Чтение онлайн

Отец злобно блеснул глазами в сторону жены, подошел вплотную и произнес, плюясь слюнями:

– Ты, шавка подзаборная, мне все про тебя рассказали, шлюху такую. Мать моя позвонила и сказала, как ты подкладываешься под своего начальника, я все про тебя знаю, тварь такая. У матери моей везде уши и свои люди, а ты думала, что я такой дурак, что ничего про тебя не узнаю. А я все знаю!

Ева и моргнуть не успела, когда отец толкнул маму на косяк. Она врезалась спиной в острый угол и сморщилась от боли. Мужчина подлетел к женщине и отвесил ей звонкую пощечину, от которой ее голова резко повернулась в сторону дочери. Ева, не помня себя от злости и страха за любимого человека, налетела на отца и принялась лупить его кулаками, что было силы. Мама в этот момент сползла по стене на пол и приложила руку к щеке.

Ева продолжала бессмысленные попытки доставить отцу физическую боль соразмерную с ее внутренней болью. Ей хотелось убить его. Он никогда не трогал маму, и девушка была готова отдать все, чтобы этого не случилось. Она была готова терпеть побои в свою сторону, но каждый раз просила кого-то на небе, чтобы сестра и мама остались неприкосновенными.

– Как ты можешь! Что ты творишь! Не трогай маму, сволочь! Я тебя ненавижу-ненавижу-ненавижу! – Кричала Ева, колотя отца по рукам и груди. Эти слова и действия только сильнее злили мужчину. А в закрытой комнате плакала Женя, которая лишь слышала крики и удары, но не могла представить, что там происходит.

Отцу быстро надоели действия дочери, он схватил ее за руки и потащил на диван в гостиной. Бросил хрупкое тело и стал снимать ремень. Ева видела подобную сцену примерно три раза в месяц, поэтому знала, чего ей ожидать. В этом и состояла ее стратегия – перетянуть внимание отца на себя, чтобы о маме он забыл. Но в этот раз в ней было слишком много злобы, чтобы не сопротивляться, поэтому она продолжала бить отца так, как умела: руками, ногами и подушками, что лежали рядом. Он в свою очередь уже взял ремень так, что пряжкой оставлял удары на теле дочери.

Это было больно. Натуральная кожа ремня обжигала ляжки, живот, плечи и даже шею девушки. Из-за того, что она сопротивлялась, удары имели случайный характер, а пьяное тело мужчины не контролировало места нанесения увечий. Силы и злости в нем было немерено, поэтому отыгрывался он по полной и даже не пытался скрыть получаемое удовольствие. В моменты, когда бил дочь, он чувствовал себя непобедимым, ему было приятно ощущать свою власть и становиться королем происходящего веселья. Тело девушки податливо вздрагивало от ударов, а его улыбка становилась все шире. Но каждое веселье в какой-то момент наскучивает. Спустя некоторое время он остановится, схватил дочь за волосы, притянув ближе к своему лицу, и прохрипел:

Конец ознакомительного фрагмента.