Чтение онлайн

– Какую сумму потребуем?
– спросил Бич, все еще разглядывая фотографию.

– По меньшей мере полмиллиона, - решительно вмешался Спайсер.
– А когда получим их, продолжим в том же духе.

Какое-то время они сидели молча, обдумывая, какая часть этой огромной суммы причитается каждому из них. А потом вдруг все одновременно вспомнили, что самый большой куш получит Тревор - сто шестьдесят семь тысяч! А им достанется лишь по сто одиннадцать тысяч. Конечно, неплохо для заключенных, но гораздо меньше того, что они могли бы получить.

– Думаю, пора обуздать чрезмерный аппетит Тревора, - нарушил тишину Спайсер.
– Эта мысль посетила меня совсем недавно, и я решил, что он должен получать равную с нами долю, то есть четвертую часть общей прибыли.

– Боюсь, он не согласится с этим, - вяло возразил Ярбер.

– Согласится, - твердо заявил Спайсер.
– У него не будет выбора.

– Да, это было бы справедливо, - авторитетно заметил Бич.
– Мы тут работаем в поте лица, сочиняем письма, а он выполняет примитивную роль курьера и получает больше, чем каждый из нас. Я тоже за сокращение его доли.

– Прекрасно, - подвел итог Спайсер.
– В четверг я сообщу ему о нашем решении.

Тревор появился после четырех часов в четверг. Он пребывал в жутком настроении. Во-первых, его мучило тяжелое похмелье, а во-вторых, сегодня ему так и не удалось прикорнуть после обеда. Собственно говоря, и обеда у него никакого не было.

Джо Рой Спайсер с первой минуты показался ему каким-то издерганным. Он передал ему кучу писем, но оставил в руке один большой конверт красного цвета.

– Мы хотим грабануть этого мужика, - сказал он, постукивая конвертом по крышке стола.

– Кто он такой?
– с трудом преодолевая головную боль, спросил Тревор.

– Некий Брент из Филадельфии. Он скрывает свою фамилию, поэтому тебе придется немного поработать, чтобы выведать всю его подноготную.

– Сколько?

– Полмиллиона баксов.

Покрасневшие от похмелья глаза Тревора заметно сузились, а пересохшие губы мелко задрожали. В считанные секунды он произвел в уме необходимые расчеты, и у него даже челюсть отвисла - сто шестьдесят семь тысяч! Мечты о яхте стали быстро обретать реальные очертания.

– Ты не шутишь?
– спросил он, прекрасно зная, что Спайсер вообще не способен шутить, а уж по поводу денег - тем более. У него напрочь отсутствовало чувство юмора, и к деньгам он всегда относился очень серьезно.

– Нет, мне сейчас не до шуток, - мрачно ответил тот.
– К тому же мы решили урезать твою долю дохода.

– Черта с два!
– мгновенно ожил Тревор, позабыв о жутком похмелье. Договор есть договор.

– Договоры на то и существуют, чтобы их своевременно пересматривать, возразил Спайсер.
– Отныне ты будешь получать, как и каждый из нас, четвертую часть общей прибыли.

– Ни за что.

– В таком случае ты уволен.

– Ты не можешь меня уволить.

– Я уже это сделал. Неужели ты думаешь, мы не сможем найти другого адвоката? Да за такие деньги кто угодно будет отправлять и получать письма.

– Я слишком много знаю, - продолжал возражать Тревор, а потом вдруг покраснел и чуть было язык не проглотил.

– Не переоценивай свои возможности, - спокойно отреагировал Спайсер.
– Не такая уж большая ты для нас ценность.

