Чтение онлайн

– Но я не курю.

– Курить не обязательно, но антураж должен присутствовать.

На этом стилист, наконец-то, ушёл. В назначенное время с букетом осенних астр появился Серж.

– Извините за вчерашний день, - протягивая букет, смутился молодой человек.

Мы уселись в авто выпуска двадцатых годов, и вскоре подъезжали к месту проведения выставки. У подъезда стояло с десяток ретро автомобилей. Женщины в платьях наподобие того, что было на мне, сопровождаемые спутниками в смокингах, поднимались по лестнице. За ними последовали и мы. Как и обещал Серж, напротив входа висел автопортрет его прабабушки. Холл был уставлен небольшими столиками, на которых расположили лёгкую закуску, фрукты и шампанское. Атмосфера двадцатых удалась на сто процентов. Серж, выйдя вперёд, призвал гостей к вниманию, и объявил об открытии выставки, предварительно представив меня. К моему удивлению, среди приглашённых я узнала своих постоянных клиентов. Со мной раскланивались, интересовались творческими планами, и покупали картины. Пока всё складывалось удачно. Ко мне подошел официант и сказал, что меня ожидают у входа. Пришлось извиниться и выйти. Оказалась, прибыла Камилла в сопровождении Генри. Увидев меня, улыбнулась, и мы вместе прошли в выставочный зал, где она приобрела небольшой этюд. В какой-то момент мне показалось, что атмосфера, царившая на выставке, изменилась. Нет, всё было по-прежнему, но что-то пошло не так: появились новые гости, исчез Серж, да и Камилла куда-то пропала. Отнеся подобное на усталость, я решила выйти на улицу проветриться. У выхода швейцар, его я тоже не помнила, предупредил, что на улице прохладно, и протянул мне накидку. Мою? Не помню, чтобы у меня была подобная. Однако возражать не хотелось, и пришлось воспользоваться тем, что предложили. От меха пахло на удивление знакомыми духами. Вроде «Коти». Уже неплохо. Духи мне нравились.

Действительно, на улице было прохладно. Интересно, когда успел выпасть снег. Полтора часа назад светило яркое осенние солнце и, на тебе, закружились пушистые снежинки. Закутавшись в накидку, спустилась на тротуар, и решила немного пройтись. Моё внимание привлекла понурая фигура мужчины неподалёку. Одет он был в потрёпанную форму офицера русской армии. В руках сжимал какой-то свёрток, и неуверенно смотрел на вход, откуда я только что вышла. Едва он заметил меня, как исчезла неуверенность, спина выпрямилась, в глазах появилась надежда. Мужчина сделал шаг навстречу, и тут же остановился. Где-то я его видела. И тут в моей голове пронеслось воспоминание:

Петроград 1918 год. Мои друзья собираются улетать. За день до вылета мы расчистили взлётную полосу. Антонов, друг Степана, заядлый фотолюбитель, предложил сфотографироваться на память, даже камера у него с собой оказалась. А что, неплохая идея! Мы открыли ворота ангара и выстроились напротив самолёта. Галина с мужем, Виталий, Николай и Вера, Клавдия, Степан и я.

– Сейчас птичка вылетит. Смотрим на меня,- скомандовал Антонов. Все, как и в моё время. Вроде и разница почти в сто лет, а слова те же. Вспышка магния и мы, счастливые и довольные проделанной работой отправились домой. Осталось меньше суток быть вместе.

Ночью выпал снег, но нам удалось без помех добраться до Гатчины. Подогнав машину к ангару, остановились, посидели пару минут, собираясь с духом.

– Ну, всё, пора!

Я выбралась из машины первой. Степан с Антоновым прошли в ангар, а мы открыли ворота. Вскоре послышался шум работающего мотора, и самолёт медленно выполз на взлётную полосу.

– Давайте прощаться, - Вера подошла ко мне, и передала записку с парижским адресом родителей.

Николай принёс лестницу, и все поднялись на борт. Виктор, задержавшись, подошёл ко мне.

– Съюзен, я…,- он не договорил и, махнув рукой, пошёл к самолёту. Затем, обернувшись, продолжил незаконченную фразу:

– Съюзен, я люблю вас! – и скрылся в кабине.

– Что, что ты сказал?
– не совсем расслышав, крикнула я в ответ. Но самолёт вздрогнул, и медленно покатился по взлётной полосе.

