Чтение онлайн

– сообщил Виктор, проходя в хранилище.

Я вдруг вспомнила, что моя коробочка с брошью упала и решила найти её.

Оглядевшись, заметила, что под одним из диванчиков, стоявших в холле чуть

в стороне от остальных, что-то красиво поблескивало. Я прошла к нему и на

некоторое время скрылась за колонной, что, вероятнее всего, спасло мне

жизнь. Входная дверь банка распахнулась, и в холл ворвалось несколько

человек, одетых в матросскую форму. Один из них выхватил наган и, не

говоря ни слова, выстрелил. Пуля пролетела совсем рядом со мной, выбив

кусочек мраморной крошки из колонны, за которой я стояла.

Очевидно, они меня не заметили, поскольку, подойдя к моим друзьям,

приказали им следовать за ними. Я увидела, что Виктор как раз выходит из

хранилища.

– Как бы мне его предупредить? – подумала я, отступая вглубь зала. Впрочем,

тот, увидев, что события вышли из-под контроля, благоразумно успел

спрятаться за дверью, пока его не заметили.

– Ну что, господа хорошие, попались, голубчики! – воскликнул один из

матросов, по всей видимости, главный, - прошу поднять ручки вверх!

Быстрее, быстрее!

Он подошёл к Николаю и ловко прощупал его одежду на предмет наличия

оружия. Обнаружив «маузер», он передал его своим товарищам. То же самое

он проделал и с Александром.

– Вот теперь всё, прошу следовать за мной, и не забудьте захватить вон тот

портфельчик, - матрос указал на кожаный портфель, хранивший бумаги, за

которыми охотилась Клавдия. Сумку, где лежали изъятые нами

драгоценности, Вера каким-то образом умудрилась оттолкнуть ногой под

стойку. Александр, за ним Николай с Верой под руку и Клавдия покинули

здание банка, сопровождаемые вооружённой охраной.

Чувствую, что Клавдия рассказала не всю правду о добытых ею документах:

слишком многие хотят заполучить их в свои руки.

Думаю, что и наших друзей арестовали именно из-за них. Не думаю, что

кто-то из охраны мог вызвать патруль: телефонная связь не работала.

Я наконец-то подняла брошь и вышла из своего укрытия. Виктор,

осмотревшись, подошёл ко мне:

– Съюзен, ты что-либо понимаешь?

– Вероятно, всё дело в тех бумагах, которые были в кабинете владельца банка.

Клавдия явно что-то не договорила. Ладно, бог с этими документами. Нам

следует поумать о том, куда увезли наших друзей.

– Я думаю, нам во-первых, нужно вернуться к Вере домой, но сначала

выясним, куда всех увезли, - ответила я.

– Это к какой из них, блондинке или брюнетке?- полюбопытствовал он – И

почему именно к ней? У тебя есть более надёжное место, о котором знает не

так много народа?

– У меня квартира на Васильевском острове, но туда должны скоро заселить

какого-то путиловца с семьёй. Правда, мне подсказали один выход, как

избежать подобного подселения. Не забывай, что я подданная его величества

Георга Пятого, а нам, иностранцам, пока ещё положены привилегии.

– Что положено?- не понял Виктор.

– Как что? Привилегии.

– Не совсем понятно изъясняетесь, мисс Съюзен,- улыбнувшись покачал

головой Виктор.

И тут я поняла, что его не смутило само слово привилегии, а контекст, в

котором я его употребила. Такое типичное для жителя двадцать первого века

и такое необычное для тех, кто не привык к вульгаризму в речи. Я пояснила,

что в данном случае слово «привилегии» означает лишь одно: мне, как

иностранной подданной, положено обратиться в посольство, а там выдадут

охранную грамоту и тогда в квартиру никого не смогут подселить.

– Тогда идём прямо к тебе, - быстро сориентировался Виктор.

– Нет, ты меня не понял, мы едем или идём, это как получится, к Вере.

– Но почему именно туда?

– Понимаешь, там остались её дети. Их двое, мальчик постарше и совсем

маленькая девчушка. Все слуги разбежались, а дети не смогут долго

оставаться одни, за ними нужен пригляд,- объяснила я.

– Раз так, то конечно, согласен!

Славно мы поговорили! Нет, чтобы выйти из банка и на улице решить все

проблемы - так мы устроили диспут на месте преступления, и на тебе,

дождались!

Было слышно, как кто-то поднимается по ступеням и уже собирается открыть

дверь.

– Скорее, за портьеру!- Виктор схватил меня за руку и потянул к одному из

ближайших окон, где сохранилась длинная бархатная занавеска. Мы успели

укрыться и тут же увидели в небольшую прорезь, что дверь открылась и

показалась рука с револьвером в ней. Вслед за рукой протиснулся и мужчина

лет сорока в довольно затрапезной одежде. Оглядевшись, он направился к

лестнице, ведущей на второй этаж. Не слишком ли много нежданных гостей?

Интересно, а этому что понадобилось? Думается мне, всё те же бумаги.

Выяснять это мы не стали, а проследив за тем, когда мужчина скроется из

вида, потихоньку выскользнули из-за портьеры и наконец-то покинули банк.

Естественно, ни о каких извозчиках не могло быть и речи, поэтому решили

добираться на своих двоих. Перед собой мы видели отпечатки, оставленные

протекторами грузовика, и старались, пока это было возможно, идти по этим

следам. Возможно, нам удастся проследить, куда увезли наших друзей. Мы

шли, вглядываясь в дорогу, пока не оказались на перекрёстке, где и

остановились, так как невозможно было определить, в какую сторону

направился грузовик. Растерянно оглянувшись, я внезапно заметила какой-то

золотистый блеск на обочине. Подойдя поближе, обнаружила, что это тюбик

с губной помадой Веры. Догадалась, как помочь нам! Пошли дальше, и вновь

подарок судьбы. На этот раз - флакон духов, которым так дорожила его