Чтение онлайн

– Ладно, – пробормотал Берт Делароза, опрокинув стопку «Столичной». – Зато у вас, ребята, есть свой деревенский призрак.

Берт визгливо захихикал, будто сам поразился своим словам, и поднял пустую рюмку, глядя на Грима.

– А ты не врал мне, когда предупреждал меня про здешние нравы, приятель! Я-то думал, ты намерен вышвырнуть меня и Бамми из милого местечка. Что ж, порой мы ошибаемся.

– Что ты имеешь в виду? – ошеломленно пискнула Бамми.

– Про тот день, когда Роберт и та женщина пытались нас подкупить. Вечером Роберт звякнул мне на мобильный и опять попытался отговорить. Он нес всякую чушь про злую ведьму, которая живет в лесу… Я тебе ничего не сказал, поскольку был в шоке! Я решил, что они перегнули палку, и не хотел тебя тревожить. И вот что получилось, дорогая…

– Извини, – ответил Грим, скрыв усмешку.

– Вы назвали ее деревенским призраком, – заявил Пит. – Определение не совсем правильно, но близко к истине. Не требуется особых усилий, чтобы признать реальность женщины, которая материализовалась в вашей спальне. Но почему вы не позвонили в полицию, когда заметили Катерину? Ведь люди обычно именно так и поступают, когда видят в доме незнакомца. Странно, что вы не вызвали «Скорую помощь», учитывая внешний облик Катерины!

Делароза неловко поерзали в креслах. У Стива возникло ощущение дежавю: новички, которых они знакомили с устоями Блэк Спринг, всегда реагировали одинаково.

Это случалось не чаще пары раз в году, если повезет – в более приемлемое время суток.

Стив хмыкнул и погрузился в воспоминания.

Восемнадцать лет назад Пит Вандермеер был гораздо моложе и работал на кафедре социологии в Нью-Йоркском университете. Может, еще не настолько опытный рассказчик, но с тем же самым задумчивым спокойствием в голосе. Именно Пит и рассказал им правду про Катерину и Блэк Спринг.

Что до Стива, то он, конечно, не забыл, как его раздирали противоречия. Они с Джослин ничего не понимали, пока Пит не побеседовал с ними начистоту.

Мы слушали байку про ведьму и верили в нее, потому что видели Катерину своими глазами, подумал он.

Наконец заговорила Бамми:

– Почему-то кажется, что она… не чужая. С ума сойти! И еще чувствуешь, что она – нечто плохое.

Бамми повернулась к мужу:

– Можно, дорогой?

Берт хотел возразить, но лишь махнул рукой:

– Давай.

– Мы еще не уснули. Мы были… заняты друг другом.

Бамми изящно скрестила руки на груди и покраснела, а Стив с Гримом прикусили языки. Однако Стив едва не присвистнул: за всю свою врачебную карьеру он ни разу не слышал настолько скромных речей, когда рассказчик повествовал о сексе.

Надо отдать Бамми должное: она проявила недюжинную тактичность, что, кстати, только красило ее.

– Я… легла на спину и внезапно увидела ее. Она стояла в изножье кровати. И самое жуткое заключалось в том, что секунду назад ее не было, а потом… она появилась. И она смотрела на меня. Если не считать того, что у нее нет глаз, только черные обтрепанные швы. Но она глядела на меня. Как бы я хотела, чтобы она отвернулась!

– Моя жена закричала, – безо всяких эмоций вымолвил Берт. – Начала корчиться, вылезая из-под меня, будто ее током било. Я тоже увидел ее. И заорал. Думаю, я так не вопил с той поры, когда мне пришлось нырять в прорубь на посвящении в студенты! У нас обоих не было ни малейшего сомнения, что перед нами не привидение, а существо из плоти и крови. Бамми замоталась в простыню и выскочила из спальни. Я бросился за ней следом, но в дверях оглянулся. Решил убедиться в том, что она не исчезнет, если я моргну… Знаете, так бывает, если кошмар приснился. Она никуда не исчезла. И я вернулся.

– Зачем? – выпалила Бамми.

– В нашей спальне появилась искалеченная женщина в цепях. Наверное, я хотел ей чем-то помочь.

– А потом? – спросил Грим.

Сначала Берт умолк. Бамми отчаянно стиснула руку Берта.

– Нет, – ответил он. – Она не шелохнулась. А я настолько струсил, что выбежал вон.

Грим и Стив переглянулись. Пит сразу догадался, что Берт лжет, но решил, что это не имеет отношения к делу, по крайней мере сейчас.

– Хорошо. И у вас обоих возникло четкое ощущение, что она – не совсем человек.

