Чтение онлайн

– Семя жизни?.. А что это?

– Ну, это когда нового харда нужно сделать, - совершенно равнодушно отвечает Эльк.

Поняв о чем речь, я смущаюсь до алых щек и споткнувшись, едва не растягиваюсь поперек коридора.

– Но это же ужасно!
– вырывается у меня и это восклицание относится не к какому-то конкретному факту в рассказе Элька, а к ситуации в целом!

– Знаешь, очень многие харды с тобой согласятся! Прерывать работу - иногда в самый ответственный момент!
– чтобы заняться воспроизводством себе подобных - это жуть! Уж скорее бы придумали какой-нибудь артефакт на этот случай!

–Ты ведь шутишь?
– неуверенно спрашиваю я, совсем оторопев. И даже не могу сразу сформулировать следующий вопрос.
– А ваши... женщины? Что… Они как вообще?..

– А вот сейчас посмотришь. Мы как раз на женское крыло переходим.

Мы входим в следующую арку и я снова чуть не падаю. На этот раз из-за стоящей на пути мебели.

Аскеза мужской половины сменяется настоящим нагромождением вещей: вдоль стен стоят бесконечные диванчики, пуфики, кресла, столики… Стены задрапированы тканями, на имеющихся редких “проплешинах” или висят огромные картины в жутких позолоченных рамах, или привинчены полки, заставленные статуэтками, шкатулками, кубками и еще бог знает чем. На полу ковровая дорожка с ворсом по щиколотку. Это - логово злостных барахольщиков!

При нашем появлении все двери по обеим сторонам коридора неожиданно открываются и свободное пространство заполняют более полусотни женщин. Окидываю быстрым взглядом появившийся “цветник” и констатирую, что женщины и мужчины хардов - это словно два разных народа. В отличие от своих “сильных половин” дамы не выглядят сутулыми и большеголовыми заморенными тенями. Скорее наоборот.

И явно не признают в качестве одежды уже намозолившие глаза серые хламиды: от пестроты и многоцветья нарядов рябит в глазах!

–Держись, - успевает сказать Эльк, как на нас обрушивается звуковая лавина, критическая по уровню производимых децибелов!

Хардинки ( или харданки?), едва увидев нас, выражают бурю эмоций. Все, одновременно! Они всплескивают руками, закатывают глаза, что-то говоря в режиме нон-стоп и при этом не обращая внимания на своих соседок!

Это настоящее сумасшествие!

–Тихо!
– раскатисто разносится по коридору и благословенная тишина спасает меня от приступа панической атаки.

К нам, искусно лавируя между тумбочек, пуфиков и застывших дам, движется женщина в пышном сиреневом платье: статная, высокая, со сложной прической на белых волосах.

–Раскудахтались, как вахры, напугали бедную человечку, - воркует она, остановившись рядом с нами. И обращается к Эльку: - Куда ты ведешь эту игрушку, дитя?

Опять “игрушку”!..

– Мы идем в Зал Советов, достопочтенная мать, - легко склоняет голову Эльк и стискивает мой локоть, явно призывая не умничать.

А то - чует мое сердце!
– мы здесь надолго зависнем!

Понятливо втыкаю глаза в пол и пытаюсь изобразить на лице тупое равнодушие.

– О, так это игрушка одного из гостей!
– проявляет “чудеса сообразительности” мадам.
– Из-за них девочек сегодня закрыли по комнатам, а мне приходиться наводить порядок в этом бедламе!

Дама прикладывает кончики пальцев к вискам и я едва сдерживаюсь, чтобы не согласиться с этой оценкой, пустив всю конспирацию кархам под хвост!

“Девочек” закрыли, чтобы не распугать этим “курятником” гостей, и, заодно, не скомпрометировать ”воинственность” хардов после экскурсий по Домам Славы! Молодцы какие!

– Простите, достопочтенная мать, я был не в курсе этих распоряжений, иначе выбрал бы другой путь и не причинил бы вам беспокойства, - с несвойственной ранее смиренностью отвечает этот маленький бунтарь и тоже тупит глазки в пол.
– Был очень рад повидать вас, но, к сожалению, время ограничено и нам нужно поспешить.

– Иди, дитя. Пусть тебя оберегает магия Шадара.

Эльк дергает меня и мы спешно идем сквозь ряд по-прежнему молчащих женщин. Все-таки какая-никакая дисциплина присутствует… Или эта “мать достопочтенная” их магией приложила!

Я все-таки рискую во время движения тайком разглядывать харданок. Когда еще такая возможность представится? Добровольно я сюда точно не сунусь!

Пестрыми оказываются не только наряды, но волосы. Точнее, выкрашенные всеми цветами радуги белоснежные пряди. И еще у “девочек” очень своеобразный макияж: выбеленное лицо, темные тени вокруг черных глаз и очень темная помада. Как у актрис немого кино! В общем, настоящий Хэллоуин на выезде!

– Это была… твоя мать?
– осторожно спрашиваю у Элька после того, как мы миновали “опасную” территорию.

– Я не знаю. Никогда не интересовался этим. Достопочтенная мать - это общепринятое уважительное обращение к совершеннолетним женщинам… - на этих словах мальца слегка перекашивает. Он вовсе не так равнодушен, как старается показать. А с каждым, следом произнесенным, словом прорывается все больше горечи и… злости!
– Вообще, моей матерью может оказаться любая из них, включая Маарту. Но мне… приятнее думать, что это она, а не одна из этих таршевых вахрушей, которые только и думают, как набить живот, где лучше развлечься и что купить, чтобы соседки от зависти сдохли!

–Эльк…

– О, мы уже на месте!
– с наигранной веселостью восклицает хард, тормозя в нескольких метрах от высоченных дверей и упорно глядя куда угодно, только не на меня. Тема закрыта. Да и что обсуждать - все и так понятно.
– Это Приемная, за дверями - Зал Совета. Наши уже там. Кажется, со временем я немного не рассчитал…

Оглядываю монструозные, плотно закрытые створки, инкрустированные дымчато-серым камнем. Это первые двери, которые нам попались сегодня: до этого момента мы все время проходили через арки. И сейчас это как знак, что мы достигли конечной точки нашего маршрута.

– В Совете пять Старейшин: все старые умудренные опытом… вархи. Возглавляет Совет Верховный Старейшина… Пень замшелый, приходит сюда поспать. И если что - через мой щит ни одно слово не просочится. Проверено!
– криво ухмыляется Эльк в ответ на мои красноречиво вытаращенные глаза. Вот же… вольнодумец и вольнословец!

– Верховный… пень - это который грибы выращивает?

– Запомнила… Да, он. Сомун. А Зал Советов еще нашим предкам служил. Наставник рассказывал, что с тех времен тут ничего не меняли. Только защитные плетения периодически подпитывают, да осветительные артефакты заряжают.