Чтение онлайн

– Пути Силы неисповедимы. Мне стоит переодеться?

– Ты чудесно выглядишь.

– Тогда идем.

Я взяла его за руку, и мы пошли к выходу, где на горизонте уже алел закат, окрашивая мир в причудливые оттенки, настолько мягкие и нежные, что ни в какое сравнение не шло с резкими закатами Датомира.

***** ****** ******

Вернулись мы на корабль после полуночи, насладившись прохладительными напитками в круглосуточном баре. Все время Кэл шутил и рассказывал истории из детства и со времен работы на Бракке, когда работал со своим лучшим другом Прауфом. Я старалась поддержать разговор как могла. Но я так и не смогла понять, подействовал ли Ихор. Либо Кэл умело прятал свои истинные чувства за смешными историями. При любом раскладе, такое положение меня не устраивало. Поэтому, когда мы подошли к моей каюте, чтобы попрощаться на ночь, я спросила в лоб:

– Кэл, почему ты такой вежливый сегодня? Это же не только потому, что я тебя закопала в песочке, да?

Кэл вздохнул, избегая смотреть мне в глаза, потом сдался и прошептал:

– Ты мне очень нравишься, Меррин. Просто я помню рассказы о неприступных Сестрах Ночи с Датомира, которые управляют Братьями. И не ставят мужчин в ряд с собой. Я задел твои чувства, оскорбил тебя. Я просто хотел загладить вину…

– Но это же не все?

– От тебя мало что скроешь, да?

– Я вижу твое сердце, Кэл Кестис. Оно не врет мне.

Он открыл рот от удивления, моргнул, потом признался.

– Сегодня был не обычный день, как все привыкли думать. Сегодня – мой День Рождения. Когда я был маленьким, мастер… давал мне выходной, который я проводил с друзьями или в городе, болтался без дела.

– Что такое «день рождения»? – с трудом выговорив незнакомые слова, искренне спросила я.

– Ну, день – воспоминание о том, когда человек появился на свет. После… всего… я перестал праздновать этот день. Поэтому ничего никому не говорил.

– Но мне сказал.

– Потому что ты спросила. И еще, мне не хочется ссориться с тобой. Я… ты мне нравишься, Мер. Спокойной ночи.

– Спасибо за чудесный вечер, Кэл, - шепотом ответила я, смотря в спину уходящего к себе парня.

Зашла к себе, закрыла дверь и присела на койку, уронив голову на грудь. Почему так тепло и холодно одновременно? Почему мурашки бегут по коже, почему мне жарко… внизу? Будто низ живота скрутило тугим узлом? Это просто невозможно… Что мне делать?

Оторвавшись от хаотичных мыслей, я принялась раздеваться. Оставшись в белье, я посмотрела на свое отражение в небольшом зеркале на противоположной стене. Осмотрела татуировки на руках, ногах и животе, погладила живот, и решила снять трусики. Бросив их на койку, я снова посмотрела на себя в зеркало, для этого пришлось встать ногами на покрывало. Татуировка на бритом лобке – символ женщины, Сестры Ночи. Я нанесла ее сама год назад. Было очень больно и я не совсем была уверена, что достойна этого. Испытания ведь я так пройти и не смогла.

Налюбовавшись своим тренированным стройным телом, я приняла важное решение: пойти к нему сейчас же и признаться в любви. А там будь что будет.

Кивнув своему отражению, я надела трусики, натянула более просторное платье красного цвета, которое не стесняло движений, помолилась матери и снова выскользнула наружу.

Убедившись в том, что Цере и Гриз крепко спят в своих каютах, я бесшумно подкралась к заднему отсеку корабля. Кэл еще не спал. Это радовало. Трель дроида перемешалась с замечаниями Кэла. Я прижала руки к груди, сделала глубокий вдох и выдох, и нажала кнопку на панели. Дверь отошла в сторону. Дроид вскинул голову. Я приложила палец к губам. Он кивнул. Я подошла ближе к Кэлу, который что-то рассматривал на столе. Обняла за плечи и прижалась к его горячей обнаженной спине (он был в одних штанах.

Он вздрогнул, но не отстранился.

– Что ты делаешь?

– Сколько тебе исполнилось? – Нервно спросила я, чувствуя его кожу под подушечками пальцев. Мурашки снова побежали по моей спине. Внизу живота сладко заныло. Я прикусила губу, чтобы сдержать стон.

– Восемнадцать, наверное, но не уверен. Да и какая разница.

– То есть ты уже совершеннолетний? – уточнила я.

– Не вижу ничего смешного. Что с тобой?

– Кэл… хватит врать.

Я отпустила его, заставив повернуться. Он улыбался. Мягко и по-доброму.

– Цере не умеет хранить секреты долго, ты же знаешь.

– Вот как. Значит, ты знаешь… ты снова обманул меня!

– Я был с тобой честным. И не злюсь на тебя. Напиток действительно подействовал. Но что ты здесь делаешь, Мер?

– Мне… я… - я покраснела, отведя взгляд. – Я хочу тебя!

Выпалила я одним духом и зажмурилась, ожидая удара.

Прошло несколько минут, прежде чем я открыла глаза. Кэл сравнялся по цвету со своими волосами.

– Не думаю, что это хорошая идея.

– Ты сказал, что признаешь во мне Сестру Ночи. По правде сказать, я так ею и не стала. Мои Сестры и Мать погибли, когда мне не было четырнадцати лет. Моя подруга детства, Илиана, успела спрятать меня в укрытии – нашем с ней секретном месте, - и мы больше не увиделись. Я не успела пройти Испытание, после которого девушка становится женщиной.

– Мне жаль это слышать.

Я посмотрела на него, прикусив губу.

– Но есть еще один способ. Только для этого нужно доверие человека, которого Сестра Ночи выбрала себе в партнеры. Ты веришь мне?

– Конечно, верю, - сглотнув комок, ответил Кэл. – Просто… это… Неожиданно как-то.

Я толкнула его в грудь, развернула и посадила на койку, посмотрев на дроида.

– Побудь у голотранслятора этой ночью.

Дроид что-то пропиликал, и Кэл поспешил вставить свои пять копеек. Дроид оставил нас наедине.

Я убедилась, что дверь заперта, но на всякий случай прочитала заклинание против подслушивания. Посмотрела на напряженного Кэла.

– Кэл, я очень хочу, чтобы между нами не осталось недомолвок. Возможно, я тороплюсь и совершаю огромную ошибку, но… я люблю тебя. Трилла посоветовала мне подчинить тебя своей воле. Но я хочу, чтобы все произошло с взаимного согласия. Кэл, ты… станешь моим первым мужчиной?

Кэл долго молчал, смотря в стену, потом перевел взгляд на меня и ответил заплетающимся языком.

– Я… вообще-то надеялся быть твоим единственным мужчиной! Но можно вопрос?

– Конечно.

– Все Сестры Ночи – лесбиянки?

Я ничего не ответила на эти слова, улыбнулась, выгнув спину и раскрыла юбку платья, чтобы он видел, как я снимаю свои белые трусики. Он громко выдохнул. Я хмыкнула, довольная результатом. Выпрямилась, поставив одну ногу на койку и согнув в колене. Покрутила трусиками на пальце и сказала тихим голосом: