Шагал по улице Шагал
Шрифт:
Ночь. Ангелы. Звезда над Вифлеемом.
Волхвы с дарами. Скопище дорог.
С востока вёл их свет, вёл неизменно
Служить Творцу, и в яслях дышит Бог.
Но жизнь мелькнула, путь земной был задан,
Спасая мир, он знал, что пробил час.
Земля сжималась Гефсиманским садом,
И был он смертным, как любой из нас.
Все горести вобрав и смерть отринув,
Вернётся к нам, а с ним – Любовь и свет.
Но горько как рыдает Магдалина!
Ей в этом мире утешенья нет.
Узы
Взгляни же на меня, как я грущу, —
Луна, бессонница и с дудочкою муза.
Нет, никуда тебя я не пущу,
Так хрупок мир, пусть крепнут наши узы.
Иерусалимский базар
Иерусалимский базар,
Как много в нём запахов, звуков,
Он вечен, как мир, хоть и стар,
Для деда хорош и для внука.
Изюм, курага и халва,
И жгущие руки лепёшки,
И камни, шелка, кружева,
И солнечный зайчик в окошке.
И лавочек узких ряды,
Торговцы и толпы прохожих,
Ведут сквозь столетья следы
Похожих и так не похожих…
По улочкам бродят друзья,
Эпохи слились, словно реки.
Восточный базар, толчея…
Здесь время застыло навеки.
как горька моя победа
«…»
Лучшее, что хранится в тайниках нашей памяти, – вне нас.
Жизнь – как былые города,
В чьи переулки нет возврата,
Но всем нам хочется туда,
И грусть о детстве – наша плата.
Вернуться бы туда, в тот день,
Жизнь впереди и три дороги,
К прекрасным девушкам под сень,
Под сенью их в цвету чертоги.
Но нет, назад не повернуть,
И прошлое неповторимо,
И стелется по рифам путь,
И Ангелы ведут незримо
В мир детства, в наши города.
Мы с ними неразрывно слиты.
Вернуться бы на миг туда
Без ореола и без свиты
И встретиться с самим собой.
Жизнь и душа – всё нараспашку.
Ещё в тумане путь земной,
Ещё не отдана отмашка.
Пленённые сердца
Несётся жизнь – поток бурлящий,
Всё чередом своим течёт.
Ей выпало быть в настоящем,
Поэт немного отстаёт.
Он, госпоже своей внимая,
Надеется, а вдруг она,
По-царски руку поднимая,
Ему помашет из окна.
Потом пойдёт своей дорогой
И затеряется вдали.
Не ждёт, но и не судит строго
И не зовёт в свой край Земли…
Сердца пленённые – трофеи.
В очах как этот мир велик!
Нам кажется, что мы – Орфеи,
Но не находим Эвридик.
Мечта
Крылья мои в огне,
Горький исход беспечности.
Вспомнишь ли обо мне
Там, за порогом вечности?
Надвое разделён.
Разве душа угонится?
День – словно сладкий сон,
День – и опять сторонится.
Видно, нельзя смешать,
В разных мирах мы разные.
Имя одно, но звать…
Письма летят отказные.
В мире из рифм и строк
Не разлучить нас вёрстами,
Чтоб надышаться впрок.
Судьбы давно уж свёрстаны.
Можем творить, мечтать,
Ждать и встречать без повода,
За руку взяв, летать
В синем небе над городом.
Краток мечты полёт,
Взмыл – и вот пробуждение,
Мир, где никто не ждёт,
Жизнь и та – на мгновение.
Что нам дано судьбой?
Выскользнет – не заметишь.
Как тень иду за тобой,
Зная, что не ответишь.
Тонкий лёд
Ты видишь, я к тебе иду,
По тонкому ступаю льду,
Иду, боясь спугнуть мечты.
А вдруг опять исчезнешь ты?
Спрошу судьбу я, как мне быть?
Не в силах я тебя забыть.
Так есть надежда или нет?
Повис вопрос, но ждёт поэт.
Ты можешь всё, в твоих руках —
Свиданья миг, прощанья страх
И правила, что так просты:
Всё будет, как захочешь ты…
Ты видишь, я к тебе иду,
По тонкому ступаю льду,
Иду, не зная наперёд,
Что завтра нас с тобою ждёт.
Эдем
Ты от меня отходишь в сторону,
Ты мне не хочешь отвечать,
А ведь судьбою уготовано
Тебе такого повстречать.
То мчит к Тебе с кавалергардами,
Чтоб обогнать мечты полёт,
То песнь любви слагает с бардами
И для Тебя её поёт.
Другие согнуты под грузами
Привычек, денег, скучных дел,
А он, Тебя назвавши музою,
Зовёт совсем в иной удел…
Оставь у входа все сомнения,
Ведь там – Эдем для нас двоих,
За дверью той – судьбы владения,
Там – город наш, наш век, наш стих.
«Задёрнуты наглухо шторы…»
Задёрнуты наглухо шторы,
И улицы шум вдалеке.
Здесь судьбы, мечты, разговоры
Затеряны на островке.
И звёзд в полумраке не видно,
И прячется солнечный свет,
А им за стеной любопытно,
О чём же расскажет поэт.
Рисует он солнце и небо,