Шарлиз Терон. Безумный монстр Голливуда
Шрифт:
И в такой жизни как можно не пойти по наклонной, не забыть навсегда о своей мечте, не сдаться, а продолжать двигаться вперед и вперед?
Вновь я пытаюсь найти себя, преодолеть очередное препятствие жизни? Работать на кассе супермаркета я точно не хочу. Но что мне сделать, чтоб добиться успеха? Как заставить на прослушивании оценить меня по достоинству? Нет. Я не собираюсь отступать. Не на ту нарвались. Вы еще меня узнаете. Ну а пока… я стараюсь. Стараюсь, как могу. Десятки прослушиваний, актерские курсы. Бедная моя мама. Как она до сих пор в меня верит? Ну, ничего. Я еще всем докажу, что труды были не напрасны.
Благо последние пару недель больше не живу одна. Хоть не так скучно. Моя подруга, Джесси, крайне интересная и своенравная особа. Тоже пытается найти себя и добиться успеха. Ох, если бы только можно было сложить все силы таких вот старательных страдальцев и умельцев, быть может, успех и был бы не за горами.
Порой приходится голодать. Порой тоска съедает всю душу изнутри. Порой плакать уже не остается сил. Конечно, незнание того, что будет через неделю и даже завтра, завораживает. Но зачастую такое состояние нереально пугает. Но одно я пока не утратила – свою любовь к братьям нашим меньшим.
Как-то раз шла по улице и увидела вывеску «Щенки». Ну как тут можно пройти мимо? Естественно, я взяла домой одного такого миленького и веселого щеночка. В такой тоске и пожирающем одиночестве так важно, чтобы тебя любили. А ведь щеночки не просто любят, а верны в своей любви до самого конца. Но Джесси явно не разделяла мою позицию.
– Чарли, ты больная? – говорила она. – Как можно взвалить на себя такую ответственность, когда ты не знаешь, где сама-то будешь на следующей неделе?
А ведь я не брала ответственность.
– Джесси, успокойся, – отвечала я. – Сама не знаю, как так получилось. Понимаешь, мое тело само, как на автопилоте, зашло в магазин с надписью «Щенки» и выбрало этого сорванца.
А щеночек и впрямь сорванец тот еще был. Все время дергался, тявкал и так мило на меня смотрел, будто улыбался. Да такая искренняя довольная улыбка, как человеческая. Хотя нет. У людей зачастую улыбка лицемерная.
– Слушай, Джесси, давай не будем ругаться. Позволь мне его оставить. Посмотри, какой он миленький, – все пыталась я уговорить подругу оставить сорванца.
– А что мне тебе, ультиматумы, что ли, ставить? Хочешь, оставляй. Но я даже слышать не хочу о том, чтобы присмотреть за ним или погулять. Поняла? Сама на себя берешь такую ответственность, сама и отвечаешь.
Вот так и получилось, что у Шарлиз Терон сразу же появилась некая ответственность в жизни. Но, как позже выяснится – не единственная. Возможно, именно братья наши меньшие и помогут будущей актрисе сделать выбор в пользу того, чтобы навсегда остаться в Лос-Анджелесе.
Да, я взяла на себя ответственность в виде этого песика. А скоро еще и второго – метиса кокер-спаниеля. И вот эти два моих песика стали знаком того, что я остаюсь в Лос-Анджелесе, никуда оттуда не поеду. Решение было уже принято, хотя сама я еще и не отдавала себе в этом отчета, – признается сама Терон.
Но уход за братьями нашими меньшими – это один вопрос. Не менее важным остается другой – как девушке дальше жить и добиваться успеха?
Когда чего-нибудь сильно захочешь, вся Вселенная будет способствовать тому, чтобы желание твое сбылось…
Шарлиз Терон со своей собакой Денвером.
«Все это началось, когда у меня появился первый домв Лос Анджелесе. Мы с другом арендовали тогда маленький домик с двумя спальнями, и даже это тогда было тяжким бременем для наших кошельков. Еще до того, как мы купили мебель (мы спали просто на полу) я увидела объявление, что собираются выбросить щенков кокер спаниелей. Так у меня появился Денвер, который стал в нашем доме первым и счастливейшим предметом обстановки. Он спал на полу, прижавшись ко мне…»
Это было обыкновенное утро понедельника. А может, и вторника. Хотя не исключено, что это мог быть любой другой день недели. В попытках найти свое счастье все дни сливаются в единое целое. Шарлиз маялась в очереди банка, с нетерпением поджидая, когда она сможет дойти до кассы и обналичить чек, присланный мамой. И нет, она никуда не торопилась, торопиться было некуда с тех пор, как она приехала в эти края. Просто девушке хотелось поскорее забрать свои деньги и вернуться в отель, где хозяин неоднократно напоминал по поводу оплаты. Ей уже хотелось поскорее оплатить жилье и не думать хотя бы об этом.
Наконец очередь дошла до Шарлиз. Девушка молча протянула чек и устремила свой взгляд в сторону, пребывая в ожидании дальнейших действий от кассира. За спиной стояли такие же люди, ждущие своего мгновения в решении банковских вопросов. Но кассир не торопился выдавать деньги, хотя сумма не такая уж весомая – всего 500 долларов.
– Простите, мы не можем вам обналичить чек, – спустя непродолжительное время раздался голос кассира.
– Что? – пребывая в недоумении, вымолвила в ответ Шарлиз.
– Это чек из другой страны. Такие чеки мы не обналичиваем.
Девушка с недоумением смотрела на сотрудника банка. Молодой, румяный, привлекательный парень. Ему бы не здесь, за стеклом сидеть и принимать чеки, а рекламировать какой-нибудь товар. Так и видит его Шарлиз на постере томатного сока. Однако вместо этого он сидит здесь и отказывается обналичивать чек, столь нужный ей для жизни.
– Как так? Вы хотите сказать, что я простояла в долгой очереди, чтобы вы проделали простейшую операцию, в которой мне сейчас отказываете?! – постепенно тон девушки повышался, срываясь на крик.
– Простите, мэм, ничем не можем помочь. – В ответ кассир лишь пожимал плечами.
– А мне что прикажете делать? Ложиться на жаркий асфальт и помирать? Вы понимаете, что эти деньги мне для жизни нужны?
Невзирая на стоящую за спиной очередь, служащих банка, Шарлиз Терон устроила скандал. Она ругалась, используя колкие фразы не только на английском, но и на африкаанс. Кто-то в толпе был и на ее стороне, а кому-то было просто все равно. Люди, как водится, не вникают в чужие проблемы, а только скорее жаждут разобраться со своими.