Чтение онлайн

— Думаете, он проявит себя в ближайшее время?

— А когда ещё? Слух о приезде кардинала завтра вечером уже пущен. Он предпочтет дождаться массового столпотворения — так для них… зрелищнее.

Мужчины молчат, молчу и я, стараясь не шевелиться.

— Поразительно, на что способны некоторые люди, — наконец изрекает Джо.

— Нелюди, — поправляет Максвелл и чуть тише добавляет, — я очень надеюсь, что мои дети будут расти в мире без подобного ужаса.

Замечание на редкость правильное, на редкость верное, на редкость… додумать я не успеваю — разговор оживает снова.

— А как же скопление эмоций? — проявляет любопытство исследователь.

— Нейтрализуем! — сообщает Риндан и уверенности в его голосе больше, чем обычно, — сразу после успешного завершения операции. Могли бы и раньше, но…

— Вам нужно поймать его на горячем, — в голосе исследователя слышится одобрение.

— Именно! Так, поехал я.

Несколько минут я слышу шорохи, шаги, шум коляски и лишь после того, как закрывается дверь заднего хода, все-таки подаю голос:

— “Риндан”? “До утра останетесь?”

— И тебе не хворать, — как ни в чем не бывало откликается Джо и я открываю глаза.

Кабинет затоплен светом, оставляя в темноте лишь угол с моим креслом. Долго о странной метаморфозе догадываться не приходится — тусклая стена защиты, призванная отделить меня от остального помещения, видна невооруженным взглядом. Не удержавшись, сканирую пространство — странно как, разговор я не должна была слышать. А ещё в воздухе витают странные ошметки плохо знакомого заклинания. Не удержавшись, я осторожно тяну за ниточку куска, проплывающего мимо и едва сдерживаюсь от издевательской улыбки — кажется, кто-то перестарался. Эксперименты Джо со всеми подряд проявлениями дара, которые тот регулярно проводит в лаборатории, не всегда приносят плоды — вот и сейчас по комнате дрейфуют остатки плохо развееного заклинания временной потери памяти.

Интересно, к чему приведут его эксперименты в этот раз?

— Риндан не учел, что здесь половина заклинаний не действует, — Джо поднимает голову от бумаг и улыбается, — так что, считай, повезло.

Сбросив плед, я не тороплюсь вставать с кресла — с Максвелла станется замкнуть защиту на себе. В этом случае о том, что я покинула уютный угол, он узнает моментально. Но разговору это не мешает — и я тут же принимаюсь за дело.

— Значит, одаренный фанатик?

— Из тех, кто регулярно пытаются вернуть нас в темные времена. Уж не знаю, как на это смотрят другие…

— Нет уж, я на сожжение заживо не подписывалась, — тут же реагирую я, отгородившись ладонями и, быстро свернув театрализацию, интересуюсь, — значит, они воспламеняют эмоции?

— Определенными заклинаниями. Взрыв моей лаборатории был, видимо, пробной диверсией. Потом ещё пара взрывов на севере, три на юге и — тишина.

— Почему?

— Да кто ж их, идиотов, разберет, — хмыкает Джо, наполняя свою чашку чаем. Рядом с небольшим чайником стоят плошки с миндалем и вареньем, а ещё — блюдце с бубликами. При виде последних желудок сжимается и я едва сдерживаюсь, чтобы не рвануть к столу. Исследователь, заметив это, хмурится:

— Ты когда в последний раз ела?

— Прошлым утром, — я сглатываю слюну.

— Тогда приходи через полчаса на кухню. Максвелл уже далеко будет, за тобой не вернется, — с этими словами Джо выезжает из кабинета, оставляя меня греться у теплой стены.

После еды становится легче. Желудок сыто урчит, а настроение повышается. Правда, от моего любопытства это не спасает — и, понимая, что Джо уже не заснет, я приступаю к допросу.

— Максвелл работает по поимке религиозных фанатиков?

— У меня контракт, — многозначительно сообщает мужчина, но меня этим не пронять:

— Контракт действует только на распространение информации. Отвечать на вопросы он тебе не мешает, — выпаливаю я, а Джо только качает головой.

— Мейд, я боюсь, отныне мои контракты станут длиннее и заковыристее.

— Но не этот, — уловив иронию в голосе исследователя, я улыбаюсь, — получается, он работает… — я замолкаю, пытаясь точнее сформулировать и мужчина терпеливо ждет, — по вопросам нейтрализации скопившихся эмоций?

— В точку! — Джо довольно улыбается.

— И, выходит, все моменты с этими местами на нем клином и сходятся, — подвожу итог я, отпивая молока из чашки. Из спальни доносится скрип — и мы с Джо синхронно поворачиваем головы. Но нет, все тихо — лишь тикают часы в холле.

— Я тебе больше скажу, — убедившись, что не станет отцом в эту ночь, мужчина поворачивается обратно, — он — единственный, кто владеет спецификой в полном объеме, включая все внештатные ситуации. Поэтому он так востребован. Мейд, если у вас все сложится…

Я не даю ему договорить — мотаю головой и Джо замолкает. Я не готова к такому — я не готова даже допустить возможность нашего с Максвеллом союза. Не сейчас, когда между нами встала стена недосказанности. Возможно, потом, когда мы сможем поговорить, я и рассмотрю… возможность.

— Лучше расскажи, что за фанатик, — я обираю тарелку на еще один кусок хлеба.

Бутерброды готовил Джо, поэтому на эстетику рассчитывать не приходится, но я и таким рада.

— Давай издалека, — намекает исследователь и я соглашаюсь. Но вначале откусываю кусо: все-таки пища, приготовленная мужской рукой, имеет свою прелесть.

— Итак… — старательно собираю в голове паззл из разброса кусочков, — некий преступник, собирающийся показать нам кузькину мать, запланировал диверсию в Лаержской крепости?

— И зачем только я начал этот разговор… — картинно вздыхает Джо, запуская руку в волосы.

— Потому что я бы не отстала, — напоминаю.

— А, точно. Так к чему это я? Да, все верно. Поэтому советую отложить свою кровавую месть до поимки преступника. И как тебе в голову пришло в Нойремштир поехать?

— Я видела встречу Максвелла с Хиллом, — раскрываю карты я и неожиданно смущаюсь, — из окна гостиницы. Они говорили о чем-то и я подумала — а почему бы нет?

— C Хиллом? Как ты вообще его отыскала?

— А где ещё может быть инквизитор, как не на работе? — пожимаю плечами, — нет, я была осторожна. Если бы выяснилось, что он не в управлении, поискала бы где-то ещё.

Джо тихо смеется и, протянув руку, выключает чайник.

— И все бы поверили в случайный визит одаренной из Лаержа? Что бы тогда делала?

— Я быстро бегаю, — скупо отшучиваюсь, понимая, что в словах мужчины есть резон, — скажи, а охрану в Нойремштире и Лаерже показательно усилили?