Шаманка
Шрифт:
Руби ухватила за горлышко пустую бутылку, валявшуюся у нее под ногами, и запустила в сторону дома. Бутылка приземлилась на камни в футе от крыльца и разбилась с громким звуком. Осколки брызнули во все стороны. Рыжий Пес отпрыгнул назад, а Бен и Драм моментально скрылись в дверном проеме.
Несомненно, Руби была выдающейся женщиной. Слепота не помешала ей рассчитать расстояние до крыльца хибары Рыжего Пса. Осколки бутылочного стекла разлетелись широким полукругом, едва не задев босых ног Рыжего Пса. Такая точность никак не была случайностью. Руби ни в коей мере не производила впечатление беспомощной калеки. Она повернула голову в сторону, словно старая ворона, клюющая хлеб. Ее мутные глаза были холодными и немигающими.
– Ты явно что-то задумала, Руби, - крикнул Рыжий Пес и махнул рукой.
– Убирайся отсюда немедленно!
Он повернулся и вошел в хижину, захлопывая за собой дверь.
Вот тут Руби подняла настоящий шум. Она стала кричать гоготать по-птичьи, а затем вновь зашагала по двору, словно индюшка. Камни градом сыпались на железную крышу, вновь отворилась и на пороге показался разъяренный Рыжий Пес. Его лицо покраснело от злобы, рыжая борода клочьями торчала во все стороны. Несмотря на то, что мое укрытие казалось надежным, я дрожала как лист. Агнес совсем слилась с деревом, за которым стояла.
Это мое частное владение, Руби, - завопил Рыжий Пес, - и тебе лучше держаться отсюда подальше!
Руби ответила не менее пронзительным воплем: Ха, что ты вообще делаешь здесь, в резервации? Почему бы тебе не жить вместе с остальными белыми людьми? Индейцы не выносят тебя! Да от тебя воняет, грязный васичу!
– Это не твое дело, - вопил Рыжий Пес, - имею право жить, где хочу.
– Отдай мне мои ножницы!
– Были бы они у меня, не отдал бы!
– Я сожгу твою лачугу!
– Только попробуй. Одной старухой станет меньше на свете!
Бен и Драм, прячущиеся за спиной Рыжего Пса, одобрительно закивали головами. Рыжий Пес просто кипел от злости, Руби казалась не менее неистовой.
– Убирайся отсюда, Руби. Все говорят, что ты совсем свихнулась, и они правы.
– Поцелуй меня в задницу, - прорычала Руби в ответ.
Она обошла хижину, отворила настежь дверь сарая и вошла внутрь. Оттуда стал доноситься звон каких-то инструментов. Мужчины с Рыжим Псом во главе начали осторожно подбираться к Руби.
– Я так и знала!
– вдруг закричала Руби.
– Я нашла их!
Она побежала по двору, размахивая своей находкой.
– Это мои ножницы, - стал возражать Рыжий Пес, - я купил их прошлым летом на распродаже в Брендоне. Я их не крал… - Он при этом сделал еще один шажок, но так и не сошел с крыльца.
– Да это вовсе и не ножницы, ты старая глупая ведьма. Это тиски. Драм, ведь это тиски, верно?
– Да, - ответил Драм хриплым голосом, - как пить дать, тиски. Я их помню.
– Не держите меня за дуру, - кричала Руби, - меня не проведешь! Не важно, что это такое, главное, что оно мое!
– Зачем женщине вроде тебя могут понадобиться ножницы для резки проволоки?
– взревел Рыжий Пес.
– Я собираюсь соорудить забор вокруг своей хижины, чтобы хранить за ней инструменты от таких ворюг, как ты.
– Отдай мне эти ножницы сама, не то я…
– И что же ты сделаешь?
– Не то я отниму их у тебя!
– Как это похоже на тебя, отнимать силой то, что ты украл у слепой старой женщины!
– Почему ты, старая… - Рыжий Пес не договорил и изо всех сил топнул ногой по крыльцу и ударил кулаком по стене хижины.
Руби развернулась и с победоносным видом зашагала по направлению к дороге. В ее высоко поднятой руке блестели тиски.
– Давайте же, - закричал Рыжий Пес, обращаясь к Бену и Драму, - мы не можем позволить ей уйти с нашей вещью, - его лицо покраснело еще сильнее, а глаза метали искры.
– Давайте догоним ее!
И трое мужчин побежали по дороге вслед за Руби. Все трое орали что есть мочи. Дверь хижины осталась полуоткрытой.
Я обернулась к Агнес, чтобы спросить, не собирается ли бежать на выручку Руби, но ее уже не было рядом. Я успела метить лишь то, как она юркнула в дверь хижины РыжегоПса. Мне показалось, что расстояние в тридцать ярдов Агнес одолела одним прыжком и беззвучно приземлилась прямо на крыльце. Вскоре она вновь появилась в дверях. На ее лице играла улыбка, а в руках она держала тыкву. Затем она метнулась вперед и через мгновение стояла рядом со мной. Я так испугалась, что у меня разболелся живот. Я уже была готова согнуться пополам, но не успела: Агнес шлепнула меня по спине.
– Не поможет, - сказала она.
– Будь воительницей.
Мы побежали к дому Агнес. Так быстро я еще в жизни своей не бегала. Вдруг я увидела, что рядом с нами бежит Руби. От неожиданности я испугалась.
– Ну как, она у тебя?
– спросила Руби у Агнес.
– Да, - ответила запыхавшаяся Агнес и коснулась ее руки маленькой тыквой, изукрашенной бисером.
Узкая тропа зазвенела от дьявольского хохота. Оказавшись во дворе Агнес, мы попадали на землю и стали качаться, ухватившись за животы. Со мной чуть истерика не случилась.
– Видела бы ты лицо Рыжего Пса, когда он пустился за тобой вдогонку, - говорила Агнес Руби, задыхаясь от смеха.
– Ты, старая хитрая чертовка!
Они без конца хлопали друг дружку по спине и поздравляли с победой. Они вскакивали и снова падали, чтобы покататься по земле.
Вдруг я перестала смеяться.
– Руби, как тебе удалось удрать от них?
– Я притворилась, что испугалась их: бросила тиски на землю и была такова.
– А не станет ли Рыжий Пес обыскивать твою хижину?
– спросила я с тревогой.
Руби и Агнес удивленно посмотрели на меня.
– Нет, это было бы подло, - задумчиво произнесла Руби.
– Там нет ничего, что могло бы заинтересовать Рыжего Пса. Я же не стала обыскивать его хижину. Я не такой человек Да, но что же в таком случае вы делали сегодня вечером, как не производили обыск в его владениях?
– сказала я.
– Нет. Это совершенно другое, - ответила Руби.
– Мы просто забрали то, что принадлежит Джули. Человеческий дух - ее собственность.
– Всякая стычка с Рыжим Псом - вызов его личной силе, Линн, - сказала Агнес.
– Не знаю, не знаю, - возразила ей Руби, - но иногда это становится слишком уж утомительно.
Я чувствовала себя совершенно сбитой с толку и снова залилась смехом.
Мы все одновременно вспомнили о Джули - обернулись и посмотрели на нее. Она сидела там, где мы оставили ее. Тарелка с едой все так же стояла перед ней, а кружка с водой была перевернута. Она слабо дула в флейту. Глаза девушки были мутными.
– Мы должны возвратить то, что принадлежит ей, - сказала Агнес.
– Вновь пробудить отраженный рисунок.