– Но почему вы скрываете ее от широкой общественности? – спросил Берт. – В смысле, если вас одолевает призрак – хотя это не то, что я готов с ходу признать, пока не изучу подробнее, – вы не позовете в Блэк Спринг репортеров? Вы бы мировую науку встряхнули, если бы пригласили сюда ученых! Вы ее хотя бы на видео снимали?

– В нашем цифровом архиве накопилось около сорока тысяч часов съемок, – ответил Грим. – В Блэк Спринг повсюду спрятаны камеры видеонаблюдения. Мы храним материалы в течение десяти лет, после чего их стираем. Кадры бывают скучными.

Делароза присвистнул.

– Ну и ну! – протянул он.

– Роберт пытается сказать, – начал Пит, – что нам нельзя делать Катерину звездой. Ведь она распоряжается нашими жизнями.

Он пристально посмотрел на супругов Делароза. Стив проникся глубочайшим уважением к Питу – тот умел убеждать новичков.

– История Катерины не закончилась с ее смертью. Зимним утром тысяча шестьсот шестьдесят пятого года, через четыре месяца после ее гибели, власти во главе с генерал-губернатором Питером Стюйвесантом отправились в лес, чтобы проверить, чем занимаются трапперы. Оказавшись в Новом Бееке, они обнаружили, что городок покинут людьми. С крыш свисали сосульки, во дворах лежали нетронутые сугробы. Люди пропали. Могло показаться, что жители Нового Беека исчезли в одну роковую ночь – улетучились, как дым, рассеявшийся в небе. А позже все стало еще хуже – народ заподозрил, что дело в проклятии, и стал избегать города-призрака, где каждый мог ощутить на себе «дурной глаз». В июне того же года Стюйвесант вернулся в Нидерланды. Другие поселенцы тоже покинули свои деревушки, и печальные события предали забвению. Единственным историческим документом стала запись, появившаяся гораздо позже – в тысяча семьсот восьмом году. Документ обнаружили в архивах Нидерландов: в нем кратко изложены история Катерины и массовое бегство голландцев. Между прочим, у нас есть копия. Исход населения Нового Беека соотносится с экономическими трудностями во времена второй англо-голландской войны и аннексии Нью-Йорка. Предполагается, что поселенцы погибли в ходе сражений между индейскими племенами.

– Значит, это просто фольклор, – пробормотал Берт.

– За исключением того, – сказала Джослин, – что есть и те, кто говорил, что индейцы покинули окрестности еще осенью – посреди сезона охоты. Легенда гласит, что они были напуганы. Они твердили, что леса, которые они раньше считали своими, «заразны». И с чего бы индейцам уходить, лишаясь выгодной торговли с поселенцами, и почему это случилось после смерти Катерины?

– Верно, – кивнул Пит. – И еще. То, что произошло в тысяча семьсот тринадцатом, зафиксировано в официальных источниках. В апреле того года в Новый Беек прибыли англичане. Они переименовали городок в Блэк Спринг. А через неделю уже трое покончили с собой. И Бетайя Келли, повивальная бабка, убила восьмерых детей прежде, чем ее схватили.

– Выдумки!

– Увы! Когда ее арестовали, она сказала, что вышедшая из леса женщина шепотом приказала ей выбрать, кому из детей остаться в живых. Когда повивальная бабка ответила, что не может выбирать, то незнакомка заставила ее убить всех. Но в архиве есть лишь краткое упоминание о ведьме и о таинственных явлениях, происходивших на Горе Скорби. Спустя месяц в лес отправилась группа церковных служителей. Вернувшись, они заявили, что изгнали одержимую, зашив ей рот и глаза и обмотав цепями. Вскоре они скончались, хотя обстоятельства их смерти неизвестны. Но хоть в чем-то они достигли успеха: смельчаки буквально закрыли ее дурной глаз.

– Но сама ведьма никуда не делась! – воскликнула Бамми.

– Точно, – согласился Пит. – И по сей день Катерина ван Вайлер бродит по улицам Блэк Спринг днем и ночью… и гостит в наших домах.

Пит умолк, и Грим решил, что пора перехватить инициативу.

– В лесу Спринг обитает не старомодный призрак. Это вам не фильм про привидение, которое видят надоедливые нелюбимые дети-аутисты, которые в конце концов оказываются правы. Ведьма Блэк Рок – наша реальность. Она – не далекий отголосок прошлого, как бывает в идиотских комиксах. Она постоянно противостоит нам, столь же опасная, как питбуль в вольере. Она – в наморднике, но сути это не меняет: если ты сунешь палец сквозь решетку, она не лизнет его, чтобы попробовать, насколько он жирный. Ведьма оторвет его с мясом.