Голову Тревора пронзила настолько острая боль, что он закрыл глаза и сделал несколько глубоких вдохов. И зачем он сидел до полуночи в баре Пита? Надрался так, что теперь просто нет сил отстаивать свои кровные интересы. В голове туман, да и язык с трудом ворочается в пересохшем рту. Тревор наклонился вниз и с ужасом подумал, что его сейчас стошнит. Только этого не хватало! Невероятным усилием воли он заставил себя вернуться к математическим расчетам. Насколько он понял, речь идет о разнице между ста шестьюдесятью семью тысячами долларов и ста двадцатью пятью. Откровенно говоря, последняя сумма не так мала, как ему показалось вначале. Пожалуй, не стоит рисковать из-за идиотского упрямства. Все равно такие деньги он нигде больше не заработает. А этот мерзавец все прекрасно понимает и решил додавить его.

– А что говорят по этому поводу Бич и Ярбер?
– с надеждой спросил он, обреченно глядя Спайсеру в глаза. Собственно говоря, никаких сомнений у него на этот счет не было.

Даже если Бич и Ярбер были против, он все равно никогда не узнает об этом.

– Разумеется, они согласны со мной, - быстро ответил Спайсер.
– С какой это стати они стали бы возражать? Ведь они выполняют основную работу и уже давно недоумевают, почему ты получаешь больше нас.

– Ну ладно, ладно, - замахал руками Тревор.
– Теперь я вижу, что судья поступил правильно, упрятав тебя в тюрьму.

– Послушай, мне кажется, ты слишком много пьешь.

– С чего ты взял?
– выпучил глаза Тревор.

– Просто я видел много пьяниц и научился неплохо разбираться в особенностях их поведения. Так вот, ты очень похож на них.

– Премного благодарен, - сказал Тревор.
– Но давай будем придерживаться одного правила: ты занимаешься своими делами, а я - своими.

– Согласен, - ухмыльнулся Спайсер, - но только имей в виду: нам не нужен адвокат-алкоголик. Тебе поручено вести все наши финансовые дела, которые являются незаконными и грозят нам всем дополнительными карами. Кроме того, на тебя возлагается ответственная обязанность курьера по доставке почты, и нам очень не хотелось бы, чтобы ты болтал об этом в пьяном угаре. Откровенно говоря, нам плевать на тебя, но ты можешь подставить нас.

– Ничего подобного случиться не может, - выспренно изрек Тревор.
– Я умею держать себя в руках.

– Вот и хорошо, но дело не только в этом. Не забывай - мы обманываем людей, и я допускаю, что по ходу дела мы можем нарваться на какого-нибудь крутого парня. Если хочешь знать, если бы я оказался на месте любого из одураченных нами людей, то первым делом попытался бы отыскать концы и надрать задницу тому, кто все это затеял. Так что держи ухо востро и не трепись.

– Вряд ли они пойдут на это, - засомневался Тревор.
– Они слишком боятся огласки.

– И все-таки надо быть начеку, - продолжал увещевать его Спайсер.
– А для этого необходимо оставаться трезвым.

– Благодарю за заботу, - попытался свести все к шутке Тревор.
– Какие еще будут указания?

– Никаких, кроме, разумеется, ставок на очередные матчи.
– Спайсер открыл газету и стад диктовать адвокату список команд и ставки на предполагаемых победителей. Тщательно зафиксировав все данные, Тревор отправился в обратный путь, сделав короткую остановку возле небольшого магазинчика, где прикупил кварту пива, и с жадностью потягивал его почти до самого дома. Он старался не думать о финансовых потерях, но мысли об утраченных тысячах долларов не давали ему покоя.

Что же касается опасности быть разоблаченным, то она казалась ему маловероятной. Вся прелесть в присвоении грязных денег заключалась в том, что вряд ли кто осмелится заявить в полицию. Ведь это будет означать, что их постыдные тайны станут достоянием общественности. Так и с собратьями. Каким образом они смогут вернуть украденные у них деньги? Да им это и в голову не придет. А между тем на их счетах сейчас скопилась приличная сумма. И если к ней добавить еще полмиллиона, то получится семьсот пятьдесят тысяч - целое состояние!