Чтение онлайн

— Ну, командир, поздравляю. Конечно, сделаем, как положено. — оживился, Егор Лукич.

— Только без лишнего шума, по-семейному, а то знаю тебя, развернёшься на всю ивановскую. — строго предупредил я.

Вчера с почтой получил письмо от Дмитрия Борисовича, в котором сообщалось, что Катерина родила мальчика двадцатого марта, а Мара родила двадцать третьего. Мамочки и сыновья здоровы. Перед совещанием взволнованный Андрей прискакал потрясая письмом.

— Пётр у нас сыновья родились.

— Знаю, успокойся, озадачил старшину, обязательно отметим. — постарался я успокоить Андрея, который весь день ходил возбужденный и радостный, как будто ему присвоили чин генерала. Хотя, признаться откровенно, в прошлой жизни мне не довелось испытать чувство отцовства. За то в этом мире и жена, и сын родился. Известие конечно радостное, но пока непонятное. Наверное, надо увидеть сына, подержать на руках, тогда и ощущать себя буду по другому.

Поздно вечером заглянул Паша.

— Командир, тут к тебе просится, говорит, что ты ждёшь его?

— Приведи. — я догадался, кто меня спрашивает.

Вошел горец в тёплом бешмете.

— Здравствуйте господин, я от Ашота. — он поклонился приложив правую руку. — Меня зовут Исхак.

Кивнул в ответ.

— Паша, проводи гостя, покорми и пристройте на пару дней. Исхак, по базе не шататься. Послезавтра выходим. Свободен.

Что-то меня беспокоило. Не тревога, а именно беспокойство. Поэтому решил выйти и встретить караван на перевале с десятком разведчиков Кости и моими ближниками. — Может перейти перевал? Расстояние больше сорока вёрст. Идти с сотней Миши рискованно.

Селения за двадцатью верстами после Баташа уже были не совсем дружественны нам. Хотя уже потихоньку втягивались в орбиту Базара. Удобные безопасные дороги привлекали жителей. Выбор товаров был изрядный. Всё необходимое для жизни и даже чуть роскоши в виде ювелирки из серебра, дорогих тканей. Особенно ценились стальные топоры, лопаты, пилы и косы изготовленные семейством Соболя. Отец Тихона с моей помощью развернул отдельно стоящую кузнечную мануфактуру. Это уже был производственный комплекс. Особенно хорошо продавались фуры и простые телеги, сельхоз инструментарий. Подал Тихону идею изготовления стальных плугов. Егора Лукича с Анисимом озадачил создать артель наподобие МТС. Бригада из пяти железных плугов со стальным лемехами, запряжённые парой наших лошадей, вспахивала наделы станичников за определённую плату. Распробовав это нововведение, казаки быстро сориентировались и порой дело доходило до хватания за грудки. В другое время МТС могло заниматься другими делами связанными с перевозками и всем прочим, где нужна тягловая сила. Вдохновлённый Егор Лукич принялся за организацию МТС внедряя в жизнь мои мысли. Заняться постоянными перевозками по определённым маршрутам, грузовыми и пассажирскими.

— Ну, Пётр Ляксеич, голова. Я ж говорил Анисим, наш командир, мастак на придумки дельные.

— Эт, да, Егор. Казалось бы чего проще. Вот оно, на виду лежит. Почему так, командир ведает, а мы, словно слепые котята. Пока мордой не ткнут, ни чего не видим. — вздохнул Анисим. — Наверно богатые все такие учёные и прозорливые?

— Не-ее, Анисим, не то говоришь. Вона князь Андрей, Михайло Лермантов, али других возьми. Они ж сосунки супротив Петра Ляксеича, хотя и образованные, все в рот ему заглядывают. Бойцы, что в Петрбурхе с ним были, бают, что ого какие большие люди с командиром совет держали. Да и с царём запросто говорить и чаи распивать не каждому дозволено будет. Вот и понимай, Анисим, кто есть наш командир. — Заключил старшина. Они сидели у Анисима в доме, обсуждая план расширения работы созданной МТС. На вопрос Егора Лукича, что такое МТС?

Не придумал ничего лучшего: Механическая Транспортная Служба. Почему механическая? Плуги стальные, телеги, фуры с подшипниками и рессорами, то есть с улучшенной механикой, от того и механическая. Всех удовлетворил мой ответ.

Вернулась первая сотня из учебного рейда. Трофим отчитался.

— Всё выполнили по плану, прошли почти тридцать вёрст. Отработали все боевые схемы. Встретились с отрядом в пять десятков. Разведка разглядеть не успела, как смылись. Бойцы здоровы, потерь нет.

— Хорошо, Трофим, пусть Костя зайдёт.

Костя уже по привычке просочился тихо и незаметно. Я вздрогнул, когда обнаружил его перед собой.

— Тьфу, ты, черт, говорил же тебе не пугай меня. Завтра выходишь со мной, дело есть. Будь готов со своими или устали?

— Будем готовы, командир. Надолго?

— Две недели. В начале пойдем со второй сотней, потом своей дорожкой. Всё по-походному.

— Слушаюсь. — Костя испарился.

— Вот черт, — чертыхнулся я. — Паша скажи нашим пусть будут готовы завтра выступать. Запас на две недели и Исхака предупреди.

Поставил в известность Андрея о своем секретном рейде.

— Командир, что-то серьёзное? Уж больно озабоченный ты. Может больше бойцов возьмёшь?

— Нет, думаю справимся, это так, сам нагоняю страху и беспокойства. Разведка и мои архаровцы. Андрей, подготовь угловой дом для гостей. Семья, женщина с двумя детьми, может слуги, немного.

— Хорошо, может расскажешь, командир?

— Как только прибудем всё расскажу.

Вышли как планировали. Михаил утверждённый в должности сотника, старался. Бойцы выполняли все команды правильно и слаженно. Миша командовал в пешем строю. Я заметил некоторые изменения в перестроениях сотни во время отступления. Изменения были незначительные, но ускоряли перестроения.

— Миша, сам придумал? — спросил я у него, когда мы ужинали у костра. Он ковыряя ложкой в котелке произнес, тяжело вздохнув.

— Нет, командир, — честно признался он. — Урядник Сова предложил. Мы подумали и применили. Ну так же быстрее командир?

— Быстрее, успокойся, молодцы Миша, все правильно. Думать надо всегда, желательно головой.

— А разве бывает по другому? — удивился Миша.

— Ещё как бывает. — Рассмеялся я. — Ты стихи не бросил писать?

— Пишу, но очень редко, только когда душа просит. В последнее время совсем не часто. А так, бумагу марать, не хочется.

— В этом ты прав, настоящие стихи пишет душа. Поэтому и песни называют «душевные».

— Как твои песни, командир. Вроде и слова обычные, и мелодии незамысловатые, а как душу трогают. У меня, наверно, никогда так не получиться.

Хорошо был поздний вечер и отблески костра отражались на лицах не позволяя разглядеть, что я покраснел от стыда за свой плагиат. Понимаю, для дела, а не для славы сделал подобное. Всё равно получилось, наоборот. Прославился, как сочинитель песен. Стало досадно, настроение испортилось. Мы прошли мимо входа в Баракайскую долину. Бойцы снимали пластунки и крестились глядя на кресты стоявшие на братских могилах. Горцы не трогали их, уважая могилы своих врагов. Как и мы в свою очередь никогда не позволяли себе подобного. И тут мне вспомнились цивилизованные европейцы с нашими не братьями и особенными прибалтами, которые с каким-то садистским удовольствием разрушали и оскверняли памятники солдатам Красной армии. Видно моё лицо перекосила гримаса.