Шелк и кровь. Королева гончих
Шрифт:
Обнаженная до сути своей, она никогда не была действительно чудесной нимфой, пленительной ведьмой, и Квинн, возможно, оставался единственным, кто даже сквозь тяжелый запах животных чар мог видеть ее в подлинном обличье, такой, какой она была на самом деле. Да, именно была – когда-то. И Квинн находил в этом какое-то извращенное удовольствие: видеть Лавчайлд хуже, чем она по-настоящему теперь была. Даже без масок. Это доставляло удовольствие – знать, что ты единственный, кто влюблен в нее такую, какая она есть на самом деле. Не принцессу.
Лавчайлд откинулась назад, концы ее распустившихся волос коснулись поверхности стола. Она с трудом находила оправдание тому, что произошло. И зачем они только это сделали? Даже если бы они продолжали встречаться, то зачем было ставить под угрозу операцию? Квинн же, казалось, считал, что от ее успеха зависит его жизнь. Но что сделано, то сделано.
– Ноги гудят, – и прежде, чем Квинн задал вопрос, продолжила, прервав себя на полувздохе, отчего слова прозвучали так, словно ее держали за шею. – всегда. Потому что я никогда не стою на месте. Всегда бегу. Это незаметно, но так и есть. Я бегу даже сейчас.
Квинн дернулся, отшатнулся, поспешил прогнать с лица испуганное выражение.
– А я знаю, – сказал он, не глядя на Лавчайлд. – мы слишком давно знакомы. Ну, приведи себя в порядок.
Девушка начала медленно возвращать лямки на плечи, как будто платье весило тонну или царапало кожу… И тут дверь в кабинет отворилась, уронив стул, а на пороге возникла женщина, которую Квинн и Лавчайлд не могли бы не узнать: Сара Саммерс, бывшая напарница одного и вечный враг другой. Последовал миг всколыхнувшейся ненависти, поднявшейся со дна души Лавчайлд и затопивший Саммерс с головой: Сара даже отшатнулась, отпустила ручку двери. Но лицо ее не изменилось. Отличная выправка настоящей полицейской.
– Я тут не по делам, Лавчайлд, – фыркнула Сара. – просто решила отдохнуть. И искала Патрика – его спрашивал Мартин.
Они шли по коридору, возвращаясь в зал, и Квинн не поспевал за ними. А девушки почти соприкасались плечами. Ненависть между ними кипела, нагревая воздух, он чувствовал: не встревай – обожжешься.
– Я здесь тоже… только для того, чтобы развлечься.
Лавчайлд повела плечом, и розы на ее спине двинулись, дрогнули, как потревоженное отражение в воде.
– Я могла бы сказать, что верю, но на самом деле – нет, – прошипела Саммерс. – Не забывай, Лавчайлд, что твоя деятельность незаконна. Тут ты, может быть, и друг хозяина, и почетная гостья, но я-то знаю правду.
Полицейская сжала плечо девушки.
– Не забывай про лилию на твоем теле, леди Винтер.
Лавчайлд скривилась, будто надкусила лимон.
– Розу, Сара, розу, – она ухмыльнулась сквозь гримасу, но выглядело это довольно жалко.
Пальцы Саммерс разжались по очереди – указательный, средний, безымянный. Последним с плеча Лавчайлд взлетел мизинец. Квинн подошел к подруге только тогда, когда его бывшая напарница отошла достаточно далеко и не могла их ни услышать, ни увидеть.
– Думаешь, она нам не помешает?
– Нет, – к Лавчайлд вернулась прежняя уверенность/ – не ты ли говорил, что я хороша в своем деле?
– Я сказал, что ты лучшая.
Пальцы Лавчайлд скользнули по подбородку Квинна.
– Ну зачем было нужно преувеличивать?
Гарольд Янг появился только к середине вечера. Выглядел он хуже, чем неделю назад, когда Лавчайлд впервые его увидела: перестал бриться, и, хоть кое-как попробовал придать недобороде изысканный вид, не преуспел в том. Очки отбрасывали блики и прятали мешки под глазами. Молодому человеку явно можно было посоветовать больше спать.
Янг шел под руку с Тамсин, но даже не смотрел на нее. Он чувствовал, как движется по залу запах рыжей танцовщицы из его снов, как след: по нему можно было идти, задирая нос, словно ищейка.
Со спины он ее не узнал: вместо рыжих волн на платье, скрывая розы, лился водопад гладких каштановых прядей. Но вот смеющаяся девушка обернулась, и Янг узнал в ней свою мечту. Несмотря на дорогое платье, серьги и иной цвет волос, девушка снова показалась ему нежной и наивной.
– Гарольд?
Он озадаченно и неуверенно улыбнулся, бережно пожимая ее ладонь:
– Вы знаете мое имя?
Конец ознакомительного фрагмента.