Чтение онлайн

— Это его рисунки? — заинтересовался Стас, наклоняясь и разглядывая нарисованных солдатиков и машинки.

— Да, Владик обожает марать бумагу, — улыбнулась она, невольно вспомнив, что Антошка всегда отбирал у брата рисунки и из вредности зачеркивал их черным маркером. На двух последних листах она увидела непонятные каракули, похожие на волны моря, раскрашенные черным цветом. Ее это насторожило.

— Наверное, что — то ему здесь не понравилось, — предположил Стас, тоже изучая рисунок. Внимательно присмотревшись, девушка смогла различить крохотную детскую руку, высовывающуюся из глубины. По ее телу пробежал холодок и Соня поспешно захлопнула альбом.

— Господи... — прикрыв лицо руками, она на мгновение вспомнила весь тот кошмар, когда утонул Антон. Неужели Влад все еще не может забыть страшного дня...

— Соня, с Вами все в порядке? — участливо спросил мужчина. Она покачала головой, вдруг ощутив чьье— то незримое присутствие рядом. На нее повеяло могильным холодом. Отняв ладони от лица, девушка оглянулась и едва не вскрикнула. Сердце гулко застучало в тишине помещения. В проеме двери стоял Антон, с его синей футболки стекала вода, образовывая прозрачную лужицу на паркете. В огромных карих глазах мальчика застыл испуг. Вскочив на ноги и при этом опрокинув стул, который с грохотом откатился к холодильнику, Соня метнулась к сыну, но ее руки поймали воздух. Девушка покачнулась и полетела бы на пол, но подоспевший вовремя Стас удержал ее.

— Что такое? В чем дело?

— Вы... Вы видели его, Стас? — задыхаясь, прошептала она, понимая, что ей скорее всего привиделось, потому что мысли об Антоне не отпускают ее. По щекам Сони медленно катились слезы, оставляя на губах солоноватый вкус.

— Кого? — удивился мужчина, усаживая ее на стул. Присев перед девушкой на корточки, Стас посмотрел в ее затуманенные глаза, — Соня, кого я должен был увидеть?

— Простите... Это... Я переволновалась, только и всего. Этот рисунок так на меня подействовал.

— Он довольно странный. Вы ведь догадались, что он означает, верно? У Вас что — то произошло в семье?

Их взгляды встретились. София почувствовала себя одинокой, как никогда. Она здесь никого не знает, Таня и Алеся далеко и некому поделиться своим горем. Стас внушал ей доверие, она уже забыла то странное ощущение при их знакомстве и неожиданно начала говорить, выплескивая все, что накопилось за прожитые месяцы. Он слушал, не перебивая, а под конец повествования привлек ее к себе и девушка смогла выплакаться на его плече.

Чуть позже, перебравшись в просторную гостиную, они сидели на диване, потягивая бренди со льдом. Соня чувствовала себя гораздо лучше и ее снова посетило то ощущение, будто Стаса она знала еще очень давно.

— Ты скучаешь по сыну и тебя гложет чувство вины, отсюда все эти кошмары и видения, — сказал он, — просто отпусти его. Антошку не вернешь, а у тебя есть Влад. Ты должна быть сильной ради него.

— Может быть, Антонина права и Влад выдумал себе Антона? Он стал себя странно вести и знаешь, Стас, эти порезы на его руках... Когда они с Антошкой играли и дурачились, тот постоянно колотил Владика. Он был сильнее и вздорнее, мне даже приходилось его наказывать.

Истошный вопль сверху прервал их разговор. Соня выронила из рук бокал и ринулась к лестнице, стараясь унять сумасшедшее биение сердца. Стас бросился следом и у двери комнаты мальчика они столкнулись с няней. Женщина испуганно отпрянула. Оттолкнув ее, Соня влетела в спальню, на ходу нащупывая выключатель на стене. Когда яркий свет люстры рассеял темноту, она увидела Влада, который стоял на кровати, забившись в изголовье и прижимая к себе плюшевого медвежонка. По скомканной постели был разбросан белый пух и тут девушка заметила, что медвежонок распотрошен и из его брюха торчат клочки шерсти.

— Мама, мама, не ругай его! Он не специально, честное слово! — закричал Влад, кинувшись к матери на шею. Обняв ее ручонками, он зашептал ей в ухо, — он хотел забрать медвежонка, а я не отдавал. Мама, скажи ему, что это мой Барни.

— Господи, Влад, что происходит?! Что ты мне тут лопочешь, кто — он?

— Не кричите на ребенка, — строго сказала Антонина, отдирая руки мальчика от шеи Сони и забирая его с постели, — Владик, золотце, ну зачем ты это сделал? Разве Барни в чем — то виноват?

