Шалунья из Салтильо
Шрифт:
Миссис Тернер развязала фартук, сложила его и положила в сумку.
— Я уже сказала Сэди, что переночую у нее. Я вам больше не нужна?
— Нет, миссис Тернер, идите.
Шурша одеждой, миссис Тернер удалилась.
Было понятно, что она живет в доме, а Бен отпустил ее до утра. «Но зачем? — недоумевала Кейт. — Не этот ли коварный план вынашивал он целый день? Уединенный дом в лесу, бифштекс, очевидно, вино… А что дальше? Обольщение? Для того, чтобы заставить ее забыть о деле?»
Кейт не льстила себе. Она знала, что она не красавица. А Бен Адамс — мэр, да к тому же поразительно красив. Он сам выбирает, с кем ему обедать. Почему с ней?
— Может быть, это поможет вам расслабиться, — сказал он, протягивая бокал вина.
Кейт взяла бокал и посмотрела на него. «Вино! Так она и знала. Он что-то задумал. Расслабиться… ну и ну!»
Заметив выражение ее лица, Бен подавил усмешку.
— Проведение кампаний — напряженная работа, вы так не думаете?
Кейт поняла, что он разговаривает с ней. Она встряхнула головой, стараясь выглядеть спокойно и непринужденно.
— Конечно.
Она не знала, с чем согласилась, но думала, что ответила верно. Когда она посмотрела в его прекрасные голубые глаза, ее осенила блестящая идея. Почему бы им не поменяться ролями? Дать ему отведать его же «лекарства»?
И Кейт обольстительно заговорила:
— Мне нравится ваш дом. — По крайней мере, ей казалось, что она говорит обольстительно. Это было не свойственно женщине, предпочитающей прямоту, но Кейт хотела этому получиться. К тому же с добрыми намерениями. Подняв бокал, она сказала: — Тост. За мир и дружбу.
— Я выпью за это. — Бен смотрел на нее поверх очков. Он был уверен, что Кейт что-то задумала. У нее был взгляд кота, проглотившего канарейку. — За мир, — Бен сделал глоток. — И дружбу. — Он не сводил с нее взгляда. — И приключения, — добавил он.
— Вы любите приключения, Бен?
Сейчас это был Бен, задумчивый Бен, а не мэр, разговаривающий в повелительно-воинствующем тоне. Он сделал еще глоток, чтобы спрятать усмешку. «Обед будет забавнее, чем я думал». Его подмывало раскрыть планы насчет магнолии, но он любил неожиданности.
Она что-то скрывает, и он хотел это выяснить. Придя к такому выводу, он решил продолжить игру.
— Думаю, что за приключением следует нечто лучшее.
— Что нечто лучшее?
— Роман.
Она залпом осушила бокал и ринулась в наступление.
— А это, конечно, обстановка для романа. — Кейт оглядела комнату.
Стоя рядом, она ощутила запах его лосьона и увидела тень задумчивости на лице Бена.
— Наполните мне бокал, Бен. Эта жара придает вину особый вкус.
Когда он повернулся, чтобы налить вино, она щелкнула выключателем лампы. Если Бен и заметил это, то просто не подал виду.
Ничего нельзя было прочесть на его лице, когда он протягивал ей бокал.
— Музыкальное настроение, Кейт?
— Да, поставьте блюз, если у вас есть.
Пока он выбирал пленку, она искала выключатель люстры. Он оказался за горшком с папоротником. Легкое движение рукой — и комната погрузилась во мрак. Свет исходил лишь от маленькой желтой лампы и полной луны, светившей через стеклянные двери. Она довольно кивнула. То, что она должна выполнить, лучше сделать в темноте.
Подходя к дивану, Кейт остановилась у бокала с вином. То, что ей предстояло, — требовало определенной смелости.
Как только звуки песни «Я хочу любви» наполнили комнату, она откинулась на подушки дивана и поправила платье. «У меня стройные нога», — подумала она и вздернула вверх облегающую юбку, чтобы подчеркнуть их.
Бен подошел к дивану, оценивающе посмотрел на нее. От его взгляда по позвоночнику Кейт пробежала дрожь. Он сел не слишком близко, но и не слишком далеко, чтобы можно было ощутить его тепло.
— Это то, о чем вы думали? — мягко спросил он.
Она знала, что он говорит о музыке, но напрасно пыталась отвлечься от своих мыслей.
И, глубоко вздохнув, принялась соблазнять мэра Салтильо.
Из лучших побуждений.
Глава 3
Кейт не видела комнату. По лицу Бена блуждала улыбка.
Она не знала, что винить: жару, вино, соблазн или все вместе, но догадывалась, что ее план, кажется, сработал. Если этот роман его хоть немного затронул, то скоро он потеряет голову. Побежден?
Кажется, ее голова плохо соображает. В чем причина этой половой связи? Нужно же было что-то делать с оранжевыми цветами.
Она посмотрела на вино. Нет, не то, цветы магнолии. Вот что это.
Она пожертвовала собой ради дерева.
Кейт поставила бокал на кофейный столик и коснулась ног Бена.
— Тебе говорили, что у тебя великолепные ноги? — спросила она.
— Нет, ты первая, — абсолютно серьезно ответил Бен.
— Ве-ли-ко-леп-ные. — Ее пальцы пробежали по ногам. — Скажи мне, мой Бенджи, ты привез меня сюда, чтобы…
Кейт поставила локоть на его колено, уперлась подбородком в руку, улыбнулась.
— Ты заманил меня к себе, чтобы выведать мои секреты?
— Если это и было так, то мой план прогорел. Все выглядит так, как будто ты пытаешься узнать мои секреты. — Бен коснулся ее лица. — Так вот что у вас на уме, Кейт Мидленд!
— У меня?
Она широко раскрыла глаза.
— Я никогда не выдаю своих тайн.
Бен усмехнулся.
— Я тоже не выдаю своих. Даже женщинам с глазами-«подсолнухами» и невинными улыбками. — Большой палец его руки вырисовывал какие-то кружочки на щеке Кейт. — Даже женщинам, у которых и воротник выгладит соблазнительно.
Кейт было приятно ощущать его руки на своем лице, и ей не хотелось, чтобы он их убирал. Она наклонилась, и ее локоть соскользнул с колена.
— Ой! — Кейт шумно приземлилась на грудь Бена. Потом игриво посмотрела на него. Прикосновение его широкой груди, плеч было таким приятным, что она подумала о том, что же делать дальше.
— Прекрасно, — сказал Бен, обвивая руками ее голову. — Мне приятно, что ты думаешь об этом.
Он приподнял прядь ее золотистых волос и посмотрел, как через нее струится лунный свет. Бен поцеловал эти шелковистые волосы, пахнувшие лимоном, нежно и терпко. Кейт повернулась к нему. Его шея — нежная, загорелая — была совсем рядом с ее губами, как хотелось поцеловать его!