Чтение онлайн

Призываю на помощь охрану. Все всё понимают. Дама потратилась в Новый год, продлевать номер не на что. Детям трудно сидеть на месте. Но другие застрявшие постояльцы, которым мешают деятельные отпрыски, не виноваты. Хочет мать того или нет, но ребятню придется утихомирить.

— Здесь нельзя пить, — бросаю на ходу мужчине, открывающему пиво на диване. Пена льется фонтаном. Увы не только на одежду, но и на обивку. — А курить тем более! — шикаю на еще одного нахала.

— Снаружи снег, — жалуется он.

— А здесь детекторы дыма. Хотите искупаться, если сработает система пожаротушения?

— Злая вы, девушка, — нарушитель-таки поднимается, берет куртку и топает к выходу.

Я только вздыхаю тяжко и бегу дальше. Привычные обязанности никто не отменял. Нужно проверять подготовку номеров. Это сейчас почти никто не заселяется. Потом вся толпа прибудет одновременно. Мимоходом проверяю, не освободился ли номер Игоря. Вдруг вчера или позавчера съехал? Но нет. Игорь Власов, по-прежнему, числится нашим постояльцем.

В очередной заход в вестибюль обнаруживаю толпу у стойки регистрации. Два автобуса с туристами прорвались-таки в город с трассы. Люди уставшие и голодные после снежного плена. Ссоры и ругань не прекращаются ни на миг. Бросаюсь на помощь другим сотрудникам. Нужно поскорее всех заселить. В вестибюле из-за застрявших гостей и так шумно. Краем глаза вижу Игоря у лифта. Руки начинают дрожать. Но тут становится не до него и наших тайн.

С грохотом падает ёлка.

Спасибо, никого не придавливает.

Бегу разбираться. Кожей чувствую взгляд Игоря. Но, когда поворачиваюсь к лифтам пару минут спустя, бывшего любовника не вижу. Он уехал наверх. Не стал подходить.

Но я нутром чую, что это не конец…

Вечером я покидаю отель не сразу. Теперь опаздывает другая сотрудница, и задержаться приходится уже мне. Метель потихоньку стихает. Снег еще идет, но не так интенсивно. Однако передвигаться по городу всё еще трудно. Сдав смену, я какое-то время сижу на скамье в раздевалке, собираюсь с силами. Ноги просто отваливаются. А мне еще машину чистить.

На стоянку плетусь нога за ногу. В нескольких метрах от авто резко останавливаюсь и яростным взглядом смотрю на Игоря. Он ждет меня. Правильно понял, что мимо своей машины я не пройду, и лучше перехватить меня здесь, а не в отеле, где царит бедлам.

— Ну, привет, девочка, — говорит Игорь, глядя пристально. Он без шапки. На голову накинут капюшон, на котором успело осесть немало снега. Я ведь задержалась, а Игорь явно пришел заранее, чтобы не пропустить мой отъезд.

— Просто уйди, — говорю я.

Открываю машину, достаю щетки. Так просто мне не уехать. На лобовом стекле настоящий сугроб. И не только на нем. Придется говорить с Игорем. Хочу того или нет. Ну, или слушать.

— Не хочешь объясниться? — спрашивает он.

Я молчу. Активно работаю руками. Чем быстрее закончу, тем скорее уеду.

— Алиса?

— Разве не очевидно?

— О, да! — восклицает он. — Много чего очевидно. Например, что ты принимаешь решения не только за себя, но и за других. Думала, я не наведу справки? Или что не умею считать? — он достает телефон и читает с экрана: — Бердников Арсений Александрович. Родился… — Игорь называет дату и продолжает: — Мать: Бердникова Алиса Александровна. Отец… Тут прочерк. Но дата весьма интересная. Арсений родился через семь месяцев после твоего внезапного отъезда из Москвы. После твоего бегства, я бы сказал.

— Никуда я не бежала, — огрызаюсь, продолжая орудовать щеткой. — Просто уехала. Домой.

— Беременная.

— Даже если и так, это не твое дело.

— Ах, не моё? Я могу подать в суд на установление отцовства. Текст ДНК прекрасно всё покажет.

