Чтение онлайн

С равным удовольствием Холли рассматривала и простые рисунки, подаренные детьми ее класса, и очевидно дорогие украшения американских индейцев, раздобытые для нее Шарон и Чарити. Какую бы женщину детские каракули порадовали так же, как красивые украшения? Рик такой не встречал.

Определенно Холли принадлежала к женщинам незнакомого ему типа, из чего следует, что ее труднее обработать — не более того. И Рик был абсолютно уверен, что в конце концов добьется успеха. Холли почувствовала на себе его взгляд. Это выражение сосредоточенной задумчивости было ей уже хорошо знакомо, даже чересчур. Она поддернула вверх рукава длинного черного свитера и разгладила фалды на развевающейся юбке с черно-белым рисунком. Одна из немногих черно-белых вещей, которые Холли иногда надевала. Она считала, что белые носки с черным далматинским узором и туфли по моде бабушек помогут сделать эти два цвета не такими скучными.

Почему все-таки Рик так напряженно разглядывает ее? Считает, что она слишком эксцентрична? Неужели ее беспокоит, что он о ней думает?

— А теперь открой мой подарок, — прервал Гвидо неуместные ее мысли.

Холли развернула бумагу и обнаружила великолепную акварель — луг с полевыми цветами, — вставленную в необычную плетеную раму.

— Очень красиво, Гвидо. Просто потрясающе. — Холли крепко обняла его. — Спасибо большое.

— И говорить не о чем, девочка, — покраснев, пробормотал Гвидо.

Разглядывание подарков продолжалось. Вязаная шапочка — от Скай, новый чайник — от Байрона, набор разных сортов чая и импортное печенье — от Уита.

Когда все подарки были развернуты, Чарити принялась помогать Холли собирать бумагу.

Пели все, кроме Рика. Он стоял в стороне и наблюдал, как друзья Холли суетились возле нее, когда она задумывала желание и задувала свечи. От этой сцены что-то екнуло у него в груди. Первый раз, насколько он помнил, Рик почувствовал себя не в своей тарелке из-за того, что оказался посторонним.

Обычно он предпочитал и с удовольствием играл именно роль постороннего. Иногда даже настаивал на ней. А тут на один краткий миг попытался представить, как бы он себя чувствовал, если бы входил в круг близких друзей и Холли смотрела бы на него с такой же теплотой.

Стареешь, Данбар, тут же одернул себя Рик. Размяк. Надо чем-нибудь развлечься, решил он.

— А не сыграть ли нам попозже в покер? — через несколько минут спросил он Байрона.

— Я все еще чувствую себя сопляком, когда играю с жонглером цифрами. — Гвидо, стоявший рядом, услышал предложение Рика и вставил свое слово.

— Ты ведь играешь со мной, а я играю на бирже, — напомнил ему Байрон.

— Ты же не жонглер цифрами, а только игрок, — возразил Гвидо.

— Игрок? Не при моем уровне возврата вложенного, — запротестовал Байрон. — Просто у меня есть система.

— Вы и правда играете на бирже? — спросил Рик.

— Конечно, а как иначе я мог бы себе позволить эти симпатичные колеса, которые всегда при мне, специальную машину…

— Вы водите машину? — удивленно воскликнул Рик.

— Угу.

— Но вы…

— … в инвалидной коляске. Ха-ха, знаю. Я тоже это заметил, — усмехнулся Байрон. — Хорошая штука — автомобиль с ручным управлением, верно?

— Не понимаю… — Рик почувствовал себя идиотом.

— Многие не понимают, — спокойно согласился Байрон. — Они смотрят на меня и видят только минусы моего положения. А мои плюсы не видят. И меня тоже не видят. Есть много чего, что я не способен делать, и есть другое, что я могу делать, но не тем способом, каким привык управляться до автомобильной катастрофы, до того, как шесть лет назад пересел в инвалидное кресло. Но ведь я сохранил умения, какие были у меня раньше. Да еще выработал кое-какие новые. Вроде игры в баскетбол. Если вы хотите увидеть настоящую игру, посидите немного в реабилитационном центре, когда» парни выезжают на площадку, и я тоже. Мы не заключенные.

— Я запомню ваши слова, — сказал Рик.

— Правильно. И если вам понадобится совет на бирже, дайте мне знать. Понадобится совет в другом деле, тоже дайте мне знать, — добавил Байрон, многозначительно взглянув в сторону Холли.

— Вы и Холли? Вы были… — вытаращил глаза Рик.

— Близкие друзья, — закончил его фразу Байрон. — Она всегда была мне как сестра, даже до аварии.

— Вы в курсе, что происходит между ней и ее папой? — спросил Рик, заметив, что Байрон чуть отъехал в его сторону и теперь их разговор никто бы не услышал.

— Я встречал человека, который одно время работал у него, — ответил Байрон. — Если вас интересует мое мнение, его не назовешь кандидатом в Отцы года.

— Не многих пап назовешь, — усмехнулся Рик.

— Может быть, но Говард Редмонд в своей весовой категории единственный. Он помешан на власти. Не знаю, заметили вы или нет, но Холли — свободная душа.

— Мягко выражаясь, — проворчал Рик.

— Пока она росла, отец пытался сломить ее дух. И насколько я понимаю, чуть не добился успеха. Холли гораздо лучше быть подальше от него.

— Вы оба так увлечены разговором, — весело проговорила Холли, подходя к ним. — Что-то очень интересное?

— Байрон давал мне советы, — объяснил Рик.

— О фондовой бирже? Должна сказать, у него шестое чувство на такие вещи, — восхищенно воскликнула Холли. — Он взял в свои руки все мои вложения.

— Как это у него на все хватает рук, — почти про себя проворчал Рик. Что такое? Что с ним происходит, какое ему дело? Ему нужно сосредоточиться только на одном: как убедить Холли вернуться к ее папочке. Может быть, придумать, будто старик заболел? Напугать ее, будто он уже одной ногой в могиле? Надо наконец прийти к какому-то решению.

Укрепившись в этой мысли, Рик вызвался помочь в уборке, когда гости стали расходиться, — заблокировав тем самым инициативу всем остальным. Гвидо явно был недоволен его активностью.

Заметив очередной сердитый взгляд из того угла, где Гвидо после ухода гостей расставлял мебель, сдвинутую на время вечеринки к стенам, Рик не удержался, чтобы не сказать об этом Холли, помогавшей ему собирать грязные бокалы.

— Посмотрите, у Гвидо и вправду такой вид, будто он готовится к воскресному матчу по какой-нибудь борьбе, — усмехнулся Рик.

— Вам бы надо лучше знать людей, чтобы не уподобляться тем, кто судит о книге по обложке. Ведь у вас тоже вид не бухгалтера, — напомнила ему Холли. — А если говорить серьезно, Гвидо не только талантливый художник, но и успешный предприниматель.

— Да, представляю, — протянул Рик.

— И представляете совсем не то, — ехидно улыбнулась она. — Завтра Гвидо для вашей группы устраивает презентацию.

— Будет что-нибудь интересное?

— Уверена, что будет.

— И чему же посвящена эта, как вы говорите, презентация?