Чтение онлайн

Узнав, что он на встрече и не скоро освободится, я возликовала.

— Но ради тебя… Если я тебе нужен, я всё брошу и приеду.

— Нет, что ты, ничего не случилось ведь. Я поеду к нам и буду тебя там ждать.

— Я очень рад это слышать, любимая. Вернусь как только смогу. Уже в нетерпении и хочу всё бросить.

— О, нет, Стас, мы должны жить как жили, иначе долго не протянем. У меня, кстати, есть работа, которую я хоть смогу, наконец, закончить, пока мне никто не мешает.

— Это я-то тебе мешаю? — пожурил меня Стас.

— Ты же знаешь, что речь не о тебе. Пока, целую.

— Пока, любимая, до встречи. Я тебя люблю! — Стас ждал ответа.

— И я тебя!

В последнее время заученные слова давались мне всё легче. Я говорила заветные слова и не испытывала мук совести.

Глава 49

Долго ковыряться в себе мне не дала Нина.

— Ань, выручи, а? — запричитала она в трубку. — Шеф дал задание осветить в статье конференцию про купечество 19 века, которая пройдёт завтра и послезавтра в ДК. Там весь день надо сидеть, а у меня свидание!

— Свидание? С кем? И почему днём?

— Мы на лыжах собирались съездить в горы покататься. Ну не отменять же! Сходи завтра вместо меня, законспектируй. Ну, пожалуйста, — попросила она умоляюще. — Деньги мне тоже нужны, не хочу никому статью отдавать.

— Хорошо, хорошо, — успокоила я её. — Только скажи, с кем свидание?

— С Лилякиным, он чиновник в мэрии, не знаю, знаешь ли ты его.

— Знаю, но плохо.

Тут я замялась. Говорить Нинке про Жанну или нет? Она же мне сказала, значит, рассчитывает на то же с моей стороны. К тому же когда правда вскроется, я опять буду виноватой.

— Слушай, но мне Жанна перед Новым годом говорила, что она встречается с Лилякиным. Я не знаю, тот же, или это его брат или отец? — осторожно сказала я.

— Он. Бросила его твоя Жанка, призналась ему, что любит другого и забыть не может. А я подхватила и утешила.

— Хм, — не нашлась я что сказать на всё это. — Ладно, вы люди взрослые, разберётесь. Во сколько твоя конференция начинается?

Когда повесила трубку, задумалась над услышанным. Я знаю только одну сильную любовь Жанны. Неужели она так по нему сохнет, что решила не устраивать свою личную жизнь? На что она надеется?

На конференции я встретила цветущую Марго Рябушинскую. Она была в необычайно приподнятом настроении, чего нельзя было не заметить. В перерыве я подошла поздороваться. Она отвела меня в сторону и спросила, известно ли, кто её подслушивал и звонил от её имени.

— Да. Это покойный Леонов, — сообщила я.

Она бросила на меня быстрый взгляд, но решила не развивать тему.

— С покойников не спросишь. Пусть покоится с миром. У меня чудесные, прекрасные новости! Мне не терпится поделиться с ними со всеми.

— Да? — заинтересовалась я. — И какие же?

— Ты не представляешь, Анечка. Ольге пришло письмо из детского дома. Туда попал мальчик, наш родственник. Седьмая вода на киселе, долго рассказывать, от моего троюродного племянника внебрачный сын. Племянник тот давно уехал в Америку, потом возвращался, потом снова куда-то уехал… Давно о нём ничего не было слышно. Мать у мальчика умерла, её мать, престарелая бабка, ей самой уход нужен, не могла о нём заботиться и сдала в детдом. Но продолжала искать его родственников, вдруг кто сжалится и возьмёт к себе мальчишечку.

По этому «мальчишечке» мне было уже всё понятно, и я внутренне улыбнулась, наш план с чудовищем удался. Но продолжала слушать как ни в чём не бывало, вставляя только охи, ахи и «Да вы что?!».

— Каким-то образом вышла она на Ольгу, прислала ей письмо со всей историей и фото мальчика. Ты даже представить не можешь, до чего он похож на Василисушку. Одно лицо! Даже экспертизу делать не надо — наша кровь!

Я подумала про себя, а может и правда так, кто разберёт эти причуды судьбы. Может, сами того не зная, и нашли их дальнего родственника.

— Оля сразу за ним поехала и привезла. И мне позвонила, — Марго скромно, но счастливо улыбнулась. — Ей одной с мальчиком не справиться. Надо его в школу определять, в секции водить, в музыкальную школу. С психологом сколько работы ещё. Ольга сейчас все детские магазины сносит, как с ума сошла, — и она улыбнулась.

— То есть вы с Ольгой помирились? — улыбнулась я довольно.

— Да, — кокетливо кивнула она седой головой. — Мы, наверное, к ней переедем. Я ей помогать буду. А кто лучше откормит мальчишечку чем моя Надежда? Мне-то мало что надо было, а она стряпать любит. Видная стряпуха была когда-то. Сейчас отрывается, пироги каждый день, торты, голубцы, манты. Эх, не жизнь — малина!

— Я очень рада за вас, — сжала я ей руку. — Счастлива слышать такие новости. И за Ольгу тоже. Её энергию да в мирное русло.

Мы простились, нас отвлекли, и я побежала скорее звонить Алексу. Он ответил еле слышно, на что я не обратила внимания.

— Алекс! Алекс! — кричала я радостно в трубку. — Наш план с Ерошкиной и Марго удался! Мальчика взяли, сёстры помирились, все счастливы и хэппи-енд.

— Хорошо, — прошипел надсадно Алекс. — Я рад.

— Что с тобой? — встревожилась я. — Что у тебя происходит?

— Ничего… я занят… потом перезвоню, — выдавливал он из себя.

— Тебе плохо? — испугалась я.

— Нормально… чёрт… Аня, я потом перезвоню, когда пулю выну. Ладно?

— Где ты?! — вскричала я.

— На квартире. Не приезжай… на мне как на собаке… всё хорошо будет…

Он отключился, а я заметалась. Обещала Нинке что помогу, да и чудовище как-то и до меня со всем справлялся. Если бы ему была нужна помощь, он бы попросил. Но как мне сидеть и ждать, когда я знаю, что ему плохо? Я сорвалась и поехала. Была очень осторожна и вела себя, как он учил.

Открыла дверь своим ключом и сразу крикнула, чтобы он не пугался:

— Алекс! Это я.

Я бегом прошла в комнату. Он лежал на диване, вокруг куча окровавленных тряпок, что у меня аж глаз задергался. Одна тряпка, набухшая от крови, была им прижата к животу. Одновременно он держал в руке иглу с ниткой и пытался себя заштопать. Выглядел он не очень, но явно не умирал. Пот струился по лбу, глаза были мутными, но слегка. Он рассердился, увидев меня:

— Зачем пришла? Сказал же, не приходи!