Сфера трёх лун
Шрифт:
– Какое нападение?
– Бриг скривился, словно подавился гнилушкой.
– Мы и так разрозненны и ослаблены, а призрачные посланники очень сильны. Они манипулируют неизвестными силами и знанием. Нет человека, способного сравниться с ними в бою.
– Бриг, мы не можем отпустить тебя. Не создавай проблем, - Наи направилась на выход из десантного отсека.
– Когда с первостепенными задачами разберемся, выпрем тебя вон. Не скучай, грязнуля.
– Я переполнен благодарности, что не убили меня, наемница, - расплылся в улыбке Генрих, хвастаясь ровными белыми зубами, слегка запачканными кровью.
– Цени это, - холодно проговорил Вельвет.
Путь к гостинице Ницы был овеян скукой и усталостью, молчанием и редкими шутками, призванными скрасить пребывание в замкнутом пространстве машины. Последние сводки новостей пестрели репортажами о идеально спланированной операции властей против повстанческого движения, терроризировавшего население. Но повстанцам все же удалось убить руководство Инквизиции, переставшей существовать как организация. Ее активы и недвижимость, ресурсы и научный штат вобрало в себя правительство Режима.
– Они тупо все свалили на повстанцев?
– Плевать, нам же проще.
Империалград встретил команду наемницы равнодушно. Ничто не напоминало о прошлых беспорядках и погромах. Здания гостиничного комплекса починены и сияли чистотой. Номера заняты. Всюду радостные лица толпящихся и шумных людей. В приемной фойе играл симфонический оркестр, здесь проводился торжественный прием. Наемники и Ница удивленно замерли, выйдя из подземного паркинга. Вельвет сразу предложил тайком пробраться к лифтам, чтобы подняться на этаж, где они расквартированы.
На их этаже никого. Прибывшие наемники и Ница сбросили вещи, посадили Брига под замок и направились к душевым кабинкам.
– Ница!
– разлетелся возбужденный крик Ладани.
– Ты где?
Лада подлетела к ближайшей кабинке, стекло которой запотело, ничего не видно. Она настойчиво постучала, от удара на ее запястьях зазвенели браслеты. Дверца скользнула вправо и на Ладу вопросительно уставилась счастливая Наи, которую обнимал за талию находящийся за ее спиной сконфуженный Вельвет. Мокрые волосы наемницы сосульками сползли по груди.
– Хочешь присоединиться, малявка?
– Наи подмигнула.
– От малявки слышу!
– растерялась Ладани, косясь на обнаженного мужчину.
– Постыдились бы. Где Ница?
– Стыд… запретный плод, - Наи приблизилась к лицу зарумянившейся Лады.
– Прости, что попались тебе на глаза.
– Ну, - Ладани подавила смущение, - это как-то неправильно.
– Тебе нечем заняться? Ницы здесь, к сожалению, нет, - Вельвет не смог спрятаться за фигуркой наемницы.
– Иди уже.
– К сожалению? Совсем страх потерял?
– Сам иди. Чего рот открываешь на меня?
– Ладани попыталась ударить его ногой.
– Ладани, оставь нас, еще подеретесь, - Наи повернулась к ней спиной.
– Вельвет, а ты не нарывайся.
Наемники улыбнулись. Озорство переполняло их глаза, губы жадно встретились. Поначалу неловко и смущенно прикасаясь, пальцами они нашли друг друга, скользя в мыльной пене, и Саен прикрыла дверцу душевой кабинки перед носом остолбеневшей Лады.
– Бесстыжие распутники! Я бы вам наваляла.
– Ладани, подглядываешь за гостями в ванной? Со мной все в порядке, не волнуйся, - на Нице идеально смотрелся двухцветный халат. Волосы свисали почти до земли прямыми прядями.
– Что за безобразие ты решила тут устроить? Что за странный наряд на тебе?
– Хотела заработать и устроила благотворительный прием. Сдала свободные комнаты. Договорилась о снятии клипа. В пятницу пройдет семинар, не помню о чем он. Через четыре дня у нас остановится на неделю известный сатирик молодежного направления. А в следующем месяце состоится торжественное открытие чемпионата по шашкам, двухсотклеточным кажется. Затем мы сдаем в аренду три верхних этажа с висячими садами и центральный фонтан для съемок фильма. Я проверила, фильм для семейного просмотра. Сама понимаешь, какое сейчас время. Эпатажный наряд придумала сама, мне скучно. Твои друзья пересмотрели дизайн и сделали, совсем не снимая мерок. Посмотри, какие красивые туфли! А эти ремешки и трубочки! Правда, красиво?
– Ты и в бумажном пакете будешь шикарно выглядеть.
– А вот и не правда!
– Правда.
– Нет!
– Да.
– Нет, нет, нет!
– Иногда я задаюсь вопросом, почему ты ведешь себя как ребенок, но потом понимаю что это не важно.
– Взрослеть скучно, а быть взрослым ужасно скучно. Я не хочу быть взрослой и ходить с унылым лицом, бояться того что могут обо мне подумать, обзаводиться семьей, ходить на работу, тратя большую часть дня. Все это ужасно скучно, я хочу просто жить и наслаждаться жизнью, чтобы приключения не прекращались, и никогда не стареть.
– Люди стареют, - заметила Ница.
– А ты нет.
– Ты хочешь быть мной?
– Ница смотрела с любопытством на замершую Ладани.
– Хочешь быть мной?
– Не, не тобой, а как ты. Молодой и красивой всегда.
Спустя полтора часа вернулись с прогулки Фрэнк и Мариэль в сопровождении Ликани. Два часа они провели в обновленном городском парке, блуждая по тропинкам среди множества цветущих клумб и деревьев, переходя с одного яруса на другой.
День выдался на удивление приятным. Солнце пригревало, но в тени свежо и прохладно. Ближе к вечеру упали первые капли, и пошел кратковременный дождик, прибив пыль к земле и вернув краски растениям и крышам.
Удостоверившись, что все претензии сняты, наемники вернулись к повседневной рутине. Оплатили счета. Выслушали обращение главенствующего круга Синдиката. Накопилось много работы положенной их нынешнему статусу, и Наи взялась отсеивать предложения, восстанавливать прежний ритм. Она остановила взгляд на коротком электронном обращении: «помоги найти друга», и подпись: «палачи инквизиции», дальше прямой виртуальный номер.
– Вельвет, - Саен щелкнула наладонником и вытащила из полки стола коммуникатор, - видел сообщение от святош?
– Видел. Инквизиции больше нет. Это подкидыши проекта «Прометей» вышли на нас.
– Ты уверен?
– Минуту назад выслушал доклад принявшего запрос человечка. На него вышли, как положено: с паролем, условным знаком и точно по адресу - они знали явку.
– Интересно и кого они разыскивают?
– Они назвали его Ликнатом.
– Тайполя? Не человек, а перекати-поле какое-то, - произнесла Наи.
– Его постоянно кто-то ищет, преследует, о нем спрашивают, его тайны оберегают, и что бы ни случилось, он продолжает жить.