Чтение онлайн

Но все же что-то там происходило.

Через двор протянулись две полосы света, и Донни с его необыкновенно острым зрением сумел разглядеть автофургон с включенными фарами, клубившиеся облака пыли и двух мужчин, которые в свете фар перетаскивали из сарая в машину какие-то тяжелые мешки.

– Кажется, это Триг, – сказал Донни. – А второго парня вижу в первый раз.

– Мы спустимся к ним?

Донни внезапно почувствовал неуверенность.

– Я не знаю, – сказал он. – Не могу понять, что за чертовщина там происходит.

– Он помогает своему другу грузить машину.

– Темной ночью?

– Ну, ведь всем известно, что он необычный парень. Конечно, он живет не по часам.

На эти слова возразить было нечего: Трига и впрямь никак нельзя было отнести к числу людей, ведущих размеренный образ жизни.

– Ладно, – решил Донни, – мы спустимся туда. Только ты держись сзади. Сначала я разберусь, что к чему. Не нужно, чтобы тебя видели, пока не выяснится, что происходит. Когда будет можно, я позову тебя, ладно? Просто мне это не слишком нравится.

– Твои слова слегка попахивают паранойей.

Так оно и было на самом деле. Какое-то ощущение опасности прямо-таки висело в воздухе, но Донни не мог понять, почему оно появилось. Возможно, это ощущение было порождено странностью всего происходившего и не имело никакого смысла. А может быть, повинна во всем усталость, навалившаяся на него после многих часов боевой готовности.

Они начали спускаться с холма, обошли дом и в конце концов оказались в тылу у грузчиков. Теперь Донни мог как следует разглядеть их. Оба работали в джинсах и хлопчатобумажных рубашках. Они наваливали на тачку неаккуратные мешки с удобрениями, подвозили к фургону и очень плотно укладывали туда. На каждом мешке можно было разглядеть надпись «Аммиачная селитра». Колесо тачки поднимало с земли клубы пыли; освещенная яркими лучами фар и желтоватым светом, выбивавшимся из раскрытой двери сарая, пыль сплошным мерцающим облаком плавала в воздухе и оседала на всем, что было поблизости, – на грузовике, на людях и на всем остальном. У Трига и у его напарника рты и носы были завязаны красными платками.

Жестом приказав Джулии отступить во тьму, Донни зашагал вперед. Пыль сразу же набилась ему в рот, в нос и в легкие, и он закашлялся. Впрочем, никто его пока что не замечал.

– Триг! – позвал он.

Услышав свое имя, Триг сразу же повернулся, но второй человек отреагировал гораздо быстрее: безошибочно повернувшись лицом к Донни, он вперил в него пристальный взгляд темных глаз. Его голову украшала пышная шапка спутавшихся белокурых волос, куда более густая, чем у Трига, он был крупным и мощным. Триг рядом со своим напарником напоминал поэта, вздумавшего водить дружбу с портовым грузчиком.

– Триг, это я, Донни. Донни Фенн. – Он нерешительно шагнул вперед.

– Донни, ради Христа, я не ожидал тебя сегодня.

– Ну, ты же приглашал меня приехать сюда.

– Да, конечно. Донни, познакомься, это Роберт Фицпатрик, мой старый друг из Оксфорда.

– Привет, – сказал Роберт. Он снял свою повязку и улыбнулся, продемонстрировав полный рот безупречных зубов; такой улыбке могли бы позавидовать многие голливудские кинозвезды. – Так это ты и есть герой войны, а? Знаешь ли, мы очень надеемся на тебя! Нам для нашего движения очень нужны такие парни. Мы остановим эту проклятую бойню и засыплем западные поля конским навозом и селитрой, если только я хоть что-нибудь понимаю в жизни. Засучи-ка рукава, мой мальчик, и присоединяйся к нам. Нам очень пригодилась бы крепкая спина. Мой распроклятый погрузчик намертво сломался, и я вдвоем с этим слабаком должен вручную таскать удобрения для разбрасывателя. Приходится заниматься этим по ночам, чтобы не так страдать от жары.

