Чтение онлайн

Луис затряс головой.

– А в таких случаях проклятие может не сработать?

– Именно в таких случаях и не сработает. Это ведь не предательство. Просто так получилось, что старший сын Короля оказался в другой семье, но если Тимар воспитал его, вырастил... в любой клятве есть свои оговорки.

Луис медленно кивнул. Он понимал, в чем тут суть.

Нельзя предать короля, то есть сделать что-то ему во вред. Но разве вредит ему незнание о бастарде? Да нет... Наоборот, мальчик присмотрен, воспитывается в хороших условиях, у него все есть. Разве это предательство - сказать ребенку, что он первенец Короля? Это правда. И что королева не обрадуется такому наследнику - тоже, и что он имеет право на трон предков... что плохого в гордости и честолюбии, если они - королевские?

Предательство - очень сложная материя, и все не предусмотришь. А за мысли тоже карать не будешь. Иногда и родители, глядя на детей, мечтают, чтобы те куда-нибудь делись... на часок, больше не надо. Но думают же!

– Ты думаешь...

– Если Тимар решил возвести Диона на престол - это не предательство, он просто наследует после отца. Это нормально, это правильно.

– А если Тимар стоял за ирионовцами?

Алаис пожала плечами.

– Допустим, сейчас об этом узнают. Чем это грозит Тимарам?

Луис подумал пару минут.

– Практически ничем. Они и так сидят тихо, ни с кем не общаются, ничем не интересуются...

– Понятно, что дела давно минувших дней никого не интересуют. А если Тимары сегодня стоят за этими ирионовцами?

– Сейчас?

– Но откуда-то же все это вылезает! Раз их искоренили, два искоренили, а они все живы и живы? Кто-то должен сохранять обряды, кто-то должен давать деньги, одним словом - за сценой обязательно есть кукловод.

– И боги их за это не покарают.

– Это же не против Королевской крови.

Луис схватился за голову. В ней определенно все это не укладывалось.

– Алаис... ты хочешь сказать, что и сегодня... что это продолжается уже триста лет?

Женщина хмыкнула. Повернулась к окну, обхватила колени руками и задумчиво уставилась на луну. Та мгновенно отразилась в глазах Алаис, превратив их в пустые бельма. Луису даже страшновато стало, как будто рядом с ним возник призрак.

– И что такого? Да, может, и триста лет. Что тебя удивляет?

– Зачем?

– Причин много. Власть, деньги... Я не всегда могу понять таких людей, но я готова признать их существование. Скажи, твоего отца остановило бы время или пространство?

– Если бы он мог при этом получить власть? Нет.

– Вот и кого-то еще не остановило.

– Триста лет...

Да, триста лет. И что дальше?

В масонские заговоры Алаис не верила, в цель отдельно взятого рода... а пес его знает. Тут могло выйти надвое. Либо предки учили потомков, воспитывали в определенном ключе, вели выбраковку неподходящих особей и методично двигались к своей цели. И тут - да, тут могло и триста лет пройти до цели. Пока царил бардак после смерти Короля, пока все устоялось, пока можно было начать нормально действовать...

Второй вариант был грустнее. Еще в родном мире Алаис читала какую-то историю... Суть была в том, что для охраны ценностей запустили машину, а потом в результате войны цивилизация уничтожилась. А машине никто ничего не сказал, и отключить не соизволил, и несколько сотен тысяч лет она гробила всех, кто подошел или прошел рядом. Машина-с. По определению - безмозглая, тупо выполняющая заданную программу. Могло здесь быть точно так же?

Да спокойно. Но Луису Алаис говорить этого не собиралась, для него была третья версия.

– Возможно, раньше они просто не могли начать. По каким-то причинам. Может, и сейчас не могут.

– А зачем жертвоприношения? Ты же не думаешь, что Ирион...

Алаис от всей души фыркнула.

– При чем тут Ирион? Просто кто-то хочет на трон, а сложить правильно кусочки картины мы не можем. Не знаем всего. Может, и не узнаем никогда.

– Жаль...

– Чего? Что не станешь очередной жертвой безумцев? Думаю, за триста лет столько крови уже пролилось, что человеком меньше, тысячей больше... разницы никто из них не заметит.

– Обязательно жертвой...

Луис хорохорился, и сам понимал это. Но было жутковато. Словно ты стоишь на краю пропасти, а она вся, до краев, заполнена мертвецами. Триста лет. Сколько крови, сколько боли...

– И все ради власти.

– И я бы сказала, что шансы у этих людей есть.

– Есть?

– Луис, скажи мне, если вернутся Короли, что изменится для большинства людей?

– Эммм...

Луис задумался, а потом вдруг понял, что правильным ответом будет - ничего. Ничего не изменится.

– Вот именно, - подтвердила его размышления Алаис.
– Люди пахали, сеяли, собирали урожай и торговали при Королях, при королевствах, и если на трон опять сядет один Король - тоже не почешутся. Если, конечно, налоги не поднимут.

– А благородные? Или Тавальен?

– Судя по тому, как просвечен Тавальен, в нужный момент здесь просто устроят резню. Или пожар. Или какое-нибудь знамение, а под шумок уберут всех несогласных. Не думаю, что их будет много, прикормленные люди сядут на нагретые места, и все пойдет своим чередом. Большинство жителей и не заметят, что там что-то поменялось.

– А тьеры? Благородное сословие...

– Ты готов ручаться за всех и сразу?

Луис засопел, признавая неприятную правоту. Да уж... Сам-то он... вспомнить иные поступки стыдно. А было, было, не вычеркнешь.

– А что сделаешь ты, если придут Короли?

– У меня нет выбора. Принесу клятву верности, или сгнию заживо. Второй вариант мне нравится меньше. Так что подумай еще раз, надо ли это тебе.

– Что именно?

– Лаис.

– Я же уже...

– Ты просто введен в род Лаис. Ты не надел реликвии рода, не принял главенство, не взял все на себя. Ты еще можешь уехать и просто жить в тихом уголке...

– Растить брюкву, делать детей, читать книжки...

– И чем плох такой сюжет?

– Тем, что меня в покое не оставят. Я ведь правильно понимаю, все это легко и быстро не закончится?

– Может, оно и вообще не закончится при нашей жизни. А что?

– Я не хочу, чтобы за мое желание спокойной и сытой жизни расплачивались мои дети, внуки, правнуки. Когда война постучится к ним в дом, они не будут такими, как я. И погибнут... я не хочу.

– Тебе никто не мешает вырастить их готовыми ко всему.