Чтение онлайн

Виктория Семёновна Янкель, теперь стала его личным секретарём, отбив у госконтроля Наталью Субботину в качестве свой помощницы. И, да, у Александра как-то само собой, завёлся личный секретариат. Возможно от сырости, возможно ещё от чего, но в этом были как положительные моменты, так и отрицательные. Например, он практически перестал общаться с разного рода придурками, например, корреспондентами разных газет, считающих что Мечников просто обязан дать ему интервью на пару часов, из которого он вырежет всё что захочет, и опубликует в газете «Мухосранский плотник». Но были и отрицательные, потому что его женщины, теперь не могли позвонить напрямую, а получалось что даже с любовницами его соединяет секретарь. И смех, и грех, как он есть.

Обо всём этом думал Александр листая бюллетень ВНИИ ВНТ, когда взгляд его зацепился за многословное описание работы проводимой в Национальном Научном центре Министерства Энергетики в Лос Аламос. Суть исследований была в том, что они пытались сделать баллистический щит, используя эффект поглощения пуль и осколков, пластиной из сплава рутения, галлия и берлиния то есть коммуния, который всё это поглощал оказавшись в электрическом поле высокого напряжения. То есть пуля, попавшая в слиток, просто исчезала, неведомо куда, словно её никогда и не было.

Поглощало всё это просто отлично, но были сложности, например, когда пуля или снаряд шёл в стык между плитами. Тогда остатки металла, просочившиеся в щель между пластинами разрушали их край, что в итоге приводило к появлению щелей в броне.

Прямо в машине, Александр прикинул всё ли необходимое есть у него в лаборатории. Нужный сплав проще всего заказать в Академии, а всё остальное включая мощные генераторы электрического поля, у него были.

Тема с бронёй его не очень волновала. В конце концов есть динамическая защита, есть энергетические щиты… Но что-то такое было в этой информации, что сразу обратило на себя его внимание. Он поднял трубку радиотелефона, и набрал номер.

— Валерию Говорову, пожалуйста. Александр Мечников. — Подождал пока соединят, и услышал голос советника.

— Саша? Рада тебя слышать.

— Добрый день Валерия Николаевна.

— Вот никак, ты Мечников не желаешь сближаться. — Посетовала племянница маршала. — Я к тебе и так, уж и эдак. А ты всё дистанцию держишь.

— Дистанция Валерия Николаевна в бою первейшее дело. Кто контролирует дистанцию тот управляет боем. А с вами по-другому нельзя. Ибо расслабишься — тут же поимеют.

— Ладно, говори, что там за нужда у тебя случилась. А то я вроде как в долгу перед тобой.

— Никак за антигравы что-то перепало? — Со смешком спросил Александр.

— И немало. Так что проси, чего хочешь.

— А перво-наперво, золотая рыбка мне нужен сплав «тексан четырнадцать», который описан в последнем бюллетене ВНИИ ВНТ, на шестой странице.

Раздался приглушённый расстоянием шелест бумаги.

— Американская броня… Знаю такой сплав. Мы тоже с ним год возились пока не забросили. — Валерия рассмеялась. — А ты никак что-то в этом увидел, да? Ладно. Терзать не буду. В своё время сама всё узнаю. А сплав тебе будет. Тебе в чушках, или сразу что отлить?

— Чушки подойдут. Литейка у меня своя, хоть и лабораторная. Но мне хватит. А ещё, государыня рыбка нужда есть великая в высоковольтном источнике. Киловольт на сто. Мой я совсем угробил, когда антиграв делал. Заказал новый конечно, но когда тот ещё придёт… А мне вот уже вчера нужно.

— Это всё?

— А третье желание я оставлю на потом. — Александр рассмеялся. — Когда ты будешь мягкая, податливая, и не драчливая.

— Вот засранец. — С чувством произнесла Говорова, когда положила трубку. К тому что Мечников её постоянно переигрывает в разговоре она привыкла, но вот что он ещё и играет на её желаниях… — Валерия прикрыла глаза, пережидая тянущий спазм в животе, и подумала, что идея завести в кабинете комнату отдыха с душевой, была просто отличной.

Александр воткнул трубку в зажим на спинке кресла, и достал из кармана блокнот, набрасывая список необходимых материалов и инструментов, бросил взгляд на часы, и выглянул в окно.

— Подъезжаем. — Нейтрально произнёс Григорий, сидевший рядом, и нажал кнопку связи с водителем.

— Серёга, давай к главному.

— Понял, к главному.

Тяжёлая машина плавно развернулась, и Григорий чуть поморщившись на противный мокрый снег, посмотрел, как занимают места охранения его люди и когда Александр вылез, пристроился следом.

Из второй машины в это время вылезли Виктория Семёновна и Наталья Субботина, которые тоже пристроились в колонну.

— Чёрт-те что. Уже перемещаюсь словно странствующий цирк. — Проворчал Александр. — Три машины, восемь человек охраны, секретари… Скоро буду с собой возить личного врача, повара, массажистку и клоуна…

— А клоуна — то зачем? Удивился начальник охраны.

— Как я предполагал, по поводу повара, врача и массажистки вопросов не возникло. — Прокомментировал Мечников входя в холл комитета.

В большом здании на Никольской, находилось несколько учреждений Совмина, и два этажа отдали Комитету по новой технике, который быстро разрастался втягивая в себя прежде всего специалистов в области механики, электрики и электроники, а также химиков-технологов, и вообще производственников.

Мечников, не понимая причин нелюбви кадровых служб к пенсионерам, первым делом дал задание кадровикам тряхануть пенсионерские лёжки на югах, и кадровое кладбище министерства среднего машиностроения.

Да старики порой были вздорными и капризными словно дети, они всё знали лучше всех и не доверяли ничему новому, но как кадровый базис они были бесценным капиталом, к которому можно было прибавлять всё что нужно.

К счастью Артур Христианович, пришедший на должность председателя комитета по новой технике, вышел из точно такой же кадровой свалки, и легко находил общий язык со стариками. Именно старики предложили сразу запустить завод, пока строится город. Жить рабочие будут во временных домиках типа вахтовых, и только четыре дня в неделю, а днём в пятницу, автобус их увозил в Москву. Все неудобства компенсировали повышенными окладами, и социальными льготами выбив четыреста мест в детских лагерях, и около тысячи в санаториях на юге.

Мечников несколько раз лично проверял условия быта и работы заводчан Спецточмаша, и дважды лично увольнял негодных работников. Одного за дырявые простыни у рабочих, а второго за прелую картошку.

Но с тех кому много давали — много спрашивали. На заводе постоянно крутились контролёры, а военприёмка, просто жила на предприятии, принимая каждый станок только после того, как он, установленный на новом месте, подтвердит заявленную точность обработки детали, выдав готовое изделие.

Но как ни упирались люди, до пуска хотя бы одного завода, входящего в кластер было ещё очень далеко. Строители выверяли каждый фундамент с помощью кучи аппаратуры, а после, это же делали специалисты Государственного оптического института, но ставить пока было нечего.