Шепот летящих по небу
Шрифт:
За дверью, что мы проходили, раздался крик.
Я застыл, слушая.
Кричал мужчина. Дверь была толстой, и я не мог разобрать слов. Он говорил на сакинском, и в Энхнапи это было странно, здесь должны говорить на ксиоуском. Конечно, если люди знали язык. Носители языка скрывались годами, и все не могли знать их язык.
Если они говорили на сакинском, то там был один из Ино. Кто кричал? Пытали одного из беженцев?
Нейра потянула меня за руку.
– Идем. Тебе нужно это видеть.
Закричала женщина за дверью.
– Что с ними делают? – я потянулся за кинжалом и к ручке двери.
А ручки двери не было.
Нейра взяла меня за руку.
– Синн, поверь и дай показать тебе.
Я прищурился. Что я знал о ней, ее племени и их традициях? На что я подписал Ино? На пытки.
– Это беженцы.
– Иди, - медленно сказала она, - за мной.
Как она может сохранять спокойствие? Этого я не понимал. Пытка была пыткой, это неправильно.
Но если я слышал что-то другое? Что? Небеса, кричал мужчина. И женщина. Ничего хорошего там быть не могло.
Нейра вошла в комнату через три двери от кричащей женщины. Она закрыла за мной дверь.
– Скоро придет твоя жрица.
Большую часть комнаты занимал каменный стол. Камень. Такая тяжесть в городе летаран? Я этого не понимал.
– Почему? Нейра, объясни.
Она прижалась к столу ладонями и склонила голову. После паузы она оттолкнулась, опустилась и скрылась за столом. Я привстал на цыпочки, чтобы ее увидеть, но не вышло.
Она встала, стряхнула что-то с лица, в ее руке были две стеклянные банки. Она держала их, глядя на меня. Я покачал головой и вскинул плечи.
– Что?
– Что ты видишь?
Две банки? Серебряная металлическая жидкость была на дне. Я подошел и присмотрелся.
Нейра поставила их в углубления на столе.
– Не бойся. Посмотри.
Вздохнув, я взял одну банку и пригляделся. Жидкость была… живой. Она двигалась. Она выглядела, как вода, но была из нескольких сияющих кусочков, словно гранулы песка постоянно двигались.
– Что это?
– Мы не знаем.
Я посмотрел на нее поверх крышки.
– Подожди Айанну. У нее есть информация.
Я опустил банку и провел рукой по голове.
– Когда ты успела позвать ее?
Нейра широко улыбнулась и издала смешок, вскинув брови.
– Синн, это тебя я звать не собиралась. Мы с ней договорились много недель назад.
Я огляделся, заметил прямоугольные планки на восьми стенах комнаты. Я слышал о таких местах. Вполне возможно, что и в городе Ино было такое. Центр допроса. Эль-Асимам не нужно было такое место. За каждой из планок могла быть комната. А там – человек, может, один из беженцев Ино. И их пытали.
Нейра скрестила руки на груди, глядя на меня.
– Эти люди под моей защитой.
– Но их не должно быть здесь, - сказал я.
– А ты не должен был оставлять их в моем городе.
– Айанна и Кэрилин всех проверили.
– Ты очень не наблюдателен, - Нейра склонила голову, прикусила губу. – Как ты выживаешь? Как правишь?
Я не знал, как ответить.
– Айанна годами работала над этим проектом с Ваш. Кэрилин узнала о нем пару месяцев назад. Она помогала нам понять, что человек заражен, раньше, чем мы их проверяли.
– Проверяли?
Нейра отвела взгляд.
– Врать не буду, Синн. Проверка жестока, порой люди не выживают.
Дверь открылась.
Никс прошла в комнату первой, руки были скованы перед ней, глаза скрывала повязка. Она обернулась.
– Это необходимо?
Человек вошел в комнату и отвел ее в сторону. Айанна бодро прошла в комнату с вытянутыми руками, она тоже была с повязкой. Страж держал ее за руку. Он отпустил ее и убрал повязку с глаз.
– Мы пришли.
Айанна пару раз моргнула. Она увидела Нейру. Улыбка озарила ее лицо, она поклонилась, сложив руки перед лицом.
Нейра ответила тем же.
– Мы уже на месте? – Никс ударила скованными руками по ногам. – Можно мне уже вернуть зрение?
– Кола, - прикрикнула Нейра, - можно убрать повязку.
Мужчина фыркнул, но послушался. Никс увидела группу и цокнула языком.
– А я-то надеялась на веселый вечер.
Нейра покачала головой.
– Ее можно развязать.
Я не знал мужчину, но видел среди людей Нейры несколько месяцев назад. Они не перечили ее словам.
– Синн, - сказала с удивлением Айанна.
Я отошел от нее, между нами оказался стол.
– Ты годами была частью этого.
Она закрыла глаза, приоткрыв рот. А потом она открыла их и облизнула губы.
– Я поклялась молчать.
– Что еще я о тебе не знаю?
– Мало, - фыркнула Айанна, вскинув голову. – Ты хоть понимаешь, что начал задавать вопросы о моей жизни только сегодня?
– Я знаю тебя.
– Нет, - она отвела взгляд с недовольством. – Ты так думаешь. Что я жрица. Что у меня нет жизни. Что я сижу, молюсь и читаю карты день и ночь.
Я вскинул брови.
– А что ты делаешь вместо этого?
Она пронзала взглядом, что обычно был теплым.
– Я помогаю людям, Синн. Людям этого мира, а не только своего клана.
Никс фыркнула в углу. Я оскалился. Все знали больше меня. Почему?
Потому что переживали. Были умнее. Наблюдательнее.
Я мог злиться, а мог понять, что они делали, и открыть глаза. Я хотел вспылить, но злился я не на них. На себя. Как я мог быть лидером, если даже не видел мир вокруг себя, не слышал людей вокруг себя? Что я за спутник, если не задавал вопросы? Если не пытался узнать человека сильнее, чем он сам открывался?
Айанна обхватила мою ладонь.
– Я рада, что ты здесь. Я хотела давно рассказать тебе.
– Он не был готов, - Нейра опустила на стол еще одну банку. – Он безрассудно задавал вопросы. Это заслуживало ответа.
Никс шагнула вперед и провела обломанным ногтем по нервному краю стола.
– Почему мы здесь, акичит?
Это слово я не слышал.
– Как ты ее назвала?
– Спокойно, - тихо рассмеялась Нейра. – Она назвала меня хранителем мира.
– О, - я не собирался спрашивать, откуда Никс знала язык Нейры лучше меня. Я выучивал достаточно, чтобы выжить, чтобы общаться. В Энхнапи мы почти не придерживались правил языка. Мы говорили на всех. Если мы не знали слово одного языка, то заменяли известным.