Чтение онлайн

Могзо издал странный звук удивления и раскрыл глаза.

— Что?! Что за черт, Харухиро! — Глаза Ранты, казалось, вот-вот вылезут из орбит. — Ты серьезно?! Ты, черт возьми, серьезно?! Когда ты добрался до второй базы?!

— Что ты подразумеваешь под ‘второй базой’… — сказал Харухиро, но остановил себя. — Нет, стоп, забудь. Я говорю тебе, это не то…

— Как это ‘не то’?! Ты собирался сделать это, но запаниковал и остановился, потому что Шихору наткнулась на вас! Тебе пришлось нажать на аварийный тормоз!

— Но Хару плакал… — сказала Юме, начав объяснять.

— Юме, — сказал Харухиро, — Тебе не нужно было это упоминать…

— Плакал?! — Ранта поочередно посмотрел на Харухиро и Юме несколько раз, затем запустил руки к себе в волосы. — …Теперь понял. Теперь понятно, что случилось. Другими словами… тебя отвергли. Юме отвергла тебя, затем она почувствовала вину перед этим идиооооотом и попыталась успокоить тебя. Понятно. Теперь все очевидно.

— Ты совершенно, абсолютно, полностью ошибаешься, но без разницы. Я больше не хочу это объяснять.

— В любом случае… — начала говорить Юме, полностью игнорируя Ранту. Этой способности Харухиро очень завидовал. — Юме решила, что она постарается поладить с Мэри. Шихору тоже.

Шихору, обняв свой посох, опустила взгляд.

— … Я не думаю, что это сработает, но я сделаю все, что в моих силах.

— Поладить? С Мэри? — Ранта нахмурился. — Этого не случится. Эта девчонка не намерена дружить с нами.

Могзо поднял голову.

— Но-но мы не можем продолжать так, как сейчас. Мы должны хотя бы попробовать убедить ее лечить нас в бою…

Все, как и говорил Могзо. Проблема была больше, чем просто нежелание подружиться с остальными. Она не лечит их во время боя. В особенности, она игнорирует их, когда они просят лечение, если рана легкая, даже не смотря на то, как сильно она болит. Ну, не совсем ‘игнорирует‘, а скорее ‘сходу отказывает’. Она вылечит их только тогда, когда рана мешает двигаться или угрожает жизни.

Ее отношение к товарищам по команде, которым было больно, которые страдали, было неприемлемым. Манато лечил их сразу же, не смотря на тяжесть раны. Даже если не было раны, требующей внимание, он был с ними, и возникало чувство безопасности в бою.

С Мэри не было такого спокойствия. Что если один из них сильно поранится, и она внезапно откажется лечить их? Все боялись, что она бросит их в тот момент, когда будет им нужна больше всего.

— Для начала… — начал Харухиро, посмотрев на каждого. За исключением Ранты. — Мы должны начать ей доверять. Мы не сможем прогрессировать без этого. Кто знает? У Мэри может быть свой взгляд на вещи. Может мы не понимаем ее, потому что не знаем, о чем она думает.

Ранта усмехнулся.

— Ты уверен, что это не потому, что она ужасный человек? Это какой-то беспорядок. Психологический беспорядок. Врожденный хронический синдром ужасной личности. Неизлечимый.

— Но нам нужен Жрец…

— В таком случае, Харухиро, стань жрецом! И тогда прощааааай навсегда, Мэри! Все просто! ЛУЧШАЯ ИДЕЯ! Черт, я хорош!

Харухиро уже раздумывал над этим, но смена класса останется как последний вариант. Разведывая в одиночку, всегда располагаясь за спиной врага… он привык быть Вором и хотел улучшить свои навыки.

К тому же, он кое-что вчера понял из разговора с Юме.

— Ранта, — сказал Харухиро.

— Что?

— Я, ты и Могзо решили пригласить Мэри в нашу группу, так?

— Да, и это была огромная ошибка, вот почему я говорю, что мы должны поскорее выкинуть ее.

— Но она стала одной из нас, товарищем по команде, когда мы приняли ее, так?

Похоже, Ранта собирался еще что-то сказать, но замолчал, опустив взгляд. Он выглядел почти виноватым.

Харухиро продолжил, обхватив правое запястье левой рукой.

— Мэри та, кто есть. Мы не можем внезапно дискриминировать ее за то, кто она. Если она ощущает то, что пятеро против нее, она никогда не почувствует себя комфортно рядом с нами, даже если захочет. Она ведь не машина для лечения.

— Правильно, — сказала Юме, кивнув и приложив палец к подбородку. — Мэри холодно ведет себя с нами, но может мы ведем себя также и с ней.

— Может- может быть… — нерешительно сказала Шихору, будто бы она была не уверена в том, что собирается сказать. — Мэри хороший человек… где-то внутри.

— НИ ЗА ЧТО! — Ранта немедленно повернулся к ним спиной. — НИ, ЧЕРТ ВОЗЬМИ, ЗА ЧТО! Это просто невозможно. Она адская, вонючая гарпия до кончиков волос. Меня не волнует, что вы, ребята, говорите, я не изменю своего решения! Мы должны избавиться от нее и идиооооот Харухиро должен стать Жрецом.

— Если я стану жрецом, — сказал Харухиро, — тогда я ни за что не буду лечить тебя. Ты Рыцарь Страха. Темный Бог Скалхейл враг Бога Света Люминоса. Нехорошо лечить раны врагов.

— Не подходишь! Ты не подходишь на роль Жреца! Могзо! Могзо… а, стоп, мы не можем без Воина, так что… Юме! Ты станешь жрецом!

— Юме хочет волка, поэтому она не перестанет быть Охотником, — ответила Юме.

— Черт! Эгоистичная девица! Шихору! Что насчет тебя?

— Я… Я не думаю, что подхожу на эту роль. Если кто-то пострадает, я начну паниковать…

— Бесполезно! Серьезно, вы все бесполезны! Вы ни на что не годны, все вы! Поэтому… — Ранта кашлянул. — Поэтому... лучше уж будет эта девчонка, чем никого. Молитесь, чтобы это ледяная стерва была… Но что если она действительно ледяная стерва и внезапно, она влюбится в меня и станет моей и…

— Эмм… Я-я сомневаюсь, что это произойдет…

— Заткнись Могзо! Могзо?! Меня только что отчитал Могзо?! Не может быыыть…

В любом случае, их курс действий был решен. Они будут относиться к Мэри как одной из них, надеясь, что она тоже начнет чувствовать себя частью команды. Нужно с чего-то начинать, поэтому все согласились, что это подойдет для первого шага. Без преодоления этого первого препятствия, они не смогут продвинуться дальше.

Однако, в любом случае, это будет не так уж прост.

Мэри как обычно ждала их у северных ворот Алтаны. Харухиро подумал, что лучше начать с приветствия, поэтому он бодро произнес:

— Доброе утро!

Это обычное приветствие, так почему она посмотрела на него этим ужасно холодным взглядом? Неужели она смотрела на него свысока? Пыталась высмеять его? Будто бы ее взгляд говорил, Сгори, мусор. И развейся пеплом.

Только после того, как она закончила пронзать его своими абсолютно холодными глазами, она наконец ответила.