Шакта, или Кашмирская история любви
Шрифт:
Мы просидели довольно долго, пока девчонки пришли в себя…. И я уже успела сдружиться со стариком Рахманом.
Солнце на Гоа садится быстро, и надо было до заката выйти из джунглей к океану. Прощаясь с нами, старик предложил девчонкам массаж и вручил нам визитку, с адресом его дома…
С визитки все и началось…
Глава 3. Торговцы…
Мы с хохотом возвращались из джунглей, делясь впечатлениями.
Ирина весело щебетала о своих ощущениях во время шаманского дикого танца, ей хотелось кричать громче и громче, двигаться резче и быстрее и для нее время не существовало, и в целом мире, была только она и она не видела проходящих мимо людей и кричащих обезьян, кидающих в нее манго. Смеясь, мы пожалели, что из-за безопасности оставили телефоны в отеле, шаманский танец Ирины искренний и неподражаемый.
Елена же рассказала, что встреча со стариком Рахманом помогла ей понять что-то главное в ее жизни, подсказав выход из ее сложной семейной ситуации. Она приехала на Гоа на неделю, обдумать, как ей дальше быть, и уверенная в себе она шла с осознанием своей будущей жизни….
Сейчас, мы иногда общаемся с ней в телефонном режиме, и эта поездка, действительно, изменила ее жизнь. По приезду домой, Елена развелась со своим мужем и встретила мужчину, с которым они построили большой дом и, по сей день, они счастливы вместе…
Арамболь – магичен, и иногда круто меняет жизни, главное захотеть правильное желание…
Что же захотела я…? Ведь именно этот день, впоследствии, изменил и мою жизнь, ввергая меня в удивительное индийское приключение.
Вечер мы провели на пляже в ресторанчике, в котором облюбовали неплохую кухню непальских поваров. Смеясь и делясь впечатлениями о старике, мы возбужденно разговаривали, обращая на нас, ярких, красивых и очень шумных, внимание с соседних столиков. Ужин пролетел быстро…. Поужинав, мы томно поплелись к дому старика, согласно указанному адресу на визитке.
Мы шли по центральной улице Арамболя, с обеих сторон которой располагались магазинчики набитые сувенирами, специями, пляжной одеждой и многочисленные ювелирные лавки со знаменитыми Индийскими натуральными камнями, кашмирскими сапфирами, золотыми и серебряными украшениями.
Базарная улица простилалась длиной дорогой через весь городок.
На этот базарчик, вечерами съезжалось множество туристов. Торговцы, веселыми компаниями, зазывали к себе покупателей…
Они отличались статными фигурами, горящими черными глазами и веселым нравом, все, что нужно туристам…
Мы же яркие, красивые белые девушки с рыжими волосами, ухоженные славянки вызывали восторженные взгляды, двусмысленные шуточки и пересуды в нашу сторону…
В общем…, мы, прекрасная троица рыжеволосых нимф, шли по базарной улице с визиткой в руках, хохоча между собой, расспрашивая почти каждого лавочника, как пройти к такой-то улице и к такому-то дому… Желающих оказать помощь в поиске Бабы, было много, но ни кто не знал, где находиться эта улица.
Так, идя вдоль пестрых лавок и магазинчиков, мы подошли к небольшой компании восточных парней, лет примерно под тридцать, стоящих у одной из ювелирных лавок. Они весело нас окружили, подмигивая черными глазами и подшучивая над нами. Протянув, оному из них визитку старика, я попросила о помощи найти улицу и дом, указанные на ней. Взглянув в глаза торговца, я на мгновение застыла, по моему телу прошла молния…
Красивый…, высокий…, парень с восточными чертами лица, с черными пленяющими глазами… Передо мной стоял Он…, я понимала, что я откуда-то его знала, и знала очень близко, это как дежавю…, как память прошлых жизней…
Он, же не отрываясь, смотрел в мои глаза. Мы молча смотрели друг другу в глаза…, и это была вечность или секунда, я не знаю, я потерялась во времени. Он с трудом выдавил из себя, что не может говорить, мои подруги его смущают. Девчонки хохоча, отвернулись и прошли немного вперед вдоль улицы.
– Как тебя звать? – спросила я.
– Али, – прикрыв глаза, ответил торговец.
– Это мой магазин, я торгую бриллиантами, заходи…, – пафосно указав на небольшой уютный магазинчик, и все еще смущаясь, он рассказал, как пройти к дому, где живет Баба Рахман…. Это было примерно в метрах ста от нас.
– Обязательно зайду, я хочу себе серьги, цыганские серьги с рубинами…, – догоняя подруг, выкрикнула я.
Наша веселая троица пошла дальше, смеясь и судача, и о Бабе Рахмане и о красивых подкаченных восточных торговцах.
Это была встреча, которая изменила мою размеренную жизнь. Нет, в эти две недели моего пребывания в Арамболе, у нас не было бурного романа…, все случилось потом…, намного позже…, и я увидела Индию совсем в другом свете, где предательство, ложь и бренд великих просветленных. Но это все потом. А сейчас я шла, размышляя – что же произошло…, чувствуя, что что-то во мне изменилось, и…, это было какое-то смущение и эйфория одновременно, какое-то чувство близкого родства…
Потом, через время, мы долго обговаривали этот момент нашего знакомства, и у нас были одинаковые ощущения. И именно это его сильно смутило, а не хохот моих подружек…
Баба снимал комнату на втором этаже хлипкого здания, с балконом во двор. В небольшой комнатушке стаяла высокая деревянная кровать, времен португальской колонизации, застланная грязной простыней…
Старик предложил закурить трубку. На этот раз мы отказались, еще один приход моих девчонок вряд ли бы доставил мне удовольствие, да…, это был бы перебор. Перекурив, старик предложил массаж первой Елене.
Мы с Ириной вышли на балкон присев на какие-то коробки. Двор был темен, лишь слегка освящен полосками света из окон. Во дворе в куче какого-то мусора копошились крысы. Ирина курила сигарету, я, тупо рассматривая возню крыс во дворе, была погружена в думы о торговце.
Душа моя светилась ярким светом, окутывая меня непонятным чувством тепла. Перед глазами пролетал его образ и взгляд, как будто кто-то прокручивал один и тот же кадр видеопленки.
Тем временем старик закончил делать массаж Елене, и она, оставив нас с Ириной, ушла в отель… Подруга заменила Елену на большой грязной кровати, я осталась на балкончике со своими мыслями, вернее не мыслями, а ощущениями непонятного тепла и света, которыми я была наполнена. И мне была, совершено, безразлична эта грязь и крысиная возня во дворе этого дома…
Баба Рахман, к которому мы попали во время вояжа по джунглям, это был не тот знаменитый Баба сидящий под баньяном, к которому все стремились. К тому Бабе мы так и не попали, встретившись на полпути со стариком Рахманом.
Знаменитый, же Баба, находился в джунглях чуть выше, на вершине холма, на который мы взбирались, восседая в окружении последователей хиппи, многочисленных туристов, христианских икон и кришнаитских изваяний, увешанный цветочными гирляндами, постоянно обкуренный гашишем, позволяя фотографировать себя за сто рупий….