Чтение онлайн

— Слишком дорого и слишком долго, — покачал головой Степан Игнатьевич. — К тому же во время войны никто не будет продавать нам важные ресурсы.

Ярослав ударил кулаком по столу:

— Не может быть, чтобы не нашлось решения! Мы же не какую-то блажь затеваем, а важный проект, полезный!

— Стратегически важный для нас, — поправил управляющий. — А для них — угроза их положению и влиянию.

Дверь канцелярии неожиданно открылась. На пороге появился воевода Всеволод с какими-то документами в руках.

— Степан Игнатьевич, я хотел обсудить с вами вопрос о… — он замолчал, увидев наши мрачные лица. — Что-то случилось?

— Случилось, — мрачно ответил Ярослав. — Проект Алексея пытаются похоронить.

Всеволод отложил свои документы и внимательно посмотрел на нас:

— Объясните подробнее.

Степан Игнатьевич коротко рассказал о препятствиях, которые возникли за один день — отсутствие дуба у плотников, занятость каменщиков, не утвержденная смета у казначея.

По мере рассказа лицо Всеволода становилось все мрачнее. Когда управляющий закончил, Всеволод медленно обвел нас взглядом:

— Понятно. Классический саботаж.

— Вы тоже так считаете? — спросил я.

— Алексей, я провел на службе больше лет, чем тебе от роду. Я видел подобные вещи множество раз. — Всеволод подошел к окну и некоторое время молчал, глядя во двор. — Старая гвардия боится перемен. Боится, что новые методы сделают их опыт ненужным.

— Но формально они все правы, — заметил Степан Игнатьевич.

— Формально — да, но когда все препятствия возникают одновременно, это уже не совпадение. — Всеволод повернулся к нам. — И знаете что? Это недопустимо.

В его голосе прозвучала сталь, которую я раньше не слышал.

— Мы находимся в состоянии войны, — продолжал он. — Саботаж стратегически важного проекта в такое время — это не просто своеволие, а измена интересам рода.

— И что ты предлагаешь? — спросил Ярослав.

— Я предлагаю действовать так, как действуют во время войны. — Всеволод сел за стол и взял в руки чернила и перо. — Степан Игнатьевич, немедленно пошли за казначеем. Скажи, что Всеволод требует его присутствия.

— Требует? — удивился управляющий.

— Именно требует. А пока он идет, пошли за плотником и каменщиком. Всех собрать здесь, в этой комнате.

В голосе Всеволода не было ни малейших сомнений. Это был голос человека, привыкшего отдавать приказы и видеть их исполнение.

Через полчаса в канцелярии собрались все участники утреннего саботажа. Казначей выглядел встревоженным, плотник и каменщик — недовольными, но в присутствии брата князя никто не осмеливался возражать.

Всеволод поднялся и обвел их холодным взглядом:

— Судари, мне доложили о ваших действиях в отношении проекта, утвержденного лично князем. Хочу услышать объяснения.

Казначей первым попытался оправдаться:

— Я лишь проявил осторожность. Военные расходы действительно выросли, и я счел разумным…

— Ты счел разумным самовольно отменить решение князя? — перебил его Всеволод.

— Не отменить, а отложить…

— Отложить важное дело без согласования с командованием. В военное время. — Всеволод сделал паузу. — А ты, мастер Василий, тоже решил, что знаешь лучше князя, какой дуб куда направлять?

Плотник поежился:

— Я не ослушивался. Просто хорошего дуба действительно мало…

— Мало? — Всеволод достал лист бумаги. — А вот здесь у меня список со складов. Дуба там указано достаточно для постройки трех домов. Где он?

Плотник побледнел. Очевидно, он не ожидал, что кто-то проверит складские записи.

— Я… мне нужен особо качественный дуб…

— Тот самый, что вы вчера продали торговцу Святославу для его новой лавки? — холодно спросил Всеволод.

Наступила мертвая тишина. Всеволод явно провел собственное расследование и знал гораздо больше, чем показывал.

— А теперь послушайте меня внимательно, — продолжал он, повышая голос. — Мне неинтересны ваши мотивы и неинтересно, кто вас подговорил или сколько вам заплатили за саботаж. Меня интересует только результат.

Он подошел к столу и взял перо:

— Казначей, ты выделяешь деньги на строительство сыроварни. Сейчас. Вот бумага, вот чернила.

— Но воевода…

— Сейчас. Или завтра обсуждать будешь с князем лично, и я расскажу ему о твоих методах экономии.

Казначей дрожащей рукой взял перо и поставил подпись под сметой.

— Мастер Василий, — обратился Всеволод к плотнику, — ты начинаешь работу над прессом завтра утром. Дуб найдется за один день, я гарантирую.

— Слушаюсь.

— Игнат, твои каменщики освободятся от работ на башне ровно настолько, чтобы заложить фундамент сыроварни. На это хватит недели.

— Будет сделано.

Всеволод обвел их последним, уничтожающим взглядом:

— И помните — в следующий раз, когда вам захочется поиграть в политику за счет важных дел рода, подумайте о последствиях. В военное время саботаж карается очень сурово.

Когда все трое покинули канцелярию, Всеволод устало опустился в кресло:

— Вот так решаются подобные проблемы. Не просьбами, а твердой рукой.

— Спасибо, — сказал я искренне. — Без твоего вмешательства проект был бы похоронен.

— Не за что, — махнул рукой воевода. — Я просто не потерплю, чтобы талантливые люди страдали от козней завистников.

Ярослав благодарно пожал ему руку:

— Ты спас проект и показали этим старым пням, что их времена прошли.

— Их времена действительно прошли, — согласился Всеволод. — Будущее за людьми, которые мыслят по-новому. За такими, как вы.

Через час после этого разговора все препятствия начали исчезать один за другим. Казначей выделил деньги и извинился за задержку. Плотник прислал помощника с сообщением, что подходящий дуб найден и завтра начнется изготовление пресса. Каменщик пришел лично и попросил показать ему место под фундамент.

— Чудеса, — сказал Степан Игнатьевич, наблюдая за суетой. — Одно слово подействовало лучше княжеского указа.

Теперь моему проекту ничто не мешало. Благодаря вмешательству влиятельного покровителя старая гвардия была разгромлена, а я получил все необходимые ресурсы.