– Роберт, он семьдесят два часа торчал на боевом дежурстве, – прервал его Триг. – Ему сейчас не стоит слишком надрываться.

– Нет, я...

– К тому же мы уже почти закончили, так что не о чем беспокоиться.

– Ты так неожиданно исчез.

– А, просто еще одна демонстрация. Я совершенно выдохся. И что мы всем этим доказали? Я утратил всякое желание заниматься движением.

– Желание к тебе скоро вернется, сынок, – тепло сказал гигант Фицпатрик. – Схожу-ка я принесу пива перед последним натиском. Подожди здесь, Донни Фенн.

– Нет-нет, мне просто нужно было обсудить с Тригом одну вещь.

– О, Триг наставит тебя на путь истинный, не сомневайся. – В голосе Фицпатрика прозвучали нотки истинного веселья. – Так что я все-таки схожу и притащу что-нибудь, чтобы промочить горло. А вы, парни, пока что поболтайте.

С этими словами он повернулся и направился к дому.

– Ну, Донни, так что же случилось?

– Это насчет Кроу... Его арестовали. Нарушение Единого кодекса военной юстиции. Предполагается, что я буду свидетельствовать против него через... – Донни посмотрел на часы, – примерно через семь часов.

– Понимаю.

– Наверное, не очень. Мне поручили шпионить за ним. Это было мое задание. Вот почему я сошелся с ним. Я должен был докладывать обо всем, что он делает за пределами базы, и следить за его встречами с известными участниками пацифистских групп. Вот почему я оказался вместе с ним на вечеринке. Вот почему на следующий день пришел на вечеринку к тебе. Мне было приказано шпионить.

Триг некоторое время молча смотрел на него, а потом сделал совершенно неожиданную вещь – засмеялся.

– Так это и есть твоя великая тайна? Дружище, на самом деле? – Теперь он уже хохотал в голос. – Донни, раскинь мозгами. Ты служишь у них. Они могут поручить тебе заняться этим. Стоит им так сказать, как это становится твоей обязанностью. В Вашингтоне в последнее время все увлекаются этой игрой. Каждый следит за каждым. У каждого есть мнение, представление, идея, что все пытаются делать какие-нибудь гадости или что-то продавать. Я и думать об этом не хочу.

– Да нет, дело похуже. Им взбрело в головы, что ты входишь в руководство «Штормового подполья» и что именно ты стоишь за всеми этими событиями. Можно ли придумать что-нибудь глупее? Дескать, он снабжал тебя секретными сведениями и поэтому Майская триба смогла так унизить Корпус.

– Дружок, чтобы удивить меня, их воображения все равно не хватит!

– Так что же мне все-таки делать, Триг? Я приехал специально для того, чтобы спросить тебя об этом. Насчет Кроу. Нужно мне давать показания?

– А что произойдет, если ты откажешься?

– У них есть фотографии, на которых я курю дурь. Забавно, я уже давно не прикасаюсь к ней, а вот сейчас покурил, чтобы сойтись с ними. Меня могут послать в Портсмут. Или, что вероятнее, в 'Нам. Они вполне могут отправить меня туда при ближайшей смене состава, хотя у меня уже не хватает срока.

– Выходит, что они самые настоящие подонки, верно?

– Ну да.

– Но сейчас это нам совершенно неважно. В смысле, что это за люди. Речь не о них. Мы и так знаем, кто они такие. Дело касается тебя. Ну, тут все гораздо проще.

– Как это проще?

– Вот так. Давай свои показания. По одной-единственной причине: ты не должен позволить им убить тебя. Смертью ничего не докажешь. Кому может быть выгодна смерть Лохинвара? Кто побеждает, когда погибает Ланселот? [25]