Чтение онлайн

Пока созерцала морской пейзаж и брала под контроль разбушевавшиеся гормоны, инквизитор уже организовал нам обед.

Легкие закуски, фрукты и вино составили изумительный обед. Тучи окончательно рассеялись, и стало даже немного жарко.

Я любовалась изумительным закатом рядом с потрясающим мужчиной. Не знаю, что больше повлияло на меня в тот момент — выпитое вино или близость Аластора так пьянила меня, но я первая потянулась к нему. Его глаза немного расширились от удивления. Не ожидал. Едва он прочел мое намерение в глазах, как сам захватил мои губы в плен.

К черту всё. Я хочу этого мужчину с первой встречи. Рядом с ним я теряю голову, теряю себя. Это притяжение невозможно игнорировать, и я больше не стану этого делать.

Мы целовались жарко и жадно, не оставляя друг другу поводов для колебаний. Сжигая все мосты, обращая в пепел сомнения. Мы созданы друг для друга. Все остальное — шелуха.

Я плавилась, как податливый воск в его объятиях. Его руки блуждали по моему телу, сгоняя хмельное расслабление и зажигая тысячи искорок возбуждения.

Широкие мужские ладони блуждали по телу, ласкали мои бедра, оглаживали попу. Под этими чувственными движениями я распылялась сильнее и сильнее.

Аластор подхватил меня на руки, продолжая покрывать меня сладостными поцелуями, и посадил на стол. Я запустила пальцы в жесткие каштановые волосы, немного сжав и потянув. Наградой мне был раскатистый рык, который заставил меня задрожать от желания.

Я с силой отстранила жениха. В горящих зелёных глазах мелькнуло разочарование, но быстро сменилась пламенем, когда я принялась стаскивать трусики в нетерпении. Едва маленькое кружево полетело в сторону, мужчина толкнулся внутрь. Я задрожала от нахлынувших ощущений. Нам не требовалась прелюдия, мы уже балансировали на грани.

Инквизитор тяжело дышал, но осторожно замер, давая мне время привыкнуть. Его толстый член распирал меня изнутри, даря ощущение заполненности. Я замерла вместе с ним, привыкая, наслаждаясь. Затем, с тихим стоном, я насадилась глубже. Это стало нашей отправной точкой.

Ал глухо застонал и резко толкнулся вперед, заставляя меня забыть обо всем. Резко, грубо и глубоко. Я выгибалась навстречу и сходила с ума. Воздух вокруг наполнился влажными звуками, тяжелым дыханием и моими тихими стонами. Впрочем, Ал быстро их заглушил властным и требовательным поцелуем.

Я отдавалась вся без остатка, поддаваясь навстречу этим неистовым движениям. Напряжение внутри меня росло постепенно, пока я не зашлась в диком оргазме, срывая голос в крике.

Тело прострелило тысячи разрядов, отправляя меня в уголок персонального рая. Перед глазами засверкали искорки.

Я обмякла, расслабленно откидываясь на столешницу. Аластор довольно улыбался, на его лбу блестели капельки пота. Большие ладони успокаивающе поглаживали мое тело. Руки скользили по предплечьям, груди, животу. Такие плавные, почти невинные движения.

Он осторожно переложил меня на бок и продолжил не спеша наш танец страсти. Тело ломило от прошлого удовольствия, а мышцы не слушались. Но уже скоро от размеренных толчков низ живота стал наливаться раскаленным свинцом страсти.

Его движения внутри становились резче, а блуждающие по телу руки замерли на бедрах, жестко фиксируя меня в одном положении. Я всхлипнула и выгнулась. Мой любовник продолжал двигаться глубоко, срывая с моих губ все новые и новые стоны. Кожей я ощущала жар своего мужчины, он горел и горела вместе с ним. Приближающийся оргазм накрывал медленно, постепенно приближаясь, но не накрывая меня. Я балансировала на грани, но не могла сорваться. Пока не услышала хриплый голос моего инквизитора: " Ты такая сладкая, моя девочка, такая желанная и горячая. Давай же, кончи для меня".

Эти слова, словно магическое заклинание, освободила мое тело. С очередным толчком, но более глубоким я не почувствовала пульсацию члена внутри. Мы кончали вместе, как единое целое. Я безвозвратно тонула в нахлынувшем удовольствии и утягивала мужчину с собой.

Приходила в себя неохотно. Кажется, от повторного оргазма на краткий промежуток времени я потеряла сознание. В ушах звенело, а тело не слушалось. Сзади лежал Ал и тяжело дышал.

— Ты просто невероятная, — хрипло произнес он, стремясь отдышаться.

Я рассмеялась каркающим смехом.

— И это говорит мне тот, кто довел девушку до двух умопомрачительных оргазмов?

Мы рассмеялись вдвоём, а сзади внезапно послышался шорох. Я резко развернулась, но не успела ничего увидеть, кроме смазанного силуэта.

Ал подорвался и, чертыхаясь, попытался привести брюки в порядок.

— Кажется, у нас были свидетели, — жутко краснея и улыбаясь, заметила я.

— Я сейчас...

— Подожди, — я положила ладонь поверх его руки, — Пусть уходит. В конце концов, это мы занимались непотребством в общественном месте.

Я густо покраснела. А инквизитор покачал головой.

— Это не непотребство. Мы занимались любовью.

Он огладил пальцем мою нижнюю губу, а затем, наклонившись, поцеловал. Нежный, трепетный поцелуй, полный благодарности и любви, вызвал во мне бурю эмоций.

— Тшш, ты плачешь? — прошептал он, стирая одинокую слезинку на моей щеке.

— Нет. Это...
– я вздохнула поглубже, стремясь справится с волной эмоций. — Кажется, я тебя почувствовала. То, что ты испытаешь, это так невероятно и прекрасно.

Ал улыбнулся своей чарующей улыбкой. Впервые в его глазах не светилась жажда. Сейчас там был лишь покой и любовь.

— Я тоже ощущаю тебя. Это так приятно — ощущать себя любимым. До встречи с тобой я и не знал, насколько мне было одиноко и холодно. Твоя любовь согревает.

Этот вечер был полон романтики. И хоть наша первая близость состоялась не в том месте и не в то время, мы оба ни о чем не жалели.

Голод страсти в глазах Алана сменился океаном нежности. Я и сама будто скинула давящую тяжесть с плеч. Наше взаимное притяжение туманило разум, заставляя говорить и совершать необдуманные поступки.

Мы гуляли по вечернему Роскасу. После пикника на смотровой площадке мы всё-таки поехали на прогулку в город. Я рассказывала Алу о себе, своем детстве, о непростых отношениях с матерью, которая фактически отказалась от меня, предпочитая многочисленных поклонников мне. О бабушке, с которой я росла. Об отце, который бросил еще до рождения. Моя нехитрая история вызвала в этом невозмутимом мужчине отклик, и он поделился со мной своей историей взросления. Холодная мать, любящий отец и презрение окружающих. Рассказ не давался ему легко. Иногда он прерывался, хмурился, будто пытаясь понять, зачем он мне это рассказывает. Но потом снова продолжал.