Чтение онлайн

Уилсберг с искренним участием посмотрел на супружескую пару и произнес:

— Вас извещали о том, что правительство взяло на себя заботу о поддержании жизни Элизабет после того, как ведущие гражданские клиники расписались в своем бессилии?

— Да, — кивнул отец Элизы. — Но это было почти полгода назад, — напомнил он, напряженно глядя на Альберта. Во взгляде сорокалетнего мужчины ясно читались душевная боль и внутреннее неприятие ситуации в целом.

— Задержка с вашим приездом была вызвана угрозой, исходящей от террористических групп. Мы были вынуждены перевезти всю необходимую аппаратуру под защиту военной базы, — ответил генерал, спокойно выдержав направленный на него взгляд. — Пока осуществлялись все подготовительные действия, мы предпочли не рисковать, вселяя в вас надежду. Теперь же мы можем поговорить по существу.

— Да, мы готовы, господин генерал… — сделав над собой усилие, откликнулся Дункан.

— Зовите меня просто Альберт. Это не фамильярность — так нам будет легче найти общий язык…

Миссис Тейлор подняла на генерала покрасневшие от слез глаза и с усилием кивнула.

— Мы слушаем вас… — сдавленным голосом произнесла она.

— Вы мужественные люди, и потому я стану говорить прямо, не уходя в сторону от существа вопроса, с тем чтобы пощадить родительские чувства. — Уилсберг посмотрел на чету Тейлор и продолжил: — Почти год назад в результате автокатастрофы вы потеряли дочь. Тот факт, что спасателям удалось вовремя извлечь ее тело из исковерканной машины, а медикам подключить организм девочки к аппаратам искусственного поддержания жизни, не является случайным стечением обстоятельств — мы контролировали аварийные ситуации на всех основных трассах страны и были готовы к немедленным действиям. Собственно, вы выжили по тем же причинам, — дополнил он свой комментарий существенной оговоркой.

Ответом полковнику послужила гробовая тишина, нарушаемая лишь тонким попискиванием индикационных сигналов сложного реанимационного комплекса. Впрочем, Альберт не ждал каких-то немедленных реакций на свое заявление и потому продолжил:

— Вы должны понять: здесь расположен не отдельный нейрохирургический центр, работающий под прикрытием Министерства обороны. На самом деле сюда призваны лучшие специалисты, представляющие разные области человеческих знаний, собраны уникальные комплексы аппаратуры, и все это в текущий момент преследует лишь одну цель — дать вашей дочери новую жизнь.

— Это возможно? — тихо спросила Катрин. — У Элизы больше нет рук и ног, она… — Женщина не выдержала собственных слов и разрыдалась.

— Практически мы не располагаем успешными прецедентами подобных операций, но повторю: у нас есть обоснованная теория, адекватная аппаратура, квалифицированные специалисты и здравый энтузиазм, — пояснил Альберт. — Смысл задуманного нами эксперимента заключается в том, чтобы переместить сознание Элизабет в тело ее клона. Теоретически это возможно, но сам процесс будет растянут во времени и разделен на несколько промежуточных фаз. Общий успех зависит от множества не изученных пока факторов… но когда-то все случается впервые. — Эти слова заставили Дункана и Катрин вздрогнуть.

— Чего вы хотите от нас? — спросила миссис Тейлор. — Письменного разрешения? Я не подпишу ни одной бумаги, пока не буду в точности знать, что именно вы собираетесь сделать с Элизабет. — Ее голос оставался тихим, но в нем сквозила несгибаемая воля женщины, которой уже довелось пережить все самое худшее, что может случиться с матерью, потерявшей своего единственного ребенка.

— Для того чтобы предпринять попытку возродить вашу дочь, нам на данной стадии необходимо не просто ваше согласие, но и активное содействие, — ответил ей Уилсберг. — Я считаю, что без участия родителей личность ребенка не сможет пройти успешной трансплантации в новое тело.

Отец девочки, до этого момента смотревший в пол, поднял голову.

— У каждого эксперимента есть конечная цель, — поборов раздирающие его чувства, произнес он. — Спасение нашей дочери не является вашей главной задачей, ведь так?

Генерал сокрушенно покачал головой.

— Вы рассуждаете неверно. На данном этапе именно спасение Элизабет является архиважным…

— Не нужно уходить от ответа. — Голос Дункана, несмотря на удивительное самообладание, все же дрогнул. — Вы запросто рассуждаете о клонировании человека, в то время как наше законодательство запрещает подобные эксперименты, говорите о трансплантации личности, что для меня звучит, мягко говоря, неправдоподобно. При этом ваш уверенный тон вселяет жестокую надежду…

— Да, вы правы. — Уилсберг машинально сцепил руки в замок. — Ряд технологий еще не апробирован, это касается прежде всего схемы трансплантации личности. Специалисты НАСА разработали уникальный прибор — нейротомограф. С его помощью мы можем сканировать мозг, снимая показания с каждой клетки нервных тканей. На основе полученной записи мы сохраним копию сознания вашей дочери, разместив данные в искусственно созданной нейроструктуре.

Альберт выдержал небольшую паузу, а затем продолжил:

— Сейчас сознание вашей дочери погашено состоянием комы, Так организм отреагировал на смертельную травму. Прежде чем начать сканирование, мы должны вывести ее из кокона психологической защиты. Специалисты лаборатории создали уникальный комплекс оборудования, который сформирует виртуальную реальность, связанную с рассудком Элизабет через имплантированный ей нейросетевой чип. Разум вашей дочери очнется в комфортной обстановке, она не будет ощущать, что утратила руки и ноги. Но девочка не должна оставаться одна — для успешной реанимации разума ей необходимо ваше присутствие.

— Каким образом мы сможем общаться с Элизой? — сдавленно спросил Дункан.

— Вам предстоит научиться жить в виртуальной среде, — ответил Альберт. — Не могу сказать, что это легко и комфортно, но иначе мы рискуем потерять Элизабет навсегда…

На некоторое время в лаборатории опять повисла гнетущая тишина. Родители несчастной, ничего не подозревающей девочки были глубоко потрясены: с одной стороны на них давило жалкое, фактически безвыходное состояние собственного ребенка, а с другой — подступал инстинктивный ужас: ведь над их дочерью собирались поставить эксперимент, технологии которого выходили за рамки осознанного понимания… Уверенный тон Уилсберга не мог полностью убедить двух раздавленных личным горем людей в том, что этическая и технологическая сторона скупо обрисованных им процессов может быть реализована на уровне здравого смысла…

— Каким образом вы сможете внедрить сознание Элизы в мозг клона? — наконец спросил Дункан.

— В этом вопросе заключен весь смысл эксперимента. С момента своего рождения клон Элизабет будет спать. Его разум останется чист, в то время как тело будет расти. Когда физическое развитие клона достигнет пятилетнего возраста, мы осуществим обратный процесс передачи данных. Если говорить утрированно, новому разуму в определенный момент начнет сниться сон, который на самом деле явится медленной, дозированной трансляцией записи. То есть, когда мы разбудим клона, на свет появится Элизабет, ваша дочь.

— В это трудно поверить, — произнес Дункан.

— Простите, я понимаю: все сказанное мной сложно осмыслить в течение краткого собеседования, но сейчас важны не технические детали процессов — их обоснование я смогу разъяснить позже, — в данный момент мне необходимо получить ваше принципиальное согласие, чтобы мы могли действовать дальше, не упуская драгоценного времени. В данном состоянии наша дочь проживет не более двух месяцев. Потом начнутся необратимые процессы: мозг, заблокированный состоянием комы, начнет терять информацию личности.