Шаг за порог
Шрифт:
– Тебе не интересно знать, что происходит в Виктории? – спросил он.
– Нет, – бросила она. Ей сейчас и в самом деле было на это начхать.
Тем не менее, Тимур подробно пересказал ей все, что услышал от Чужой: о коварстве союзников, о предложении трутня нанести удар первыми, о деталях придуманного ими на поляне плана. Смысл слов юноши до сознания Насти почти не доходил, но ровный голос действовал умиротворяюще, расслабляя связанные в тугие узлы нервы, и, мало-помалу успокоившись, в какой-то момент девушка попросту уснула.
– …Так ведь не случилось же! – заметил Тагаев.
– А если бы случилось?! – взвилась она. – Не хочу, чтобы как Марина!
– Да, конечно, я понимаю, – вкрадчиво проговорил Тимур. – Мы это обсуждали, и я обещал, что не допущу подобного. Но у меня есть и другие обязательства. Всего полчаса – по-быстрому зачистим форт от предателей, будь они неладны, и я вернусь!
– По закону подлости, все как раз и произойдет в эти чертовы полчаса! – зло бросила она. – Там же еще семь пацанов, не считая сборной команды валькирий, плюс Чужая – что, не могут без тебя обойтись?
– Выходит, не могут, – развел руками Тагаев. – У каждого из нас четко прописанная роль. Убери одного – и вся конструкция может посыпаться!
– Значит, конструкция идиотская, – презрительно фыркнула Настя.
– Какая уж есть. Лучше не придумали.
– Плохо думали!
– Хочешь, попрошу кого-нибудь пока с тобой посидеть? – предложил, заходя с другой стороны, Тимур. – Кого-нибудь из не занятых в операции девчонок? Например, Веру или Надю…
– И что, если начнется приступ, Варенникова мне горло перережет? – язвительно процедила Настя. – Фантастика в другом отделе! А Надю еще и саму успокаивать придется… Тоже вариант: некогда будет страдать!
– Ну, тогда Дашу? У нее, если ей все объяснить, рука не дрогнет… А, нет, она же у нас задействована… Может, Аду?
– Ладно, не нужно никого, – бросила она, скидывая ноги с кровати. Поднявшись, Настя подошла к стулу, на котором Тимур оставил свой ятаган, и взяла оружие в руки. Теплая шершавая рукоять легла в ладонь, как влитая. – Обойдусь… – девушка примерилась острием клинка к груди, затем, недовольно скривившись, переместила его ниже, в область живота. – Справлялись же как-то самураи в Японии…
Метнувшись к ней, Тагаев, рискуя порезаться, схватил ятаган за лезвие. Не упорствуя, Настя разжала сжимавшую оружие ладонь.
– Да, так даже будет лучше, – в каком-то дьявольском задоре проговорила она, безумно улыбнувшись. – Сделай это ты. Но не дожидаясь приступа. Прямо сейчас. Покончим с проблемой раз и навсегда! Ну?! – выкрикнула она, демонстративно запрокидывая голову и подставляя под удар горло.
– Успокойся, – проговорил Тимур, пряча руку с ятаганом за спину. – Не стоит горячиться!
– Конечно, не стоит! Просто сделай это! Исполни обещанное!
– Я обещал избавить тебя от мучений, но не раньше, чем произойдет непоправимое, – покачал головой юноша. – Пока есть надежда…
– Какая надежда?! – вскричала Настя. – Нет никакой надежды! Нет и не было!
– Я в это не верю, – отрезал Тагаев.
– Я тоже не верю. Я знаю!
– Ты не можешь этого знать! Никто, кроме полусумасшедшего Геры, не видел на тебе следа от укуса трутня! А если след и был – не факт, что трутень успел впрыснуть тебе яд!
– Медотсек Крепости подтвердил отравление!
– Он мог реагировать на следы токсина, вызывающего потерю памяти! Иначе почему он отказался тебя лечить?
– Потому что понял, что случай безнадежен!
– Или потому что не увидел угрозы здоровью!
Можно подумать, еще недавно она сама не пыталась убедить себя в чем-то подобном!
– Все он увидел! Синие лампочки – критический уровень угрозы! Потому, наверное, что кровь у этих тварей синяя! Просто лекарства от этой дряни не существует, вот он и сдался!
– Он, может, и сдался, а я – нет, – швырнув на пол ятаган, Тимур шагнул к ней и взял за плечи. Настя дернулась, попытавшись отстраниться, но Тагаев держал крепко. – И ты не смей! – заглянув ей в лицо, потребовал юноша. – Не смей, ясно?!
– Я устала… – пробормотала она, разом обмякнув в его руках. – Устала бояться. Устала ждать неизбежного… Прости, что мучаю тебя… Иди. Иди, выкинь из форта всех негодяев – и возвращайся…
– Умница, – натужно улыбнулся Тагаев, подаваясь вперед, чтобы ее поцеловать, но внезапно глаза его широко распахнулись, и он отшатнулся.
– Что? – внутри у Насти разом все оборвалось. Руки сами собой метнулась к пылающему лицу, пальцы безошибочно нащупали на щеке крохотную язвочку. – Началось, да?
Тимур прошептал что-то нечленораздельное.
Рядом с первой язвочкой, прямо под подушечкой Настиного безымянного пальца, уже возникла другая, третья выскочила на тыльной стороне ладони…
– Началось… – выговорила она, с трудом ворочая немеющим языком. Страха, как ни странно, не было – лишь ледяная, бездонная тьма внутри. – Ну что же, давай, – решительно подняла Настя глаза на застывшего в ужасе Тагаева. – Дава-а-а-а-а-а! – в грудь ей будто ввинтился гигантский штопор, и речь оборвалась, сменившись истошным воплем. Воплем невиданной, нечеловеческой боли.
6.
Планета Новая Земля, форт Виктория, Порог
Тимур исчез из поля ее зрения вместе со стеной, в которую уперся, попятившись – теперь перед Настиными глазами был лишь ровный серый потолок, и проблеском сознания девушка поняла, что упала на спину. Огромный невидимый бур продолжал немилосердно терзать ее грудь, разрывая в клочья легкие, еще один, такой же, вонзился в живот и теперь наматывал на винт кишки, руки и ноги испепелял огонь, в глотке плескалась кипящая кислота, мозг то сжимался до размера булавочной головки, то, взрываясь, расширялся до границ Вселенной.
«А что, у Вселенной есть границы?» – процарапалась сквозь редуты боли нелепая мысль.
«У твоей есть», – не замедлил прийти ответ. Именно прийти – извне.
«Ты кто? – машинально спросила Настя – не голосом, им она более не владела, исторгаемые крики существовали ныне сами по себе, она – сама по себе. – Смерть, да?» Терри Пратчетта Настя читала – в его мире такой разговор был бы уместен. Вот только разве по всем канонам со смертью не должна прекратиться боль?