Чтение онлайн

Благо опыт такой работы у него имелся. За те годы, когда он упорно искал свое место в этом жестоком мире, он успел поработать на десятке разных предприятий и на десятке разных должностей. Экспедитором он тоже был. Как торговым, так и промышленным. Поэтому к сегодняшнему дню он был готов на все сто.

Альбер Ефремович разумно заметил, что Артур чересчур напрягается по поводу готовности ко всему и всегда. Но не стал его останавливать. Он понимал, что Артур – Ал-градец. И он тот, кто он есть – трудовая пчела искусственного социума. К тому же, он нанимал его не потому, что ему был нужен секретарь. Он искал помощника и ассистента, с задачами которого Артур справлялся потрясающе хорошо. Поэтому лишь сделал ему шутливое замечание и отпустил решать свои дела. А на звонки он и сам сможет ответить. Не маленький.

Из отеля Артур почти выбежал. Мало того, что дел была уйма, так еще надо было не забыть забрать Дивана с вокзала. А то этот крендель и там себе приключений найдет.

В хорошем смысле, разумеется.

В доках погрузки все было в порядке. Местные уже привыкли иметь дело с зажравшимися богачами и поэтому спокойно дали Артуру полный доступ в портовый терминал. Хватило только предъявить смету получателя и реализатора.

Бумаги, конечно же, были липовые. Но кому какое до этого было дело? Нет бумажки – ты какашка. Есть бумажка – Чебурашка. То есть любовь и дружба.

Портом, кстати, назывался огромный бетонный комплекс причалов, на которых разгружались не менее большие грузовые баржи. Огромные, тяжеловесные платформы на воздушной подушке. Именно они и развозили большую часть грузов по всей планете, затмив собой такие виды транспорта, как монорельс и автострады.

Взирая на то, как груз перекочёвывает по лентам из трюма транспортника в ангар хранения, Артур задумался о том, насколько велик поток продукции в этот город. Машины шли из Ал-града и из более глубинных регионов. Город, как губка, впитывал в себя все, что попадало ему на тарелку, не оставляя после себя ни единой капельки остатка. Конечно же, Артур мог и ошибаться, но ему показалось, что Миин-тир по уровню потребления может сравниться даже с самим Ал-градом.

И куда это все девается?

Мимо него по ленте проезжали всевозможные ящики и коробки. На одной из них Артур заметил маркировку «СпецТорг». Это была продукция компании, занимающейся производством консервантов, как для гражданского использования, так и для поставок на горнодобывающие предприятия за пределами планеты.

Консервация? В такой город? Кто-то сильно прогорит!

Наконец он дождался своего груза. Партия промышленного алюминия. Зачем? Да какая разница. Может, скульптор какой новый дизайн придумывает.

Плотные пластиковые боксы поехали по ленте и, минуя ангары, сразу же грузились на грузовики. Двое худых парней, работая манипуляторами, управляли парой механических рук, загружая груз в машины. Руководил всем упитанный и щекастый, но при этом удивительно подвижный мужичек с веселыми глазами. Из местных.

Когда погрузка завершилась, он бодро подбежал к Артуру, на ходу срывая с головы кепку, вытирая ею вспотевший лоб.

– Ну и духота, – продекларировал он очевидную истину. – Мы закончили. Ты дальше с нами?

– Нет, Дмитрий Антонович. – Артур до последнего боялся, что неправильно запомнил имя начальника приемной группы. – Я только здесь. Прием принял, а дальше уже не наша забота.

После сказанного Артур протянул ему планшет с актом приема передачи, в котором уже через секунду красовалась такая же, как и договор, липовая подпись подставного лица.

Вот теперь все. Дела сделаны. Процесс завершён, и осталось только… Вокзал!

***

– Я уже подумал, что ты обо мне забыл.

С самого приезда Диван только и делал, что дулся. Артура это веселило, стоило только представить фразу «дутый Диван». Подумаешь, опоздал на полтора часика. С кем не бывает.

Но в глубине души Артур переживал из-за этой ситуации. Пунктуальность, дисциплина и четкое планирование было основой, на которой стояла вся система образования на всей территории Алголита. И так сильно опоздать… Конечно, у него были для себя готовые оправдания. Пробки, задержка груза. С последним, правда, были проблемы. Ведь он мог не забыть и банально позвонить, предупредить Дивана, что задерживается. Или просто вызвать ему машину. Но он этого не сделал, так как забыл.

От процедуры морального самобичевания его отвлек звонок. Звонили из порта.

– Димитриеф на связи.

На той стороне отозвался звонкий девичий голос.

– Это Вас из порта беспокоят. Ваш груз прибыл. Отправлен на разгрузку. Терминал складирования три-одиннадцать…

– Стоп, стоп, девушка, – перебил ее Артур. – Мой груз уже отгрузили и даже приняли.

– Да? – искренне удивилась девушка. – Подождите, пожалуйста.

Несколько секунд в трубке царила полная тишина, и Артур уже начинал нервничать. Опять бардак развели. Не дай бог он еще и не свой груз отгрузил. Хотя по маркировкам все было верно.

В трубке снова прозвучал извиняющийся голос девушки из порта.

– Точно. Извините, ради бога! Просто у нас такого же алюминия целая куча. Маркировки совпадают, вот система и путает. Извините еще раз.

– Всего доброго, – сказал Артур и повесил трубку. – Чертов бардак.

– Ты поэтому на полтора часа опоздал?

Артур вспомнил, что в машине он едет не один. Как минимум, рядом сидит Диван. Как максимум, был еще водитель за вакуумной перегородкой, отделяющей его от салона.

– Именно так, – ответил другу Артур. – Все из-за бардака. Ну что я мог сделать, если тут такое творится.

Врать не хотелось, а сказать правду смелости не хватало. Вот так оно и получается. Если ты не говоришь всей правды, а только полуправду, ты трус, который не доверяет окружающим. А конкретно тому, с кем ведешь беседу.

Вот кто сказал, что правду говорить легко и приятно? Чтобы говорить всю правду, мало быть просто смелым. Надо еще и всю свою жизнь так построить, чтобы не стыдно было правду говорить. А в современном мире это не так уж просто сделать. Ведь каждый считает, что он, как и все вокруг, глист в куче говна. А значит, надо быть самым ярым и матерым глистом из всех. Вот так и получается. От ненависти к себе до ненависти к окружающим. И действия эти не влекут за собой ничего иного, как создание таких же ненавидящих все вокруг людей. Несчастных и озлобленных людей, нацепивших на себя маску «выживающего» в этом жестоком мире. И может, это и правильно, если бы не одно «но». При таком подходе очень трудно остаться человеком. Ведь у всех людей есть одна общая болезнь. Они заложники собственного опыта. Они рабы собственного разума. Разума, извращенного другими людьми. Вот и получается, что люди думают, что живут в дерьме только потому, что кроме этого самого дерьма ничего производить не умеют.

А быть настоящим человеком? Да кого в наши дни волнуют такие вопросы?

Но вот коренных Алгольцев эти вопросы волновали. И, видя глаза Дивана, Артур понимал, что сейчас стоит на пороге выбора. Доверять другу или нет. Сказать правду или попытаться отмазаться. Но вопрос честности тогда будет снят раз и навсегда. Дружбой это уже не будет.

– Я забыл, – выпалил Артур на выдохе.

– Я так и знал! – весело завопил Диван. – Я знал, что ты забегаешься и забудешь про своего старого друга Дивасика.