Вот и всё. Я боялась себе признаться, что Виктор мне нравился и даже очень, и я собиралась сама сделать первый шаг, сказав ему, что он мне не безразличен. Оказалось, что и я ему дорога, но мы расстались, и неизвестно, когда встретимся вновь.

Самолёт оторвался от земли и устремился в небо. Вдруг небо разорвала яркая вспышка. Не может быть, нет, только не это! Аэроплан исчез в огненном вихре. Что могло произойти? Я стояла и смотрела, как на землю падают остатки летательного аппарата.

Картинка была настолько яркой, что я, сама того не желая, закричала:

– Нет! Не надо! Только не это! Вера, Виктор, Миша, Настя!

Мужчина подбежал ко мне и крепко обнял, по его лицу потекли слёзы, а он стоял, обнимая меня, и шептал, боясь отпустить:

– Съюзен, наконец-то я нашёл вас!

Это был он, тот о ком я постоянно думала и думала, что навсегда потеряла. Мой Виктор! Вокруг нас танцевали свой неземной вальс снежинки, а я прижималась к Виктору, боясь его потерять. Из-за деревьев начал выползать густой туман, скрывая всё вокруг, и только нас он не мог спрятать, мы были вместе навсегда. Внезапно я почувствовала, что стало теплее, исчезли снежинки, рассеялся туман, а я стояла одна на тротуаре, обнимая себя руками. Виктора рядом не было. Передернув плечами, огляделась. Мимо мчались автомобили. Из дверей появился взволнованный Серж:

– Светлана, а мы вас потеряли. Идёмте, звонили, что вскоре прибудет принц Чарльз с супругой.

Вот это новость!

Между тем Серж продолжил:

– Выставка удалась. Все картины раскуплены, меня просили переговорить с вами по поводу заказов.

Мы вошли внутрь. Минут через десять прибыл принц, и всё закрутилось по новой. Успех был полнейший. После полудня гости стали разъезжаться. Ко мне подошла Камилла, и поинтересовалась, с кем это я обнималась. Увидев моё удивление, она пояснила, что решила выйти на улицу и тут увидела, что ко мне подошёл странно одетый мужчина, а я со слезами на глазах бросилась к нему, и мы застыли, обнявшись. Пришлось ответить, что это был мой старый знакомый. Камилла, естественно, не поверила и пригласила нас в гости.

Уже в отеле, разбирая свои вещи, я открыла свою сумочку и увидела странный свёрток. Развернув его, обнаружила изумрудное колье и браслет, да, именно те, которые я отдала в залог за освобождение Виктора. Помнится, он обещал мне подарить точно такие же.

Слёзы непроизвольно навернулись на глаза. Неужели, всё, что произошло со мной, было на самом деле? Тогда, почему пропал Виктор? От размышлений меня оторвал стук в дверь.

– Мадам, вам просили передать, - горничная протянула небольшую коробочку.

– А кто просил?

– Не могу сказать. Пришёл посыльный и просил отдать это Съюзен Гольц. Только вот одет он был более, чем странно. Так не одеваются уже лет сто. Раскрыв коробочку, увидела старинный золотой перстень с огромным изумрудом. Тот самый перстень, потерянный мной. Да, сегодня у меня день неожиданностей. Не знаю, что двигало мной, но мне почему-то захотелось подойти к окну. Отдёрнув занавеску, выглянула на улицу. Опять в небе кружились снежинки. Перед отелем стоял мужчина и смотрел на мои окна. Вглядевшись в его лицо, узнала Виктора. Бросив всё, стремглав слетела по лестнице и, удивив швейцара, сама распахнула двери. Виктор подхватил меня, и мы закружились, не обращая внимания на прохожих, а снег, переплетаясь затейливыми кружевами, окутывал нас, словно защищая от любопытных взглядов.

Эпилог.

Нам пришлось срочно покидать временный приют. Светлана спустилась вниз, я собрала вещи и последовала за ней. Антон успел завести авто, и вскоре мы покинули насиженное место, углубившись в лес. Здесь пришлось остановиться, чтобы спрятаться под деревьями. Как вовремя это было сделано. Над усадьбой пронеслись два аэроплана, сбросившие несколько бомб на дом. Послышались хлопки разрывов, и появились языки пламени.

Когда самолёты исчезли, мы тронулись в путь и тут случилось невероятное: прямо перед нами появился грузовик под завязку набитый австрийскими солдатами. Развернувшись, постарались оторваться. Вслед нам раздались выстрелы. Автомобиль, вильнув, потерял управление, и врезался в дерево. Антон крикнул: