Чтение онлайн

«Проклятье»! — ругаю себя мысленно, ибо новый педагог встречается со мной взглядом, кажется, заметив, что я «пускаю слюни».

Я быстро отворачиваюсь. Смотрю в открытую тетрадь.

Молодец, Алиса. Привлекла внимание. Только совершенно не то, которое стоило. Показала себя не перспективной айтишницей, а… блондинкой.

А сердце колотилось в груди, как безумное.

Надо ли говорить, что парень их параллельной группы напрочь утратил для меня значимость на фоне Игоря Власова?

Утром я просыпаюсь разбитая. Голову будто обруч сжимает. На душе мрак.

Игорь мне еще и приснился. Стоял в той самой аудитории, где когда-то вел занятия, и смотрел на меня с укором. В его глазах я была виновата.

Хотя…

Я впрямь виновата во многом. Когда переходишь черту, оправдания бессмысленны. Вина не перестает быть виной, сколько бы аргументов ты ни придумала, чтобы себя обелить.

…Готовя Сене завтрак, я принимаю решение ни в какой «Серебряный лес» сегодня не ехать. Но стоит на кухню ворваться воодушевленной Алине, как мне становится стыдно. Сестренка получила вчера мое согласие и настроилась провести активный день в парке развлечений. Нечестно портить ей настроение, если у самой оно на нуле. Надо собраться. Пусть хоть кто-то порадуется жизни.

— Если что, звони. Хорошо? — перед выходом я смотрю на маму строго.

Она закатывает глаза.

— Я двух детей вырастила. Полагаешь, не умею с внуком обращаться? И сама не вздумай названивать через каждый двадцать минут. Я трубку брать не буду.

— Лучше бери, — советует потешным громким шепотом Алина. — А то Алиса перепугается и рванет из леса назад.

— Твоя правда, — признает мама и начинает теснить нас, чтобы выметались из квартиры.

Пока греется машина — старая иномарка, оставшаяся еще от папы, Алина с кем-то переписывается в телефоне.

— Может, пустишь меня за руль? — спрашивает через пару минут.

— Ни за что, — я качаю головой из стороны в сторону. — За рулем только я. Или езжай одна.

У сестренки есть права. Но водит так, что мне хочется молиться. Я зареклась с ней ездить. Мама и вовсе пошла на крайние меры. Не подпускает к папиной машине. Мол, когда заработаешь на собственное авто, тогда и будешь рулить. Знает, что, если такое случится, то точно не скоро.

— Тогда хоть песни дай выбрать, — выдает Алина. — От твоих музыкальных пристрастий тоска берет.

— А от твоих потом голова раскалывается.

— Я убавлю звук, — обещает она.

Мы, наконец, выезжаем со двора. Я почти не обращаю внимание на болтовню сестренки. До Нового года четыре дня. На дорогах море машин, будто никто уже не работает, а все катаются туда-сюда, покупая продукты и подарки. Только повернув на трассу, ведущую к «Серебряному лесу», я снова вспоминаю об Алине.

Она это замечает и выдает:

— Слушай, мне нужно кое в чем признаться. С этой поездкой не всё так просто. Есть подвох.

Не знаю, каким чудом я не дала по тормозам прямо посреди трассы.

— Только не говори, что дело в мужике, — произнесенная мной фраза больше похожа на шипение гадюки. А из ушей едва дым не валит.

Ну, в самом деле!

Мама сидит с моим ребенком под предлогом, что дочкам надо чуток развеяться, а у Алины тайная романтическая история. И явно такая, которую не одобрит мама. Иначе бы сестренка не скрытничала.

— Он не какой-то там мужик, — отвечает она. — А весьма привлекательный мужчина. Ну, по крайней мере, в интернете.

— Стоп. Так ты его еще в глаза не видела? — я злюсь всё сильнее.

— Видела, — заверяет Алина. — Но не в реале. Мы только по видеосвязи общались.

— Ах, по видеосвязи…

— Алис, ну не заводись. Всё само собой завертелось. И даже не сразу.

— Мама будет в шоке, если узнает.

— Вот потому я и молчала! — Алина ударяет кулаком по коленке. — Знаешь же, как она относится к знакомствам в сети. Мол, там одни… как она любит повторять? А! Прохвосты! Но послушай. Речь не о каком-то там сайте знакомств. Я на такое не ведусь. Мы с Артемом с год назад познакомились в соцсети. В ветке комментариев к посту об одном фантастическом фильме. Немного поспорили, а потом списались в личке. И стали общаться. О кино в основном. Он — киноман, как и я. Плюс у нас похожие вкусы. А дальше и о других вещах тоже заговорили. Долгое время это была ни к чему не обязывающая болтовня. А потом…

— Закрутилось… — заканчиваю я фразу.

— Угу, — Алина разводит руками. — А теперь он приехал в наш славный город по делам. Предложил встретиться.

— Так он не местный?

— Москвич. Юрист, между прочим. Тут какая-то сделка. Артем не грузил меня подробностями. В общем, я согласилась пересечься. Но я… нет, не боюсь. И всё же подумала, что неплохо иметь пути отступления, если пойму, что мне оно не надо. Вот.

— И ты тащишь на свидание меня, — усмехаюсь я. — В качестве третьего лишнего.

— Ну не совсем лишнего, — признается Алина, вжимая голову в плечи. — И не совсем третьего. Артем приехал с братом.

— Так ты еще и мне свидание организовала? — борюсь с желанием треснуть нахалку по затылку. Ей крупно повезло, что я за рулем.

— Нет же, — она качает головой из стороны в сторону. — Свидание у нас с Артемом. Ты и брат — так, в качестве компании. Посидим вчетвером, пообщаемся. Если всё пойдет, как надо, я потом с Артемом одна встречусь. А брат… Я так поняла, никаких отношений он не ищет. У него тут работа. Так что не нервничай, Алис. Никто тебя ни с кем сводить не собирается. Подстрахуешь мне и всё.

Я молчу. Потому что продолжаю злиться.

Неужели, нельзя сделать всё по-человечески?Ну Обязательно надо наворотить дел!

— С меня причитается, — бормочет Алина.

— Еще как причитается, — отвечаю сердито. — Я рассчитывала на коньках покататься, а не сидеть в кафе с незнакомыми московскими мужиками.

— Ну так одно другому не мешает. Мы же не на часок приехали. Ну же, Алиса! — я смотрю на дорогу, но кожей чувствую умоляющий Алинин взгляд. — Не подведи.

— Не подведу, — обещаю, скрепя сердце.

— Вон он, — шепчет Алина, когда мы перешагиваем порог ресторана. — Столик на четверых у окна. Ну, пожалуйста, сделай лицо попроще. Ох, быстрее. Он же на нас смотрит.

Я стараюсь. Правда. Хотя и не уверена, что моя улыбка не напоминает оскал.

Чем ближе подходим к столику, тем сильнее я нервничаю. Артем производит сильное впечатление. Красивый мужик слегка за тридцать. Темноволосый, голубоглазый, статный, холеный. Лицо гладко выбрито. Одежда отнюдь не дешевая.