— Это Антоша, — упрямо повторил Влад. Няня укоризненно взглянула на Соню — мол, я же Вам говорила! — и вышла из спальни, унося с собой ребенка.

— Я сойду с ума, — простонала София, присев на кровать и пытаясь собраться с мыслями. За распахнутым настежь окном из — за тучи выползал краешек голубоватой луны. Девушка посмотрела на Стаса, — окно было закрыто!

— Странно. Может быть, его няня открыла? Здесь довольно душно.

— Ты видишь, что с Владом творится что — то неладное? Он постоянно твердит, якобы Антон находится рядом и сваливает на него свои шалости. С этим нужно что — то делать.

— Давай покажем его психологу? Я могу достать билеты на завтрашний рейс до Москвы. Или, если хочешь, попробуем здесь отыскать такого человека.

— Стас, ты прости, что я наваливаю на тебя свои проблемы, — виноватым тоном начала София, — мы ведь только вчера познакомились и...

— Разве это имеет значение? Можно провести рядом с человеком полжизни и ничего о нем не знать. Когда я тебя увидел там, на берегу, во мне что — то переломилось. Первой моей мыслью было — это нереально, таких не бывает. Ты была такая красивая и такая... беззащитная, потерянная. Я мог бы пройти мимо, но не сделал этого, потому что теперь понимаю, что так было предначертано, Соня. Позволь мне помочь тебе.

Его слова растрогали девушку. Она нашла в себе силы только кивнуть. Проводив Стаса до ворот, Соня пообещала, что к полудню следующего дня соберет вещи и будет ждать его в аэропорту. Вернувшись в дом, она снова испытала неприятное ощущение постороннего присутствия.

Эту ночь София почти не спала, непрестанно подходя к спальне сына и проверяя, спит ли он. Приглушив в гостиной свет, она провела оставшиеся до рассвета часы в удобном кресле с чашкой крепкого кофе. В голове творилось нечто невообразимое. Мысли путались, но непременно возвращались к произошедшему. Может быть, Влад не выдумывает и Антон... Вернее, душа его братика все еще находится рядом с ними? Связь близнецов очень крепка. Как бы ей найти разгадку смерти сына, кто подскажет ей верный путь? На рассвете, когда первые серые лучи начали заползать в окна, Соня поднялась наверх, в свою комнату и включила настольную лампу. Нужно собрать необходимые вещи, возможно, в Москве они задержатся дольше, чем требуется. Открыв шкаф — купе, девушка вынула пару плечиков с платьями и сложила их в сумку, затем достала из ящика туфли и принялась за джинсы. Случайно бросив взгляд в зеркало, вправленное в раму из красного дерева и украшенную замысловатыми вензелями, Соня обомлела. На гладкой поверхности дерева были прикреплены липкие пазлы, те самые, которыми Владик составлял несложные слова и учился читать под руководством Антонины Степановны. " Не уезжай ". Она подошла поближе, несколько секунд застывшим взором рассматривая надпись и даже моргнула, прогоняя наваждение, однако послание и не думало исчезать.

— Господи... Это уже слишком! — в сердцах воскликнула Соня, в порыве гнева сметая пазлы ладонью. Они рассыпались по полу с глухим звуком. Всему этому есть какое — то объяснение. Наверное, это Влад пробрался в комнату перед сном и решил пошалить. Но успокоение не приходило. Соня понимала, что обманывает себя, выискивая причины произошедшего, ибо верить в потустороннее вмешательство она категорически отказывалась.

Соню разбудил настойчивый стук в дверь. Она с трудом вынырнула из тяжелого сновидения, все еще под впечатлением от кошмара, приснившегося в эту ночь. Он с точностью повторял предыдущий, только на этот раз вместе с Антошкой на берегу моря был и Владик. Соня бежала за своими сыновьями, умоляя их вернуться, а они, взявшись за руки, уходили к пенным волнам и не было никакой надежды их остановить. Сев в постели и высвобождаясь из пут скомканного одеяла, девушка глубоко вздохнула, прогоняя страшное видение, витающее в сознании. Почему Антонина Степановна не откроет дверь? Разве она не слышит этого пронзительного звонка и приглушенных стуков, словно кто — то нетерпеливо пинает по дубовой поверхности? Выбравшись наконец из кровати, София накинула на плечи шелковый пеньюар и торопливо спустилась в прихожую, гадая, кто мог потревожить ее в такую рань. Стрелки на настенных часах показывали восемь утра. Ее удивлению не было предела, когда, распахнув дверь, она увидела Егора, который, бесцеремонно отпихнув ее в сторону, ворвался в дом и с ходу принялся спрашивать, где Владик.