Чтение онлайн

– Выстоим, товарищ генерал, - заверил я комдива.

– Смотрите! Враг будет контратаковать большими силами, есть новые данные нашей разведки. Нужно выстоять!

И. И. Анциферов вручил орден Красной Звезды гвардии майору Полтораку и гвардии капитану Старостенко.

Потом была названа фамилия гвардии старшины Виноградова. И когда он четким строевым шагом подошел к генералу, тот вручил ему орден Славы II степени, к которому Александр Федотович был представлен еще в начале февраля.

Командир дивизии обнял разведчика и, пожимая ему руку, сказал:

– Ну что же, гвардеец, верю - будешь полным кавалером ордена Славы. Молодец, воюешь умело! Еще раз поздравляю!

Должен отметить, что уже через две недели коммунист Виноградов (его перед Майскими праздниками приняли в члены ВКП(б) снова отличился в бою на днестровском плацдарме. В ночном поиске он незаметно подполз к вражескому окопу, забросал его гранатами, уничтожив пять солдат, а унтер-офицера, пытавшегося удрать, захватил в плен.

Когда мне доложили об этом, я решил представить его к ордену Славы I степени. Высказал свое мнение замполиту и начальнику штаба. И Полторак, и Такмовцев поддержали меня.

Медаль "За боевые заслуги" получил из рук генерала и повар комендантского взвода полка, пожилой солдат, которого все звали дядей Афоней. Он за день успевал накормить не один десяток людей. Его половник всегда был щедрым, но еще щедрее был дядя Афоня на веселое и остроумное слово. Знали о нем все, но не знали одного: когда же он спит?

* * *

А через два дня, как и предупреждал комдив, немцы начали наступление на плацдарм. Насколько жаркими были эти бои, можно судить хотя бы по тому, что 1-й батальон отбил 12 яростных атак противника. И выстоял!

Во время восьмой атаки к КП батальона прорвалась группа немецких автоматчиков. Связь с ротами была прервана. Комбат гвардии майор Ананенко, организовав круговую оборону, бросился с бойцами в рукопашную. Оставшиеся в живых гитлеровцы отступили.

Противник вводил в бой новые резервы, над головами наших воинов надрывно завывали фашистские пикирующие самолеты. Во время очередной бомбежки погиб Михаил Федорович Ананенко. Его заместители тоже выбыли из строя, и парторг батальона гвардии лейтенант Арсентий Коробко принял командование на себя.

Тяжело переживал я гибель Михаила Федоровича, с которым познакомился еще во время Сталинградской битвы в декабре 1942 года. Отличный был комбат и человек хороший, душевный. Любили его бойцы и командиры.

В этом тяжелом бою вновь отличился расчет Александра Жежери. Он избрал огневую позицию под подбитым фашистским танком и оттуда поливал огнем наседавших гитлеровцев. Один из номеров расчета, гвардии рядовой Лунев, был ранен и отправлен в тыл. Ранило в руку и Александра, но он быстро перевязал рапу и снова лег за пулемет.

В майские дни по всей дивизии была распространена листовка с портретом А. Е. Жежери. Гравюру для клише исполнил художник дивизионной газеты "Героический поход" В. Белоусов. Надпись гласила: "Герой-пулеметчик Александр Жежеря. За два месяца боев уничтожил 343 гитлеровца. Был три раза ранен, но не покидал поля боя".

Сразу же после упорных боев на днестровском (пугоченском) плацдарме, в конце апреля, командование полка и дивизии представило гвардии сержанта Жежерю Александра Ефимовича к высшей награде Родины - званию Героя Советского Союза.

Теперь к месту, по-моему, рассказать об Александре Жежере более подробно. В наш полк он пришел под новый, 1944 год с маршевой ротой из запасного полка. Работал до призыва пчеловодом, заведовал колхозной пасекой. Сначала был рядовым пулеметчиком, потом ему доверили расчет "максима". Родом он из Кировоградской области, и боевое крещение получил на родной земле в боях за Кировоград. Мать его Прасковья Ильинична, письмо которой, как помнит читатель, зачитывал бойцам Иван Ефимович Полторак, жила в селе Александровна с женой Александра Марией и их детьми - ее внуками - Валентином и Лидой.

Два брата Александра - Николай и Яков - погибли на фронте. Один под Кишиневом в самом начале войны, другой - в Сталинграде. Третий брат, Василий, после тяжелого ранения в Сталинграде остался там восстанавливать разрушенный город.

Александр попал служить в стрелковую роту лейтенанта В. В. Слесарева, во взвод гвардии лейтенанта Коробко. Первую боевую награду - медаль "За отвагу" младший сержант получил за бой под Красным Кутом в феврале, когда он был ранен, но не покинул поля боя.

* * *

У нас в полку стало правилом: з канун праздников отправлять поздравительные письма семьям отличившихся воинов. Даже трудно подсчитать, сколько их было отправлено за время войны в разные концы нашей необъятной Родины. Были эти письма коротенькие, но, думается, желанные в любой семье. Ведь весточка с фронта всегда радостна. Так было и перед 1 Мая 1944 года. Вот, например, какое письмо отправлено было жене героя-пулеметчика гвардии рядового Матвиенко:

"Уважаемая Раиса Романовна, командир в/ч (дальше следовал помер полевой почты) шлет Вам, жене отважного пулеметчика, свой боевой гвардейский привет и поздравляет Вас с великим праздником - Днем 1 Мая. Гвардии подполковник Науменко".

В дни Первомайских праздников в полку был проведен слет молодых бойцов из числа недавнего пополнения. Построились они на открытом воздухе, благо погода выдалась теплая, солнечная. Я распорядился пронести перед строем гвардейское Боевое Знамя.

– Вы видите на этом Знамени вышитые золотом слова "За нашу Советскую Родину!", - начал свое выступление перед новичками гвардии майор Полторак. Это девиз всех советских воинов. Под этим девизом сражаются и гвардейцы нашего полка.

И Иван Ефимович рассказал молодым бойцам о подвигах, совершенных воинами только в последние дни.

... На наблюдательном пункте находился комсомолец гвардии ефрейтор Владимир Степанов, телефонист. С ним был молодой боец Максим Пить. У новичка с несколько странной фамилией этот день был боевым крещением. Исправляя повреждения линии связи, этим солдатам приходилось чаще всего ползти по-пластунски, чтобы быть меньше приметными. Однако на этот раз немцы заметили связистов и открыли по ним огонь. Степанов успел уккрыться в окопе, туда же скатился и его молодой напарник. На окоп шли шесть немецких солдат. Когда они подошли почти вплотную, Степанов и Пить открыли огонь. Троих гитлеровцев уложил Степанов, четвертого - Пить, остальные предпочли убраться восвояси.