнадцать ноль-ноль, сейчас его будет довольно тяжело найти.

— Вы правы, я забыл, что сам приказал Рихтермоцу прибыть к этому времени. Ладно, все равно, товарищ подполковник, раньше чем в семнадцать часов к тайнику мы не попадем.

— До шестнадцати тридцати на полигоне будут проводиться боевые стрельбы, а там, где обнаружен тайник, у артиллеристов мишенное поле.

— Ну, порадовали вы меня!

Ворличек предложил гостю из Праги стул, но Гумл отказался:

— Благодарю, я лучше прогуляюсь немного. А вы тут случайно или опять приехали писать оды на работу саперов? — спросил он у Черника.

— Мы приехали, товарищ подполковник, на тактические учения, но, на наше счастье, тут обнаружили заминированный тайник, — ответил Черник как можно учтивее, так как в тоне и в содержании вопроса уловил иронические нотки, а потом спросил у Гумла напрямик: — Вам неприятно наше присутствие тут или вы что-нибудь имеете против репортажа, который я написал о работе саперов и Загорском заповеднике?

— Мне не понравилось ваше поведение. Вы обещали показать статью перед тем, как опубликуете ее в журнале, но не сделали этого.

— Правильно, обещал, но, к сожалению, не сумел этого сделать, за что прошу меня простить. Дело в том, что события развивались совсем не так, как я предполагал. Сразу же после командировки в горы меня послали в Монголию. Статью я успел дописать, а проконсультироваться с вами времени не хватило. Но, надеюсь, вы ничего не имеете против содержания статьи?

— Конечно, имею. Вы изобразили меня каким-то Гераклом, но забыли, что кроме меня в разминировании участвовало еще несколько десятков человек, которые, как и я, внесли свою лепту в успех всего дела.

— О работе солдат я написал, но все же центральной фигурой были вы, товарищ подполковник. Из земли вытаскивали мины именно вы, и ликвидировали их тоже вы.

— По инструкции эту работу должен делать кто-то один, но не надо думать, что поручается она самому смелому или, более того, герою.

— Может быть, вы не считаете это геройством, но…

— Давайте лучше прекратим этот разговор, товарищ Черник, мы вряд ли выработаем общую точку зрения. И на будущее, пожалуйста, учтите — я не хочу фигурировать в ваших статьях в качестве героя.

В комнате воцарилась гнетущая тишина. Подполковник понял, что он тому виной, и решил хоть как-то сгладить негативный эффект от своих слов:

— Вы тут давно?

— Со вчерашнего дня.

— Ходили за грибами?

— Нет, не было времени.

— А грибов здесь, товарищ подполковник, полно, — вступил в разговор майор Ворличек. — Вчера ротмистр Кыдличек принес целую сумку.

— Это чистая правда, — заговорил ротмистр, — но когда я их срезал, добрая половина оказались червивыми. Сейчас в лесу очень сухо. Если бы пошел дождь, грибов было бы намного больше.