Чтение онлайн

– Сделаю сам, а ты ремня получишь.

Дверь наконец-то открылась, и Корней радостно побежал на кухню, к холодильнику. Лидия пошла следом, все же Костя и вправду плохо выглядит, придется ухаживать. Но охотник уже сам о себе позаботился.

– Ты что творишь?! – Лидия была в шоке. Костя достал замороженную курицу из холодильника… и ел! С аппетитом!

– Как что? Ем, не видишь? – Сказал Корней с набитым ртом. Каждое движение челюстей сопровождалось хрустом льда на зубах.

– Курица даже не разогрета! Да к тому же, сырая.

– Девочка, я тебе разве не рассказывал? Я был вампиром. Я пил кровь. Я занимался людоедством, и до сих пор помню вкус человеческого мяса. По сравнению с теми воспоминаниями, я понимаю, что вкус этой курицы вполне терпимый, а теперь, пожалуйста, сделай мне бутерброд. Желательно, несколько. И сама тоже покушай, со вчерашнего утра, наверно, не ела.

– Не хотелось бы мне с тобой, Костя, в голодный год на необитаемом острове оказаться.

– Может, перестанем отвлекаться, и займемся едой? Я, как уже говорил, голодный, как собака, а охотники, из-за применения магии, очень прожорливые, можно сказать, всеядные. И веганов среди нас не встречал.

– Я не могу видеть как ты сырое мясо жрешь! – Призналась наконец-то Лидия – ты хоть понимаешь, что глисты завестись могут?

– Оно замороженное.

– А то, что изо рта тухлятиной вонять будет, ничего?

– А я целоваться ни с кем не собираюсь в ближайшее время.

– Зато я бы не отказалась.

– Надо было чаще сырое мясо жрать.

– Кто-то передумал есть бутерброды?

– Да что ты начинаешь сразу?! Еды блин лишу…

– Зато тебе лишь бы отшлепать.

– Да, вот такие мы говно.

Слов у девушки не нашлось.

– Проехали. Кстати, бутерброды готовы.

– Спасибо – Корней положил курицу обратно в холодильник, и взял бутерброд.

Лидия тоже начала есть, все же охотник прав – не ела весь день, да еще силу тратила.

Корней наконец-то начал чувствовать насыщение, и возвращение силы, кожа приобрела здоровый цвет, и перестала быть бледной, как у мертвеца.

– Ладно, ты права, надо будет зубы сходить почистить, а заодно душ принять и переодеться – признал Корней, и пошел в душ.

Когда он снова вернулся на кухню, стал совсем похож на человека – чистый, без следов крови.

– Спасибо, что вернулась и спасла меня, Лидия – Корней обнял еще жующую девушку за талию, поднял со стула, и в благодарность за свое спасение крепко поцеловал, применив даже язык. Так они простояли минуту, и когда Корней отпустил девушку, Лидия что-то заподозрила, и когда поняла:

– Ты что, всю еду у меня прямо изо рта спер?!

– Извини, не удержался – с хитрым лицом ответил Корней, пережевывая отобранное.

– Ну ты Костя зараза… а я то, дурра наивная, думала, искренне целуешь, все таки скотина ты…

– Вообще-то искренне. Я действительно тебе благодарен, ты мне спасла жизнь, и отодвинула момент, когда я снова стану вампиром.

– В смысле? Эйнар тебя укусил? Я вроде не заметила следов на шее.

– Нет, укусы вампиров мне теперь по барабану, иммунитет есть. Просто те, кто был вампиром, и был оживлен, когда погибают, снова становятся вампирами. Поэтому мне нужен кто-то рядом, чтобы хоть голову отрубить, если погибну, или сжечь, что еще лучше.

– Давай не будем об этом, хорошо? Это произойдет наверняка очень не скоро, и ты проживешь очень долго. Хотя идея быть с тобой рядом постоянно, мне нравится.

– Даже для того, чтобы добить? Справишься?

– Что-нибудь придумаю, но лучше просто обратно жизнь верну. Опыт есть, думаю, получится.

– Чтобы третий раз пережить смерть? Не, увольте.

– Никуда ты от меня не денешься, Костя – многообещающе гарантировала девушка – как бы ты не сопротивлялся.

– Понятно, как говорится, если девушка хочет отношений, то ей все равно, даже если парень против.

– А ты против?

– Как твой “дядя – моряк дальнего плавания”, против – Лидия резко подняла на него взгляд – а как парень, переживший с тобой путешествия, оберегающий тебя всю эту неделю, спавший в одной постели с тобой, вытаскивающий тебя из плена, и отдавший за тебя жизнь, которую ты мне вернула, я готов продолжать с тобой общение. И постараюсь, чтобы тебя мне в ученики назначили.

– Только общение? И все?

– Ну уж не обессудь. Я старый охотник, и я не знаю слов любви.

– Гад ты все-таки дядя Костя, прибила бы нафиг.

– Пупок не развяжется?

– Да нет, рука просто не поднимается на дурака невоспитанного. Девушка перед ним стелется, а он ломается как целка.

– Где-то я это уже слышал.

– Не будь букой, Костя, тебе это не к лицу.

– Откуда ты знаешь?

– По тебе сразу видно, как ежик колючки выпустил, и не подпускаешь никого к себе, изображая мизантропа, а по правде милейший парень, одиночка просто, которому стакан воды в старости никто не подаст.

– Это все Кодекс охотника.

– Да перестань ты уже нудить, не смешно! – Лидия уже сорвалась, ей надоела маска Кости, которую он упорно не хотел снимать – ты же в душе другой совсем, просто жизнь у тебя такая! Был бы такой бездушной скотиной, какой хочешь казаться, завалил бы меня сразу, как только освободил, чтобы никому не досталась, и сестру свою уже давно бы прибил, потому что она вампир!

– Понятно все, спор зашел в тупик?

– Почему?

– Ты говоришь одно, я другое. Пат.

– Что “пат”?

– Патовая ситуация, тупик. Шахматный термин… ты наелась?

– Да.

– Ну, тогда иди в душ, и пойдем, нужно все-таки показаться в штаб-квартире, а то нас наверно потеряли.

***

“Все же слишком уверенно говорил Эйнар, насчет того, что Лидия нам теперь не нужна” – неожиданно вспомнил Корней свой разговор с вампиром, когда они подходили к штаб-квартире – “кровососам, конечно, верить нельзя, лживые сволочи и все такое, но такая уверенность настораживает…”

Их увидели еще на подходе, и когда они вошли в здание, собралась минимум половина персонала, а может и все, кто был на месте. Естественно, Корнея не было видно неделю, да еще пришел с какой-то девкой. Информация о его задании, конечно, была засекречена, но слухами, как известно, земля полнится, и к тому же, среди вампиров секретности не было, поэтому о задании наверняка знали все. Тут толпа расступилась, и вышел глава охотников – Андрей Лазарев:

– Нарисовался, хрен сотрешь, не прошло и года – Андрей Стефанович, как обычно, изволили шутить – ты где пропадал, блудный наш? Ты же должен был раньше прибыть?