— Зачем тебе это? — спрашиваю прямо, а по венам разливается вместе с кровью злость.

Какого черта он творит?

— В смысле, зачем? — Игорь, кажется, искренне удивлен. — Я его отец.

— Как ты сам изволил заметить, в свидетельстве прочерк. Нет никакого отца.

— Потому что ты так решила. За нас троих.

— Нет никаких нас! — я всплескиваю руками, и щетка улетает. Ударяется о колесо соседней машины. — Есть мы с Сеней. И есть ты, — продолжаю я, подняв имущество. — И так будет всегда.

— Это не тебе решать, Алиса.

— Нет, мне, — говорю твердо. — Инне приказывай. Своей жене. Мне не смей.

— Но…

— Оставь нас в покое, Игорь. Живи своей жизнью. Не порть нашу. Только с Артемом поговори. Алина ему не врала. Она ни в чем перед ним не виновата. Возникла глупая путаница.

— Из-за тебя, — Игорь усмехается. — Что с тобой случилось, Алиса? Ты видела, что два человека страдают из-за твоей лжи, но предпочла сохранить секрет.

— Со мной много чего не так, раз спала с женатым. Хотя… — я делаю большие глаза. — Не тебе меня стыдить. Ты у нас сам не белый и пушистый.

— Но…

— Хватит! — я повышаю голос. — Может, у тебя и возникло желание поиграть в папочку. Но Сене ты не нужен. Не приноси в его жизнь свои проблемы. А еще безумных родственников. Инну и ее папашу, считающего себя центром вселенной.

— А причем тут Даниил Демин? — Игорь смотрит с тревогой. — Он же не знал о…

Я отворачиваюсь, а он замолкает.

Не хочу говорить о памятном разговоре с тестем Игоря. Зря я упомянула этого человека. Ох, зря. Как бы чего не вышло.

Но Игорь сам складывает два и два.

— Он тебе угрожал? — задает-таки непростой вопрос.

Я не собираюсь на это отвечать.

— Сеня — светлый мальчик, — говорю совсем о другом. — Чистый. Ты сам при встрече в ТЦ заметил, что он пошел в нашу породу. И дело не только во внешности. Пусть всё так и остается.

— Алиса…

Я поворачиваюсь-таки к Игорю. Смотрю в глаза.

— Только не думай, что это из-за тебя. Я не собиралась становиться матерью-одиночкой. И вообще становиться матерью сразу после учёбы. Это не какой-то там бред, что я хотела забрать частичку тебя. Ты вообще не имеешь к этому отношения. Ну, помимо ДНК.

— Но ты оставила ребенка, — напоминает Игорь. Делает шаг ближе, хочет сделать еще, но под моим грозным взглядом останавливается.

— Оставила бы в любом случае. И неважно, кто биологический отец, — я снова принимаюсь за чистку машину. — Всё сложно. В смысле, у нас в семье. Есть проблемы с плодовитостью по женской линии. Это правда. Я ничего не придумываю. Прабабушка была единственным ребенком. Сама родила троих. Но две дочери оказались бесплодны. Только моя бабушка смогла стать матерью. Ее старшая дочь родила поздно. С трудом. А младшая… наша мама… У нее, на первый взгляд, всё неплохо. Но на самом деле после меня и Алины они с папой много лет пытались завести еще детей. Очень хотели сына. Но не вышло. А моя двоюродная сестра Ксения… — я тяжко вздохнула. — Она для меня и стала последним доказательством, что в нашей семье нельзя рисковать. Ксюша сделала аборт на первом курсе. Ее кавалер был не готов к ответственности. Да и она сама не хотела бросать учебу. Теперь Ксюша замужем. Больше десяти лет. Они с мужем уже отчаялись. Ксюша лечилась, дважды делала ЭКО. Всё без толку. Когда я поняла, что беременна, испугалась. А вдруг со мной будет так же? Да, не готова. Да, сложно. Но вдруг другого шанса не будет? Учитывая семейную историю, это очень даже возможно. Так что рожала я исключительно ради себя, а не чтобы получить частичку тебя. Сеня — только мой сын. Точка.