Чтение онлайн

Раздались испуганные вскрики: под «залп» «засоса» попали многие члены делегации, не имеющие отношения к «женскому спецназу»; сами спецназовки не издали ни одного звука, что говорило об их подготовленности к «сглазу».

Прозвучал выстрел: одна из них, прижав ладонь к глазам, выстрелила в направлении лестницы.

Вскрикнула Юна: пуля оцарапала ей плечо.

Ылтыын отреагировал на это выстрелом из ППМ, попал стрелявшей в руку. Рявкнул:

— Всем лечь!

Несколько женщин, понимавших русский язык, с визгом попадали на пол. Остальные заметались по холлу, мешая девицам с пистолетами целиться.

Саплев вытащил мобильный, заорал что-то в микрофон.

Роман ударил его наотмашь, так что директор выронил айком, схватился за голову, бледнея.

— Зови наших! — крикнул Ылтыын, подхватывая пошатнувшуюся Юну.

Но Роман уже и сам понял, что без помощи не обойтись, вспомнил о Вьюгине, позвал его мысленно:

«Афоня, прикрой!»

«Слышу, висв! — неожиданно быстро отозвался Афанасий. — Мы тут рядом!»

И Роман почувствовал живительное прикосновение дружеской руки, снявшее усталость, растерянность и отчаяние. И хотя эгрегор соратников был невелик: сам Афанасий, его экстрасенсы Крист и Зяблик, — сопротивляться многовекторному пси-давлению извне стало легче.

Правда, длилось это ощущение всемогущества недолго.

Саплев, очевидно, успел-таки связаться со своим боссом, то ли с российским Поводырём, то ли с Гловитцем, и те включили «прожектор» европейской экстраформации, сражаться с которым было необычайно тяжело. Теперь Роману приходилось отбиваться и от ментальных выпадов чужого эгрегора, и от попыток освободиться от присланного тренированного спецназа, и держать общую ситуацию, начавшую выходить из-под контроля, и защищать раненую Юну, готовую потерять сознание.

Ылтыын выстрелил дважды, заметив нацеленные на них стволы пистолетов.

Ему ответили.

Одна пуля попала в Юну, вторая эскимосу в ногу, третья перебила ему ключицу.

— Прыгай! — прохрипел он, зажимая рану на груди.

Роман прошёлся «ураганом мысли» по холлу, заставляя решительно настроенных киллерш прекратить стрельбу, вторым уровнем «немысли» отбил атаку экстраформации, «краем мысли» принялся настраиваться на прыжок «на струну» телепортации, и в этот момент в холле объявились как чёртики из коробки другие персонажи — парни в чёрно-серых комбинезонах, со шлемами на головах.

Роман собрался было «наводить порчу» и на них, но парни принялись одну за другой укладывать на пол девиц с пистолетами, и стало ясно, что прибыл отряд оперативников «Триэн».

Ылтыын, державшийся из последних сил, виновато глянул на Романа, мягко опустился на ступеньки лестницы. За ним упала Юна, потеряв сознание.

А поддержать их Роман уже не мог, с трудом выдерживая атаки экстраформации и пытаясь избавиться от оглушающей волны бессилия. В голове, говоря образно, с треском «рвались петарды» и «танки давили разбегавшихся по полю бойцов». А поле боя — мозг экстрасенса — всё больше затягивало полосами дыма.

Саплев ухитрился достать с пола мобильный.

Роман устроил ему «засос» с отключением зрительного нерва, обездвижил ожившую девицу с пистолетом, в отчаянии позвал:

«Олег Харитонович!»

«Держись, висв! — отозвался координатор так «громко», будто находился рядом. — Выходи из ментала! Переключи их поток на нас! Мы подготовили СССР!»

Голову продуло морозным ветром.

Силы удесятерились!

Казалось, пожелай он — смог бы сбить летящую на город стратегическую ракету с ядерной боеголовкой!

Вместо этого Роман мысленно ухватил «щупальце» европейского пси-оператора, пытавшееся «задавить» его в своих объятиях, скрутил как живую змею и одним взмахом руки отправил обратно, туда, откуда оно высовывалось, порождённое коллективом вражеских экстрасенсов.

Дым в голове стал рассеиваться.

Роман осмотрелся — за доли секунды, пребывая в состоянии просветления, помог оперативникам справиться с «женским» спецназом, окончательно усмирил господина Саплева, отключив ему сознание, и только после этого подозвал одного из парней:

— Они ранены…

— Машины ждут! — коротко отрапортовал спецназовец, небольшого росточка, щуплый с виду, но очень подвижный.

Он откинул забрало шлема, и Роман узнал Василия Грибова, начальника контрразведки «Триэн».

— Не беспокойся, всё под контролем.

Роман опустился на корточки над Юной, сосредоточился на передаче энергии, просканировал «матрёшку» тонких полевых оболочек и нарушение тканей в месте попадания пули.

Сердце и лёгкие, к счастью, не были задеты, но пуля застряла в плече, и её надо было вынимать.

Подбежали четверо парней в комбинезонах, развернули носилки, уложили Юну и Ылтыына, поспешили через наполовину опустевший холл к выходу.

Роман отпустил «руку помощи», протянутую Олегом Харитоновичем (интересно, что это такое — СССР?), поплёлся вслед за оперативниками, чувствуя душевное опустошение.

Холл потихоньку начал оживать. Зашевелились лежащие на полу дамы, подняли головы мужчины. Вряд ли они понимали, что произошло, поэтому проявлять активность не спешили.

Только директор департамента остался лежать на полу неподвижно. «Засос» Романа был столь глубоким, что выйти из состояния искусственной комы Саплев самостоятельно уже не мог.

Исчезли и девицы с пистолетами; всего киллерш оказалось восемь, по подсчётам Романа. Всех девиц погрузили в микроавтобусы с мигалками и споро увезли.

Влез в микроавтобус с красным крестом на борту и Роман, едва державшийся на ногах после стресса, сел на скамейку напротив носилок Юны. В кабину вскочил Василий Грибов, покрутил пальцем в воздухе.

Водитель воспринял жест как команду, рванул машину с места и лихо погнал по улицам Нижнего Новгорода, хорошо зная маршрут движения.

— Алтын… — встрепенулся Роман.

— Едет за нами, — успокоил его начальник контрразведки.

— Как вы здесь оказались?

— Стреляли, — застенчиво улыбнулся Грибов. Помолчав, добавил: — Мы ждали вас в больших городах, в Питере и даже Владивостоке, узнали о Нижнем, рванули сюда.

— Вовремя успели.

Грибов промолчал, бросил в сторону, обращаясь, очевидно, к кому-то из своих подчинённых:

— Мы в пределах шести-семи минут, заводите.

Роман снова сосредоточился на лажении Юны, остановил кровь из раны, унял сердечный тремор.