Чтение онлайн

Кричала девушка. «Падаю! Падаю!»

Я не сразу понял, что реально происходит, и кто вообще может так истошно кричать. Неужели что-то пошло не так, и из эхоплана выпала… она? Но нет. Это была другая.

– Проклятье! У нее не сработали двигатели! Она сейчас свалится! – зарычал Василий. – Подхватить кто-то может?

– Слишком опасно, расстояние малое, если отключить двигатели…

– Да она сейчас насмерть убьется!

– ПОМОГИТЕ!

Линдси. Черт. Она вроде должна была идти за нами с Джонни…

Что-то черное и барахтающееся пролетело мимо меня. Динамики шлема рвало от крика.

Отказ гипердвигателей был столь же редким явлением, как возвращение в древний мир человечества. То есть, на моей памяти вообще ни разу. Даже не слышал об этом. Но сейчас это происходило прямо на наших глазах. И если они не включатся, Линдси…

Иногда я делаю то, что долго не обдумываю. Джонни часто ругается на меня за это, но… мне кажется правильным иногда поменьше сомневаться. Просто так нужно. Иначе никак.

Я отключил свою «подушку», сложил руки «по швам» и полетел вслед за девушкой. Благо она активно махала конечностями и расставляла их в стороны, поэтому падала чуть медленнее. Это дало мне шанс.

– Стой! Утер!

– Куда без приказа?!

– Два трупа…

Когда я подхватил Лидси и снова активировал гипердвигатели, верность последних слов была очень даже вероятной. Двигатели все же были рассчитаны на вес одного владельца костюма…

Скорость очень медленно снижалась, а лететь то оставалось метров двадцать… Или же?

Внизу замаячила крыша, гораздо ближе, чем хотелось бы. Подтянув вцепившуюся в меня Линдси к себе и прижав ее к груди, я сгруппировался и приготовился к столкновению.

По-моему, когда мои ноги ударились об твердую поверхность крыши, я на миг потерял сознание. Костюм, конечно, принял на себя удар, но от боли спасти он не смог. Мне хорошенько досталось. Не помню, вроде бы какой-то стон вырвался из моей груди, а может и крик…

Затем было падение, удары, перевороты. Я еще обо что-то хорошенько ударился головой. Линдси все это время держалась за меня… Наверное, из меня вышла хорошая «подушка»!

А затем мы приземлились и замерли. Заработал личный медпак, вкалывая обезболивающие и стимуляторы.

В динамике орала куча голосов. Вроде бы больше всех старался Джонни, перекрикивая даже Василия. Я не совсем понимал, что они говорили, а что происходило вокруг – подавно. Только спустя некоторое время я осознал, что лежу на спине, а на мне – Линдси… Не двигается.

– Эй, ты жива? – спросил я, прерывая какофонию голосов по внутренней связи. – Давай не дури, а то я свалился с неба просто так, – я потряс Линдси за плечо. Она зашевелилась.

– Да… я жива. Вроде, – пробормотала девушка.

– Придурки! Вы где? – не замедлил отметиться наш бравый сержант.

– В здании каком-то. Хрен его знает, – я дотянулся до пульта управления на руке и включил режим ночного видения в шлеме – в нем все выглядело словно в подсветке: мы упали внутрь чего-то темного, окон не было – только приоткрытая дверь. – Линдс, ты двигаться-то можешь?

Девушка кивнула и медленно слезла с меня. Понравилось валяться!

– Что показывают сканеры вашего здоровья? – вмешался Кагон, медик нашего отделения. – Переломы, трещины, ушибы внутренних органов?

– У меня только синяки, – сказал я, хотя очень сомневался. Ноги в коленях болели ужасно. Однако сканер здоровья никаких серьезных повреждений не выдавал. Хотя уже работали обезболивающие.

– У меня почти ничего, – спустя пару мгновений ответила девушка.

– Утер все на себя принял, герой наш, – рассмеялся кто-то из десантников.

Я медленно и со стоном сел. Линдси коснулась моего плеча.

– Спасибо. Мой герой, – ее голос звучал честно, без намека на издевку. Однако этого хватило, чтобы по динамикам раздался свист и улюлюканье. Парни явно намекали на продолжение. Эта баба специально сказала это по общей связи отделения!

– Свои своих не бросают, – кратко ответил я и тяжело поднялся.

И тут же похлопал себя по бокам, проверяя амуницию. Все было на месте, кроме…

– Мы потеряли Блейзеры, – ответила за меня Линдси. Использовала сленговое название наших винтовок созвучное с наименованием популярного среди молодёжи напитка. И, кажется, она опять сказала это не по внутренней связи…

– Что вы потеряли?! – наверное, даже рев голодного мастодонта был бы мене тихим, чем возглас сержанта.

– Линдси… – с укором сказал я ей уже вслух.

– Прости, само вырвалось…

– Ищите, гребаные уроды! Если не найдете, я вас изрублю в куски! Чтобы через пять минут были при оружии и на точке!

Я потер голову (а точнее шлем). Глянув верх, я даже не увидел неба. Странно, если мы свалились сверху, то должны бил проделать сквозную дырку…

Что-то зашуршало выше этажом, и свет небес неожиданно разорвал темноту нашего помещения сквозь дыру в потолке.

– Спрятались, голубки? – нависла над проемом огромная фигура. Голос принадлежал Джонни. – Эка вас словно специально накрыло железякой сверху.

– Ты там не видел наших Блейдов? – тут же спросил я.

– Ну а как же? Как только Пес стал орать, я сразу же поисковики включил. Могли бы и догадаться сами.

– Мы не успели. Не каждый день падаешь с двух сотен метров, – к Линдси снова вернулась бодрость.

Джонни сбросил сначала мне, потом девушке наши стволы.

– Не теряйте больше. Пойдем, осталось пару минут, прежде чем Пес начнет снова издеваться над моими перепонками.

Из темного помещения вела старая, в нескольких местах просевшая каменная лестница. Пришлось подниматься медленно, вслушиваясь в хрусты под ногами. Однако пронесло – ничего не обвалилось.

Стоило подняться, как мы оказались в просторном зале с высокими окнами, на нескольких даже еще осталось стёкол. На дворе стоял день, светило солнце.

По всему помещению лежали груды разбитых деревяшек, и бумаги, большая часть которой была просто грудой мусора. Хотя, если присмотреться. Я пригнулся и поднял один листок. Желтый, совсем хрупкий. На нем что-то было написано. Вроде бы по-нашему, но не хватало отдельных букв, другие слова были выглядели совсем по-иному.

Нагнувшись снова, я стал рыться в куче мусора. Все это была старинная бумага, трескавшаяся, рассыпавшаяся, однако исписанная… как это называется-то… печатным текстом, вот! Затем я взялся за деревяшки. Это оказались предметы мебели, правда разбитые и исковерканные.