Чтение онлайн

Страшно.

На такое Алаис была способна только ради спасения своей жизни, или жизни сына. Но самой лезть под стрелы и мечи?

К Ириону!

– Хорошо. Так вы расскажете...?

– Конечно. Сейчас, отмоемся, и все расскажем.

***

Как оказалось, хитрый Эттан Даверт придумал и еще один способ проверить человека. Письмо особым образом складывалось, запечатывалось личной Преотцовской печатью, и обязательно подписывалось Преотцом два раза. В начале письма и в конце. А если не подписано, то все. Распоряжение надо притормозить, а негодяев хватать, благо, сами в тюрьму пришли!

Не соврал ли тьер Синор?

Пытался. Но когда с него начали драть шкуру полосочками, в буквальном смысле слова, понял, что правду говорить легче и приятнее. И раскололся. Боль он терпеть не мог совсем.

Так что в Ламертину можно идти хоть завтра-послезавтра, но один Луис туда не отправится.

Тимары?

Вот тут было глухо. Тьер Синор ничего не знал об Осьминогах. Его просто наполовину купили, наполовину шантажировали. Был грешок у советника, воровал не по чину, а такой грешок в среде жрецов не слишком одобрялся.

Вот тьера Синора и поймали на сребролюбии, и предложили золота. Много золота, очень много золота... и надо-то было раз в десять дней заглянуть в домик на окраине, и побеседовать с приятными людьми. О чем?

Темы разговора всегда выбирали они, а тьер Синор выходил из домика богаче на пятьдесят монет золотом.

Алаис уважительно присвистнула.

– Это сколько же они золота тратят?

Луис развел руками.

– Очень много. А откуда оно - я даже предположить не рискну.

Алаис тоже не рисковала. Хотя...

– Луис, пожалуйста! Покопайся в архивах! Чует мое сердце, что-то в этой истории с покрасневшим морем и первым Преотцом - неладно...

Сердце Луиса этого не чувствовало, оно то замирало, то пускалось вскачь, и все из-за этой красивой женщины, которая стояла рядом, сжимала руки, и интересовали ее только исторические загадки. Да уж, бывает так!

Сколько женщин мечтали о нем, но были неинтересны, безразличны, а тут...

Неужели ты попался, Даверт?

Что известно о первом Преотце?

Что звали его Эртало Дион. Что был он внуком последнего Короля, что основал Храм, что стал первым Преотцом...

Это знают все. А что из этого является правдой?

Луис понимал, что никогда не видать бы ему ни архивов, ни правды, не будь он сыном Преотца, и готов был благодарить небо за свое везение. А еще за то, что отцу было не до сына. У Преотца были дела поважнее - разобраться с орденцами, всех допросить, всех ощипать, кого отпустить, а кого казнить - и тут Луис был не помощник. И мог спокойно заниматься своими делами. Луис не обольщался, как только Эттан чуть освободится, он не то, что вспомнит о сыне - у Луиса минутки свободной не будет. Но и Луиса в Тавальене к тому времени не будет. А пока...

Старые свитки открывали перед ним свои тайны.

Да, парня звали Эртало Дион. И он действительно был внуком последнего короля. Такая вот была история.

Красивая рыбачка разделила с королем ложе, и в положенный срок на свет появился мальчик, названный Альертом. Красивый, умный, и с ярко-синими, королевскими глазами. Так что отцовство и доказывать не понадобилось. Но где Король, а где рыбачка? Не на лодке же во дворец плыть?

Она и не поплыла никуда, жила, вышла замуж, растила сына... и на свою голову, рассказала мальчишке о его происхождении. И об отце-короле.

А ведь он был первенцем.

Пусть незаконным, но какое значение имеет свадьба там, где есть кровь?

То-то и оно...

И Альерт с детства был уверен, что достоин трона. Вот только надо бы встретиться с отцом...

А пока он не придумал, как с ним встречаться, надо было жить. Выходить на промысел, возвращаться домой, чинить лодку, коптить рыбу...

Его звали Альертом, ее - Лисаной. Красивая девочка, умная, яркая, честолюбивая, но по уши влюбленная в мальчика с синими глазами. И стоит ли удивляться, что между ними все сладилось?

Луис вывозился в пыли, но нашел-таки записи первого Преотца. Самое смешное, что их даже не прятали - кого интересует эта древность? Архив, и Ирион с ним, кому там надо копаться? Есть же дела поважнее, например, поделить должности, доходы, прихожан...

Пока Альерт рос, его величество успел жениться, нарожать детей, хотя и не вполне здоровых, но способных унаследовать трон, и был счастлив. Когда Альерту было семнадцать, умерла королева. И его величество решил проехать по королевству, развеяться...

И судьба занесла его на то же побережье, где он почти двадцать лет назад был счастлив, ведь когда нам плохо, мы ищем утешения в прошлом. Пусть не с людьми, пусть просто воспоминание...

Мать Альерта рано состарилась и высохла, море не пощадило ее красоту, но Альерт был копией Короля. И его величество растрогался. Он дал мальчишке имя, и забрал его с собой.

Лисана?

А вот Лисану никто не забирал. Она осталась в деревеньке, чтобы через несколько месяцев понять - история повторяется. Судьба любит шутить над людьми, и кровь Короля не пожелала уходить из деревни. В чреве женщины зрел королевский внук, получивший имя Эртало.

Травить Лисану никто не стал, как не травили и мать Альерта. Все же, королевская кровь - это вам не со свинопасом ребенка нагулять. Это как благословение моря...

Ребенок рос, так же зная и о своем происхождении, и о своем отце, а тем временем...

Альерта поедом ела черная зависть. Покусывала злоба и ненависть.

Он же первенец! Он, именно он должен получить корону и трон! Его право, его кровь... и что мешает? Эти хилые, болезненные отпрыски отца? А ведь если бы их не стало...

Эртало не знал, как именно его отец убирал братьев и сестер, ядом ли, хитростью... он знал другое. Что союзником его был один из герцогов, которому надоела королевская власть. Тимар. И тогда тоже - Тимар.

На свою сторону они привлекли Атрея, на дочери которого женился Альерт Дион. И постепенно, полегоньку, теплая компания двинулась к трону.

Эртало рос.

Альерт убирал со своего пути препятствия. Только вот беда - детей у него никак не было, кроме Эртало, о котором он все же узнал почти через пятнадцать лет, и которого забрал от Лисаны к себе. А законная жена не могла подарить ему наследника. То выкидыши, то мертворожденные, словно природа мстила братоубийце. Его величество до конца не мог поверить в такую подлость сына...